Борис Корчевников: В каком-то смысле у нас с Андреем Малаховым общая жизнь. Корчевников борис прямой эфир фото


Борис Корчевников: «Иногда я думаю, что пропустил главную встречу своей жизни…»

Глава телеканала «Спас» — о вере, надежде и любви.

Год назад он сделал неожиданный для многих, но только не для него самого карьерный финт: принял предложение занять пост гендиректора и генпродюсера православного телеканала «Спас». Ради этого несколько месяцев спустя он ушел из суперпопулярного и весьма скандального шоу «Прямой эфир». Как вера его изменила и что помогла понять о себе самом, Борис Корчевников рассказал журналу «Телепрограмма».

— Чем из сделанного на канале вы гордитесь?

— Мне всегда казалось, что православие – молодая религия. Не по возрасту, а по духу. Вот этот дух молодости и радости христианства на «Спасе» видят. Нам это очень важно. Мы ежедневно в прямом эфире – иногда по много часов – всматриваемся в Бога и Его замысел в актуальных событиях нашей жизни… Это попытка посмотреть на мир и нас самих с высоты голгофского Креста. Так или иначе это происходит в самых разных форматах – даже в детских, медицинских, исторических и кулинарных шоу, в программах о семейной жизни наших  знаменитых соотечественников, и легендах советской культуры и истории. Мы открываемся зрителям в многочасовых интерактивах «Прямая линия. Ответ священника». Это простой и такой нужный формат: у людей, даже далеких от храма, столько вопросов церкви и батюшкам! От «я сделала аборт, как теперь жить?» до «что делать, если нашел крестик?».

На самые острые вопросы отвечаем в программе «Не верю. Разговор с атеистом». Владимир Познер, Мария Арбатова, Анатолий Вассерман, Виталий Тертьяков и простые неверующие еженедельно задают свои «неудобные» вопросы священнику. Программа стал хитом, она выходит в эфир и на радио «Комсомольская правда». Сейчас еще книга готовится к изданию. В каком-то смысле в этой программе – наш ключевой принцип: обращаться не только к людям церкви, но и к тем, кто церкви еще не очень знает, почему-то еще не верит.

На «Спасе» говорят действительно о Главном. И говорят нескучно. Звезды и простые люди – о своем личном пути к Истине. Так происходит в программе «Слово» и в авторской программе блестящего интервьюера руководителя Синодального отдела по взаимодействию Церкви с обществом и СМИ Владимира Легойды «Парсуна». Эта программа  под названием «Откровенный разговор с Владимиром Легойдой» тоже выходит на радио КП.

Свои программы на «Спасе» появились у многих людей, которых любит вся страна, например, у Дарьи Донцовой, Николая Валуева. О многих пока промолчу – в новом сезоне вы их увидите.

— Кто эти люди, которые вас смотрят?

— Аудитория «Спаса» по своему составу незначительно отличается от аудитории каналов «большой тройки». Но «Спас» — канал особого доверия зрителей. Кстати, видимо, поэтому к «Спасу» есть значительный интерес и у молодой аудитории, которая всегда ставит острые вопросы, сразу реагирует на неправду и фальшь.

Тортик по случаю сотого выпуска программы «Судьба человека». А где-то осенью и двухсотый будет. фото: Личный архив

— С вашим приходом на «Спас» в эфире стало больше популярных личностей. Понятно, что уровень веры у каждого из них разный. Кого из знаменитостей вы не позовете на канал ни за что?

— Человека, который целиком прилеплен к земле. Я уверен, что человек все равно духовное существо, даже самый последний материалист, В нем душа видна! Это может быть неразвитая мышца, но она в нем есть. И задача интервьюера эту мышцу разглядеть. Но есть люди, которым совершенно неинтересна нематериальная сторона жизни, которые понимают весь мир в масштабах своего приусадебного участка – только быт. Вот такие люди нам не дадут ту глубину, которую даже неверующие ищут на «Спасе». Мне в этом смысле убежденные горячие атеисты интереснее, я со многими переписываюсь в инстаграме, потому что они горячие могут быть, их атеизм – результат поиска ответов, но значит они и вопросы задают. А человека, которому ничего не интересно, который не ставит главных вопросов, на «Спас» мы вряд ли позовем. Были попытки – не получилось. Но таких и совсем немного на самом деле.

— Вы рассказывали, что пришли к вере в 21 год, то есть 14 лет назад. Случалось ли вам когда-либо испытывать разочарование в церкви?

— Нет, никогда. Там же столько важного для меня происходит! Чаще всего эти «разочарования» в Церкви – это попытки чего-то в себе самом оправдать. Если ты ищешь поводы разочароваться, ты их обязательно найдешь. Можно разочароваться в человеке – в батюшке, например, но не в Церкви. Но священником, как и любым человеком, во-первых и очаровываться не стоит. А во-вторых, благодать священства действует на нас независимо оттого, какой человек священник. И если ты с таким сердцем подходишь к исповеди, ты чувствуешь моментально ее эффект. Это невероятно. Казалось бы, ну сколько можно? Можно к этому привыкнуть как к чему-то обыкновенному. Но все равно ты чувствуешь, как начинается жизнь с чистого листа.

