Эхо ганапольский итоги недели последний эфир


Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 30.12.2018

М.Ганапольский― Добрый вечер, ребята.

А.Нарышкин― Здравствуйте.

А.Соломин― С наступающим.

М.Ганапольский― Да, с наступающим. Я  предложил сделать итоги года, но Соломин, который, — поверьте мне, не потому, что это плохая идея – просто Соломин не захотел вспоминать, он ленив, он не захотел вспоминать события в этом году – может быть, они были столь отвратительны, что Нарышкин, который не  терпит вообще новости – вы знаете, как его корежит, что чувствуется — Нарышкин задает короткие вопросы. Это говорит о том, что ему противно, собственно.

А.Нарышкин― Или это говорит о скудоумии. Или Соломин отказался подводить итоги года, потому что у него деменция и он тупо ничего не помнит.

М.Ганапольский― И что сделал Соломин? Он процитировал Латынину?

А.Соломин― Именно так. Ее последний выпуск, который можно посмотреть на нашем канале.

А.Соломин: Путину важно не превратить Белоруссию во врага, который отобьется от России

М.Ганапольский― И сразу посла реклама. Дай точную ее фразу.

А.Соломин― Я вольно процитирую: что итоги года подводят те, кому просто сказать больше нечего.

М.Ганапольский― Да. Мы, естественно напряглись.

А.Соломин― Стало неловко.

М.Ганапольский― И должен сказать, что мы  все-таки наскребли события. И  их вполне достаточно – попробуем все впихнуть в нашу программу. Не будет только Киселева, но это только потому, что у нас программа «Итоги недели без Евгения Киселева».

А.Соломин― Нам пишут: «Нарышкин – известный лизоблюд». А я бы сказал, что он блюдолиз, скорее, известный.

А.Нарышкин― Не забывай, что я  сижу рядом.

М.Ганапольский― Кстати, это хорошая традиция – вылизывать блюдо.

А.Нарышкин― Чье?

А.Соломин― Это в каких обстоятельствах. В  94-м, помню, не грех было и за соседом прибрать.

М.Ганапольский― Давайте серьезнее. Мы накануне Нового года и события достаточно серьезные. Начнем – «Герой недели».

А.Нарышкин― Тему преподнесу в предпраздничном стиле – Александр Лукашенко, президент Белоруссии – «герой недели». Потому что дважды летал в Москву на встречу с  Путиным. Вообще в течение недели звучала тревожная музыка  — такое ощущение, что Лукашенко свои последние дни досиживает в кресле президента – появляются разные слухи, которые курсируют в  минском политологическом сообществе, переносятся сюда, — Зыгарь писал о том, что якобы завтра, 31 числа, в последний день уходящего года, Лукашенко выступит с каким-то телеобращением — ну, кто знает, может, как у Ельцина «Устал, ухожу»? Но запланировано это на день, съедутся съемочные группы разных телеканалов и будут в  прямом эфире транслировать некие заявления и важные слова белорусского лидера.

Но эта информация пока неподтверждённая. Много говорят о том, какова может быть новая конструкция власти у  России и  Белоруссии. Мы давно говорим, что у нас союзное государство.

А.Соломин― Формально оно существует.

А.Нарышкин― Да, и естественные экономические связи. Например, Венедиктов в  программе на «Эхе» говорил, что, скорее всего, в ближайшее время будет предложение для Путина – один из вариантов продления полномочий Путина будет заключаться в том, что он станет лидером двух государств, России и Белоруссии, при этом у Лукашенко будет статус – ну, не президентский, но чуть повыше, если судить по масштабам союзного государства – ему предложат пост вице-президента.

Вы знаете, что Венедиктов человек осведомленный, он может конструировать какие-то вещи, и много общается с людьми, которые принимают решения. Поэтому интересно проследить за тем, что в  ближайшие дни произойдет с Лукашенко, как сложится его судьба.

Напомню, что в последний раз он приехал к Путину не с пустыми руками, привез четыре мешка картошки и  сала. Причем, картошка для разных поводов — для жарки, для варки.

М.Ганапольский― Давай объявим вопрос слушателям.

А.Нарышкин― Мы сейчас говорим, что на Лукашенко оказывается огромное давление, как будто кто-то хочет лишить Белоруссию своей независимости. Как вести себя Лукашенко в такой ситуации  — уступить Путину, или лучше Лукашенко биться до последнего – военным путем, просить помощи у Запада, как угодно. Итак, уступить Путину, лечь под него — 660-06-64, или биться до последнего — 660-06-65.

М.Ганапольский: Путин у нас все время альфа-самец, который нападает

М.Ганапольский― И технический вопрос – он важен. Сначала он вам покажется глупым, как и все, что я говорю  — о  чем вы говорите после передач, но  на самом деле вопрос серьезный. Лукашенко привез четыре мешка картошки. Другими словами, он привез Путину новогодний подарок. А Путин ему что-то подарил, об этом что-то известно?

А.Соломин― Ты об этом чего-нибудь слышал?

А.Нарышкин― Не знаю. Что даровал Путин.

М.Ганапольский― То есть, вы ничего про это не знаете. И еще вопрос – как Лукашенко объясняет свой подарок?

А.Нарышкин― Пресс-секретарь Лукашенко говорил, что якобы Путин сам когда-то просил такой подарок в ответ на вопрос Лукашенко, что бы он хотел получить к  Новому году.

М.Ганапольский― Понял.

А.Соломин― Здесь важно понимать, что речь идет не о самостийности Белоруссии, а о самостийности Российской Федерации. Дело в том, что Российское правительство уже не  первый год бьет тревогу и ходит к Путину с вопросом – ребята, чем мы  здесь занимаемся, для кого принимаем эти решения? Мы объявили эмбарго продовольственное, повышаем акцизы на сигареты, на водку  — для когО, для какого производителя? Вроде бы написано, что поддержать отечественного. А получается, что поддерживаем белорусского производителя, потому что на рынке цены поднимаются. Но с продуктами, которые сбивают цены, приходят белорусские производители, у  которого и папайя растет замечательно, и креветки есть на Белорусском побережье. Российское правительство этим страшно недовольно. Министр Силуанов