Но, если честно, священники, тех что я знаю, чего бы там ни говорили про них, люди почти идеальные: живут на нищенские деньги, от алтаря питаются чаще всего. И детей растят чаще всего больше, чем в других семьях. Начинается их день в пять-шесть утра, заканчивается чаще всего после полуночи. И сутра до ночи этот день заполнен чужой болью.

«Страшно жить, зная, что есть обиженные на меня люди»

— Вы соблюдаете посты, читаете утреннее и вечернее молитвенные правила?

— По возможности.

Таким ведущего знают только самые близкие. фото: Личный архив

— И всегда получается?

— Случается, что нет времени и молитва сводится к двум словам: «Господи, благослови!». Но я учусь получать удовольствие от молитвы. Митрополит Антоний Сурожский всегда говорил,  что это не тяжелое послушание и не крест. Это как бы слова: «Господи, наконец-то день закончился! Я могу немного побыть с Тобой». Как с любимым человеком, как с ребенком со своим. Когда так относишься, и жизнь вся от полуслова молитвы иначе кроится: сколько раз я без молитвы начинал день и все из рук сыплется.  У каждого, конечно, свои личные отношения с Богом. Иногда один вздох перед Богом – больше, чем всенощное бдение. Можно я вам расскажу одну историю?

— Конечно.

— У меня как-то долго не получалось всегда вставать на воскресную службу. Мне хотелось быть лучшим и Богу очень нравиться и я, видимо, переживал, что не получается. Проспав в очередной раз воскресную службу, я встал и говорю: «Господи, не получается ничего!». Я говорил это в голос, как сейчас рассказываю вам. Повторял: «Что делать, чтобы все время быть с Тобой?!». И тут я услышал спокойный, совершенно ясный, прозвучавший внутри меня голос, с которым пришел мир. Он произнес одно слово: «Распяться». Ничего больше я не услышал, но в этот момент все встало на свои места. Это было указанием пути. И у каждого свой путь и Крест.  И с той поры – как бы тяжело не было, я помню этот голос и Его ответ.

— «Когда мы думаем, что можем умереть, мы начинаем жить полной жизнью», — сказали вы, говоря о проблемах со здоровьем (ведущий перенес тяжелую операцию по удалению доброкачественной опухоли мозга. — Ред.). Пришлось ли вам тогда пройти через отчаяние?

— Отчаяния не было нисколько. А что отчаиваться? Да, это сорванные планы, нереализованные амбиции, это полное бессилие, уменьшение своего «Я» до размера муравья. Все, что ты считал своим «Я»: силами, умом, трезвостью, здоровьем, привлекательностью – все это обнулилось. Но вдруг открылось другое: совершенно другая глубина, по-настоящему насыщенная жизнь. Когда человек забывает про себя самого, он начинает жить другими людьми. По сути дела, Евангелие учит одной вещи: растворяться в других людях. Болезнь настолько умалила меня самого… Я там в палате думал о других – о тех, кому я причинил боль, нахамил, соблазнил по-человечески, не на тот путь подтолкнул, обидел словом. Как это ни странно, живя в нынешнем жестком мире, где каждый за себя, ты этого и не замечаешь. Но когда пытаешься посмотреть на мир из вечности (а болезнь – это чуть-чуть приоткрытая вечность), ты вдруг видишь, как страшно, когда есть на Земле люди, обиженные на тебя. Они тебя уже сейчас судят, но они тебя будут судить перед Богом после смерти. Я реально думал о тех, с кем я должен исправить свои отношения. Я вспомнил обиженных на меня, даже написал несколько SMS, когда снова смог телефон держать в руках. Ответ пришел не на все. Но пришла молитва за этих людей. Продолжаю говорить о них Богу.

5-летний Боря с мамой Ириной Леонидовной. С ней он живет до сих пор. фото: Личный архив

— А вам приходилось осознавать, что нужно простить человека, но обида оказывается сильнее?

— Духовник Елены Образцовой, Владыка Меркурий Ростовский и Новочеркасский рассказывал, что она как-то говорила ему: «Я ненавижу одного человека. Ненавижу и ничего не могу с собой сделать. Я его вижу и меня трясет!». И он ей предложил молиться за него. Где-то через полгода ежедневной молитвы она вдруг почувствовала, что у нее наступил абсолютный мир по отношению к этому человеку.  Всякий раз, когда во мне вспыхивает гнев по отношению к кому-то или это чувство «не могу простить», я быстренько смотрю на себя самого. Я-то помню, за что меня Господь простил. Думаю: Если меня простил, как я могу кого-то не простить? Но меня Господь оградил от страшных вещей. Никто на моих глазах не унижал самых дорогих мне людей, никто их не убил. Что ты скажешь человеку, который ненавидит убийцу своей дочери или матери? Как там не держать зла и ненависти? Я не знаю.

«Есть универсальный закон для каждой судьбы»

— Вышло уже больше 150 выпусков вашей программы «Судьба человека». У вас не было ощущения, что судьбы людей во многом похожи? И грабли у всех одинаковые.

— Есть удивительные но железные универсальные законы. Ты бросил в свое время жену – та, к кому ты ушел, бросит тебя. Это железный закон, и не было никогда иначе. Предавший будет предан тем, ради кого он когда-то предал человека. Предательство всегда возвращается. Я всматриваюсь в каждую судьбу человека и вижу эти универсальные законы.

— Узнавая чужие судьбы, примеряя обстоятельства их жизней на себя, что вы узнали о себе самом?

— Я, наверно, примеряю эту чужую судьбу на себя, как примеряют зрители программы. Каждая судьба — это встреча. Каждый раз, всматриваясь в другие судьбы, слушая про другие встречи, я всегда думаю и про собственную встречу… Например, мне 36 лет скоро будет, а я не женат до сих пор. Может быть, я слишком откровенен сейчас… Иногда я думаю, что пропустил свою встречу — что рядом со мной были женщины, одна из которых была моей, но я не увидел этого. Но, может, это напрасные малодушные мысли. Но всякий раз после всякой программы «Судьба человека» я задаю себе вопрос о собственной судьбе: «Какую встречу я пропустил? И случится ли еще она у меня?». Я спрашиваю героев программы, о том, как они узнали человека, который так изменил их судьбу, стал мамой пятерых детей героя, например. Спрашиваю и мне искренне важно и самому узнать эту формулу Встречи – как не пропустить этого человека.

Много лет Корчевников и Малахов были злейшими конкурентами. А потом жизнь сделала их если уж не друзьями, то добрыми приятелями точно. фото: Канал «Россия 1»

— 9 февраля героиней «Судьбы человека» стала певица Натали, говорили о детях. И вы сказали: «Я планирую быть отцом», чем взволновали общественность. Вы имели в виду, что собираетесь вообще?

— Не помню точный контекст, но, видимо, ровно это. Мне кажется, что мужчина-то только в отцовстве и реализуется. И может уподобиться Богу. Я хочу стать папой, желательно многих детей. Но сначала надо стать мужем. Поэтому слова мои поняты неверно: никто пока не носит моего ребенка, увы, под сердцем. Но как женюсь, я вас с супругой познакомлю обязательно.

— Когда интернет взрывается сотнями сообщений о вас, что вы испытываете? Раздражение, злость, удовлетворение?

— Вообще, у меня о публичности есть одно детское воспоминание. Я рос во МХАТе – мама работала помощником Ефремова. Я дни напролет гулял по театру. Любимое место – колосники – над сценой – внизу идет спектакль, я вижу актёров, которые на виду у тысячного зала, а меня там наверху никто не видит. И мне это уютно, мне так хорошо. Как сейчас говорят, «зона комфорта». Это детское счастливое ощущение осталось со мной на всю жизнь – меня не видно, а я всех вижу! И любая публичная история для меня – это уход с этих внутренних колосников. Хотя пока профессия сложила совсем другую мою судьбу – пока  публичную. Но мне это неуютно на самом деле. Спасает юмор. Особенно, когда читаешь о себе и просто вранье. Но страшно не тогда, когда о тебе клевещут. Страшно, когда эта клевета – на самом деле правда, которую ты пытался скрыть.

— Разве не проще пресечь слухи на корню одним постом в соцсети?

— Ну это значит вовлечь себя еще больше в это. Иногда надо промолчать, потому что неправда сама себя посрамит, исчезнет, забудется. Ложь – это туман. Он рассеивается сам, когда светает.

«Я не ностальгирую по «Прямому эфиру»

— Когда вы видите «Прямой эфир» Андрея Малахова, ностальгия не охватывает? Или, может, радость — оттого, что этой программы в вашей жизни уже нет?

— Я испытываю только благодарность этому периоду жизни и полученному в нем опыту. Если бы не было этих пяти лет в таком остром жанре, на острие человеческой драматургии с живыми историями, драмами людей, я бы многое сегодня, наверно, не смог. Но я не ностальгирую по «Прямому эфиру» — просто потому, что это опыт, который я уже прожил.

Увы, никто пока не носит моего ребенка под сердцем

— Скандал — важнейшая пружина таких программ. Вам всегда было комфортно? Даже когда приходил Джигурда и разыгрывал очередной спектакль?

—  Мне не всегда было комфортно… Но есть внутренние механизмы выключения себя и полного погружения в чужую историю и судьбу. Когда история – конфликт, тяжелее, потому что неизбежно эта смута приходила и в меня. Я не очень умел отгораживаться эмоционально, да и уверен, что этого делать нельзя. Иногда от совсем тяжелых эмоционально историй не можешь отойти несколько дней, иногда – были и такие! – всю оставшуюся жизнь. Но так и должно быть, наверное.

— Логично предположить, что, уйдя из проекта, вы испытали облегчение.

— Ну вряд ли облегчение. Радость и благодарность – да, испытываю. За то, что все сложилось именно так.  Жизнь стала теперь намного загруженней, задачи сложнее. Но мне очень интересно сейчас.

— В июле вам исполнится 36. Что вы намерены успеть до сорока лет?

— У нас сейчас в текущем собственном производстве на «Спасе» больше 30 проектов.  И это все в самой ближайшей эфирной перспективе грядущего сезона. Вот когда с этим все получится, тогда посмотрим дальше.

— Из чего для вас складывается ощущение счастья?

— Само слово – «с-часть-е» означает часть чего-то большего. Часть, которую мы можем пережить сейчас, а больше — как будто потом. Счастье – иногда это часть Бога. Только часть, потому что здесь на Земле мы не можем в полной мере Его прожить. Поэтому вообще в слове счастье – есть грустное:  в нем всегда что-то до конца так и не достигнутое, но в нем же и признание, что есть что-то большее.

Кстати

В отличие от других каналов, лето на «Спасе»  — пора запусков свежих проектов. В планах — запускать не менее двух новых программ в месяц. Вот лишь некоторые премьеры:

  • «И будут двое»: проект о семьях, отношениях между мужчиной и женщиной;
  • «Я хочу ребенка»: программа об усыновлении, о приемных семьях;
  • «Светлая память»: программа инокини Ольги Гобзевой о легендах советского кино;
  • «Святыни России»: паломничество по самым красивым святым местам нашей страны;
  • «Сила духа»: программа Николая Валуева.
  • «Двенадцать»: полемический анализ острых, актуальных событий.

Личное дело

Борис Корчевников родился 20 июля 1982 года в Москве. Еще школьником занимался журналистикой: вел детские телепередачи («Там-там-новости», «Башня»). Сыграл несколько детских ролей в театре, а также  в кино (самая известная — в сериале «Кадетство»). Поступил в Школу-студию МХАТ и на журфак МГУ, в итоге выбрав журфак. Работал на НТВ корреспондент службы информации), на СТС (креативный продюсер, директор регионального вещания). Автор многих известных документальных проектов. В 2013-2017 г.г. вел ток-шоу «Прямой эфир» («Россия 1»). С 3 мая 2017 года руководит телеканалом «Спас», с осени того же года ведет программу «Судьба человека» («Россия 1»), где берет интервью у известных людей.

teleprogramma.pro

Борис Корчевников: Я готовился к встрече с Богом…

Весть о том, что Борис Корчевников покидает ток-шоу «Прямой эфир», огорчила многих.  

Его считали «своим парнем». В отличие от большинства ведущих подобных «скандальных» программ он не казался высокомерным или снисходительным.

Причин ухода Корчевникова из программы официально никто так и не назвал. Телеканал «Россия» отмалчивается, сам Борис тоже предпочитает не комментировать.

Зрители теряются в догадках. Неужели всегда интеллигентного и сдержанного Бориса уволили за то, что один раз он не сдержался? Устроил потасовку с Никитой Джигурдой прямо на съемках. Но ведь иначе загнать в рамки приличия ревущего и рычащего скандалиста было просто невозможно… Или же оставить работу было решением самого телеведущего? Устал, выдохся, нужна перезагрузка?

Но тогда зачем делать из этого секрет? А, может быть, дела куда серьезнее? И уход Бориса связан с тем признанием, которое он сделал год назад?..

«НЕ ПОНИМАЛ, КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО!»

Почти четыре года, сменив Михаила Зеленского, Корчевников вел «Прямой эфир». Тележурналистику он всегда считал главным делом своей жизни. Хотя еще в детстве играл во МХАТе - с семи лет выходил на сцену, где работала замдиректора его мама, потом прославился в сериале «Кадетство». Но возвращаться в актерство Борис больше не планировал. Он с головой утонул в телевидении.

- Мы очень часто идем в чужую беду, чужую боль. Эта профессия учит самоотречению. В каком бы настроении ни проснулся, что бы с тобой ни было - просто не думаешь о себе, - говорил Корчевников.

О своей болезни он откровенно поведал в эфире. Рассказал, потому что считал: если люди изливают тебе душу, рассказывая о своих бедах, ты не вправе скрывать то, что и тебе судьба подкинула испытание.

О том, что в голове у него растет опухоль, Борис узнал два года назад. Зашумело в ушах. Так и раньше бывало, но тут почему-то решил сделать МРТ. Врачи напугали: нужна срочная трепанация черепа…

- Я не знал, что это, какая опухоль, растет быстро или медленно. Но самое мое первое ощущение: сколько бы мне ни осталось, надо лучше подготовиться к смерти, к встрече с Богом… А за пару дней до моей операции на одном кладбище в один день мы отпевали двух людей из съемочной группы «Кадетства», которые умерли один за другим от рака головного мозга - директора этого сериала и второго режиссера, - рассказывает Борис. - На том же кладбище, где за месяц до этого упокоилась Жанна Фриске. С тем же диагнозом. Я стоял на этих отпеваниях и не понимал, как такое возможно…

Операция прошла в июле. Опухоль оказалась доброкачественной. В августе Борис уже вышел на работу. О перенесенном вмешательстве напоминали только слабость и редкие головокружения.

ПРОРОЧЕСТВА ОТЦА

Тот год для него был вообще тяжелым. Только вышел из больницы, как случилось новое несчастье: в кому впал его отец, бывший директор театра Пушкина Вячеслав Орлов.

С папой Боря познакомился лишь в 13 лет - семью мужчина бросил еще до его рождения. Не осуждая отца, Борис пытался выстроить с ним доверительные отношения, но до последних его дней так и не смог назвать «папой» и на «ты».

Ложась в больницу на трепанацию, Корчевников просил его благословления: «Я говорил ему: Вячеслав Евгеньевич, помолитесь за меня, мне очень нужна ваша родительская молитва». Орлов молился. Но через два месяца умер сам…

А вскоре после смерти отца сбылось предсказание, которое тот успел дать сыну. Когда-то Борис привел к папе свою невесту - актрису Анну-Сесиль Свердлову, с которой в интернете его давно «поженили». Отец, увидев любимую женщину сына, сказал: «Похоже, это не твоя девочка». Прошло немного времени, и Борис остался один, с Анной они расстались.

- Это как оторвать веточку, которая уже приросла. Больно на всю жизнь, - признавался телеведущий. - Я не могу объяснить, почему не сложилось. Мы просто утонем в мелочах и знаках, которыми Господь с нами говорил. Но, наверное, какой-то другой замысел у Бога по поводу нее и по поводу меня.

Борис всегда говорил, что его главная мечта - стать многодетным отцом. А теперь он остался один…

«У МЕНЯ НЕ ВСЕ ХОРОШО…»

Как только появилась новость о том, что Борис покидает ток-шоу, активно стали распространяться слухи, что делает он это вынужденно, по медицинским показаниям. Мол, опухоль дала рост, и требуется новое оперативное вмешательство.

- Борис чувствует себя отлично, со здоровьем точно никаких проблем нет, - категорически опровергает директор телеведущего, но никакой другой причины не называет. - Его уход никак не связан и с программой про Никиту Джигурду. Это все полный бред!

Однако в недавнем интервью сам Корчевников рассказывал, что снова прошел обследование в немецкой клинике.

- У меня не все хорошо, - прокомментировал тогда Борис вердикт, который вынесли ему врачи. - Мне предстоит борьба за свое здоровье.

Поклонники через интернет желают Борису скорейшего выздоровления и возвращения на экран. И мы от всей души присоединяемся к этим пожеланиям…

Фото Г. Усоева.

Загрузка...

otzvezd.ru

Борис Корчевников - Слухи

Телеканал «Спас» открывает официальное представительство в Казахстане. Соответствующий документ подписали глава Митрополичьего округа Русской Православной Церкви в Республике Казахстан митрополит Астанайский и Казахстанский Александр и генеральный директор и генеральный продюсер телеканала «Спас» Борис Корчевников. На рабочем совещании, которое прошло 10 июля 2018 года в духовно-культурном центре Казахстанского Митрополичьего округа имени митрополита Иосифа (Чернова), стороны обсудили детали создания филиала телеканала, его планируют открыть в текущем году, и планы дальнейшего сотрудничества.«Мы благодарим главу Казахстанского Митрополичьего округа митрополита Астанайского и Казахстанского Александра и наших коллег в республике за поддержку присутствия телеканала на казахской земле. Уверен, что филиал «Спаса» получит расширенные возможности вещания, что сделает канал еще ближе к казахскому зрителю», - отметил Корчевников.Российский круглосуточный общественный православный телеканал «Спас» начал вещание в 2005 году. На сегодняшний день вещание канала осуществляется через операторов спутникового и кабельного вещания России. С 2013 года транслируется РТРС в составе пакета цифровых каналов второго мультиплекса и охватывает практически всю территорию Российской Федерации, страны СНГ, Балтии, Восточной Европы, ряд западно-европейских стран, а также страны Центральной и Юго-Восточной Азии.

slyxi.com

В каком-то смысле у нас с Андреем Малаховым общая жизнь

«Главной интриги лета» больше нет: в ток-шоу «Прямой эфир» на канале «Россия 1» действительно произошла замена. Ведущий Борис Корчевников, получив повышение по руководящей линии, передал свой пост Андрею Малахову, который ради этого уволился с Первого канала. Съемки начнутся уже на этой неделе.

- Борис, вы совершенно точно уходите из «Прямого эфира»?

- Правильнее сказать, что «Прямой эфир» в своем прежнем виде заканчивает существование. Программа, которая выйдет на его месте, будет уже другой. Но сохранит все то, что делало «Прямой эфир» успешным и любимым у зрителей.

- С каким чувством вы записывали свой последний выпуск?

- С чувством радости от очень успешного сезона за плечами.

- Какова судьба коллектива, который работал над «Прямым эфиром»? Ходят слухи, что, например, команда редакторов после вашего ухода будет распущена.

- Конечно же, это только слухи. Команда «Прямого» уникальна. Одна из лучших на телевидении. На рынке единицы тех, кто умеет делать этот жанр. Поэтому люди продолжат создавать и новый, еще более яркий проект.

- С каким настроением вы покидаете канал?

- С чувством, наверно, обычным на пороге новой работы: интереса перед новыми задачами и профессиональным вызовом. При этом морально я остаюсь частью команды «Прямого эфира» и ВГТРК.

- Ваши поклонники переживают за вас. Некоторые из них предполагают, что вы покидаете программу из-за проблем со здоровьем.

- Это еще одно преувеличение, каких было очень много за последние дни в прессе. Перемены в ток-шоу «Прямой эфир» не связаны с моим здоровьем. Да, идеальным его назвать сложно, но покажите мне абсолютно здоровых людей. Те проблемы, которые время от времени случаются, они решаемы. В каком-то смысле они даже помогают мне: чтобы жизнь была по-настоящему наполненной и богатой внутренне, надо что-то время от времени преодолевать. Но все далеко не так фатально, как об этом писали в последнее время.

- О чем вы жалеете, а чем безусловно гордитесь за годы работы в шоу «Прямой эфир»?

- Жалеть о чем-либо на такой работе было бы черной неблагодарностью Богу. Для любого человека нашей профессии иметь ежедневное свое шоу, а тем более – в прайм-тайм, на канале «Россия 1» с поразительно развивающейся каждый вечер драматургией – это огромное профессиональное и человеческое счастье. Как бы ни было тяжело. Поэтому язык не поворачивается о чем-то жалеть. Скорее, как у Бродского: «Пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность».

- Какой вы ощущали миссию программы – развлекать, поднимать острые проблемы?

- Я не знаю, миссия ли это. Вот то, к чему я лично, и мы с командой всегда стремились: к тому, что еще со времен греческой драматургии называлось катарсисом. Когда на твоих глазах развивается живая история, и люди уходят из студии с результатом, обратным тому, с каким они в нее зашли - это невероятная душевная радость и очищение, которые испытывал я, вся наша команда, герои и гости программы, и, конечно же, зрители у экрана. Вот это была главная миссия программы.

- Какой выпуск вы вспоминаете в первую очередь?

- Историй, перевернувших лично меня, в «Прямом» было очень много. Представьте себе: к нам в студию пришел парень, который когда-то был усыновлен за границей. Он стал взрослым, ему далеко за 20. С самого детства - с тех пор, как он оказался в детдоме, а потом был усыновлен - ему внушали, что отец убил его маму. Мы организовали встречу отца и этого молодого человека. Папа просил прощения у сына, говорил, как ждал этой встречи и уверял, что не убивал маму, что это были другие люди. Сын не хотел в это верить, был холоден. А потом и сын, и отец в нашей студии из моих уст узнали, что женщина на самом деле жива. Я не могу вам передать даже свои чувства в этот момент, а что говорить о чувствах этих мужчин? Потом была встреча с мамой. Если вы спрашиваете про миссию программы, то она, конечно же, вот в этой истории сконцентрировалась.

- Подобные проекты во всем мире имеют скандальный характер, и критикуют их прежде всего за это. Тяготили ли вас законы жанра?

- Мне всегда казалось, что есть что-то ханжеское в определении этого жанра как скандального. Это честно рассказанная правдивая жизнь людей. Ведь все, что там происходило – это правда. Почти всегда это драма. Как можно о драме, о чужой человеческой боли сказать «скандал», «грязное белье»? Это жизнь! Но очень важно, какими руками ты к этому прикасаешься, какими глазами на это смотришь. Можно и очень чистое и целомудренное опошлить, а можно и в человеческом падении увидеть потенциал невероятной высоты.

Я очень уважаю митрополита Антония Сурожского, он был великий проповедник. У него есть фраза, которая стала для меня неким кодом: любой человек – это икона. Иногда надо снять очень много слоев, прежде чем руку автора этой иконы, разглядеть ее. Я вам говорю честно, не рисуюсь: я видел абсолютно в любом человеке, который заходил к нам в студию, икону. И если не мог полюбить этого человека, то хотя бы очень старался.

- Со стороны ваш переход на православный канал «Спас» кажется неожиданным. Почему вы приняли это предложение, какое место в вашей жизни занимает вера?

- Кажется, блаженный Августин говорил, что если Бог на первом месте, то все остальное – на своем. Я стараюсь жить по этой формуле. Что бы я ни делал, я старался, чтобы Бог всегда был на первом месте. Когда прозвучало это предложение, у меня было сильное внутреннее чувство, что это предложение от Бога. А значит, лучше сделать шаг и ошибиться, чем не делать шаг и ошибиться. Поэтому я согласился.

- Это правда, что сначала вы планировали совмещать работу руководителем канала «Спас» и в шоу «Прямой эфир»?

- Изначально было понятно, что это едва ли возможно. Чтобы шоу «Прямой эфир» получалось таким, каким оно получалось, нужно этим жить. А телеканал «Спас» – это то, на что и целой жизни мало. Даже когда я продолжал одно время совмещать, что-то внутри меня всегда говорило, что в какой-то момент останется что-то одно.

- Каковы ваши планы на новом месте? Нет ли у вас опасений, что после драйва «Прямого эфира» вам будет скучно?

- Говорю совершенно искренне: ничего более драйвового, чем жизнь христианина, настоящая жизнь с Богом, я не знаю. Мне бы очень хотелось, чтобы телеканал «Спас» передал зрителям вот это ощущение, которое когда-то мне открылось, когда я пришел в церковь: чувство радости, любви, свободы и наполненной, осмысленной жизни. По-моему, это самое драйвовое, что только может быть.

- Встречались ли вы с вашим преемником? Что желаете ему в первую очередь?

- У меня язык не поворачивается назвать Андрея преемником, тем более, что с ним это будет совсем другой проект, как я вам уже говорил. Мы с Андреем знакомы давно и в эти дни, конечно, стали несколько ближе. Как вы понимаете, у нас бесконечно много общих тем. В каком-то смысле даже общая жизнь! Мы оба живем только профессией и за последние годы пропустили через себя очень много общих или похожих историй и судеб людей. Для меня правда радость, что именно он - человек, который для многих в нашей стране стал настоящим символом российского телевидения, - теперь продолжит проживать эти судьбы – с нашей командой на главном канале страны.

МЕЖДУ ТЕМ

Андрей Малахов впервые откровенно рассказал, почему ушел с Первого канала

Телеведущий Андрей Малахов написал открытое письмо Константину Эрнсту и всем сотрудникам «Первого канала», в котором попрощался с коллегами, с которыми проработал долгих 25 лет.

«В нашу digital-эпоху к эпистолярному жанру обращаются крайне редко, но я пришел на «Первый канал» в прошлом веке, когда люди еще писали друг другу письма, а не эсэмэс. Поэтому простите за столь длинное послание (подробности)

«Декретный отпуск» Андрея Малахова увеличил его гонорары в два раза

Уход Андрея Малахова с Первого канала стал главной новостью последних недель. В момент подписания этого номера в печать телеведущий пока не прокомментировал свой возможный трансфер на «Россию 1». Но признался, что они с супругой ждут первенца. Жена телеведущего Наталья Шкулева сейчас беременна. Малахов сообщил, что хотел бы помочь супруге ухаживать за их будущим ребенком и со временем возьмет для этого отпуск, который СМИ уже успели окрестить «декретным» (подробности)

КСТАТИ

Урганта, Якубовича и Гузееву увольнять не будут

После ухода с Первого канала Андрея Малахова, Александра Олешко и Тимура Кизякова, телезрители стали строить догадки: кто следующий на выбывание? Пошли слухи о том, что скоро закроются шоу «Давай поженимся!», «Смак» и даже «Контрольная закупка». Все это «ветераны» Первого канала, без которых уже сложно представить эфир. Хотя, с другой стороны, не пощадили же «Пока все дома?». Может, тогда и покусятся на такую святыню, как «Поле чудес»? Похоже все эти инсинуации порядком надоели Первому, поэтому официальный комментарий канала получился очень эмоциональным (подробности)

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Под топот мамонтов...

Павел САДКОВ

Большинство фильмов-катастроф начинается с чего-то масштабного. Встали, например, мамонты, да пошли, понурив головы, на закат... И ты понимаешь, что-то не то, куда пошли, зачем? И вроде до этого момента плевать ты хотел на мамонтов, в волнуешься... И музыка такая тревожная за кадром... Примерно такое же чувство, как внезапная миграция мамонтов, вызывают новости с Первого канала. Андрей Малахов ушел, за ним Александр Олешко, потом Тимур Кизяков. И бредут они втроем на фоне торосов и айсбергов (подробности)

Борис Корчевников: В каком-то смысле у нас с Андреем Малаховым общая жизнь

www.crimea.kp.ru

Борис Корчевников осваивается на новом месте

Борис Корчевников // Фото: «Инстаграм»

В конце апреля стало известно о том, что 34-летний телеведущий Борис Корчевников может возглавить православный канал «Спас». Сообщалось, что его учредитель патриарх Кирилл уже одобрил назначение журналиста. В связи с этим в ряде изданий появилась информация о том, что Корчевников покидает программу «Прямой эфир», которую он ведет с 2013 года. Однако позднее сам звезда ТВ опроверг слухи, которые муссировались в СМИ с февраля, и заявил, что не планирует уходить из телешоу.

Корчевников сделал сенсационное заявление о закрытии «Прямого эфира»

Сегодня пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси сообщила о том, что телеведущий официально возглавил православный телеканал. Теперь Корчевников будет не только вести шоу на канале «Россия 1», но и возьмет на себя новые обязанности, касающиеся руководства «Спасом».

«По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла генеральным директором и генеральным продюсером общественного православного телеканала «Спас» назначен Борис Вячеславович Корчевников. Занимавший ранее указанные должности Б.И. Костенко назначен заместителем генерального директора телеканала», – сообщает пресс-служба Московского патриархата.

Борис Корчевников беседует с протоиерем Дмитрием Смирновым в эфире телеканала «Спас» // Фото: кадр программы «Диалог под часами»

«СтарХит» связался с предыдущим главой телеканала с просьбой прокомментировать информацию о кадровых изменениях в его руководстве.

«Это наше внутреннее дело, для кого-то это новость, для кого-то нет. Это вполне ожидаемое. Ну да, он уже познакомился с коллективом, конечно, у него есть свой кабинет», – сказал Борис Костенко «СтарХиту».

Информацию о том, что Корчевников займет должность главы «Спаса», репостнули в официальном сообществе программы «Прямой эфир» во «ВКонтакте». Поклонники передачи начали поздравлять ведущего с новым назначением и желать ему плодотворной работы.

Добавим, что «Спас» является круглосуточным общественным телеканалом, который осуществляет вещание по кабельным и спутниковым сетям с 2005 года. В декабре прошлого года он полностью перешел во владение РПЦ. Тогда финансово-хозяйственное управление Московского патриархата увеличило свою долю в ОО «Спас ТВ» с 51 до 100%.

Напомним также, что Борис Корчевников работал креативным продюсером канала СТС, а также снимал ряд документальных фильмов, в том числе картину «Не верю!», вызвавшую в свое время бурный общественный резонанс. Лента, вышедшая на НТВ в 2013 году, поднимала тему информационных атак на церковь.

www.starhit.ru

Что произошло с Борисом Корчевниковым, которого Андрей Малахов заменил в «Прямом эфире» - ФОТО | 1news.az

Российский телеведущий Борис Корчевников, получивший повышение по руководящей линии, став генеральным директором православного телеканала «Спас», впервые рассказал в интервью «Комсомольской правде» о том, почему он уходит из ток-шоу «Прямой эфир», новым ведущем которого станет Андрей Малахов.

«Правильнее сказать, что «Прямой эфир» в своем прежнем виде заканчивает существование. Программа, которая выйдет на его месте, будет уже другой. Но сохранит все то, что делало «Прямой эфир» успешным и любимым у зрителей», - рассказывает Б.Корчевников в интервью «Комсомольской правде», отмечая, что свой последний выпуск «Прямого эфира» он записывал с чувством радости от очень успешного сезона за плечами.

«Команда «Прямого» уникальна. Одна из лучших на телевидении. На рынке единицы тех, кто умеет делать этот жанр. Поэтому люди продолжат создавать и новый, еще более яркий проект. Покидаю канал с чувством, наверно, обычным на пороге новой работы: интереса перед новыми задачами и профессиональным вызовом. При этом морально я остаюсь частью команды «Прямого эфира» и ВГТРК», - отмечает Б.Корчевников.

Развеял телеведущий и слухи о том, что покидает «Прямой эфир» из-за проблем со здоровьем: «Это еще одно преувеличение, каких было очень много за последние дни в прессе. Перемены в ток-шоу «Прямой эфир» не связаны с моим здоровьем. Да, идеальным его назвать сложно, но покажите мне абсолютно здоровых людей. Те проблемы, которые время от времени случаются, они решаемы. В каком-то смысле они даже помогают мне: чтобы жизнь была по-настоящему наполненной и богатой внутренне, надо что-то время от времени преодолевать. Но все далеко не так фатально, как об этом писали в последнее время».

Отметим, что ранее в российских СМИ прошла информация о том, что Б.Корчевников теряет слух в связи с опухолью мозга, что и было названо основной причиной его ухода из «Прямого эфира».

Комментируя «Комсомольской правде» переход на православный телеканал «Спас», Борис Корчевников отметил следующее: «Кажется, блаженный Августин говорил, что если Бог на первом месте, то все остальное – на своем. Я стараюсь жить по этой формуле. Что бы я ни делал, я старался, чтобы Бог всегда был на первом месте. Когда прозвучало это предложение, у меня было сильное внутреннее чувство, что это предложение от Бога. А значит, лучше сделать шаг и ошибиться, чем не делать шаг и ошибиться. Поэтому я согласился.

Изначально было понятно, что совмещать работу на канале «Спас» и шоу «Прямой эфир» едва ли возможно. Чтобы шоу «Прямой эфир» получалось таким, каким оно получалось, нужно этим жить. А телеканал «Спас» – это то, на что и целой жизни мало. Даже когда я продолжал одно время совмещать, что-то внутри меня всегда говорило, что в какой-то момент останется что-то одно».

«У меня язык не поворачивается назвать Андрея Малахова преемником, тем более что с ним это будет совсем другой проект, как я вам уже говорил. Мы с Андреем знакомы давно, и в эти дни, конечно, стали несколько ближе. Как вы понимаете, у нас бесконечно много общих тем. В каком-то смысле даже общая жизнь! Мы оба живем только профессией, и за последние годы пропустили через себя очень много общих или похожих историй и судеб людей. Для меня правда радость, что именно он - человек, который для многих в нашей стране стал настоящим символом российского телевидения, - теперь продолжит проживать эти судьбы – с нашей командой на главном канале страны», - заявляет Б.Корчевников в интервью «Комсомольской правде», говоря об Андрее Малахове.

Ф.В, Г.Р. 

www.1news.az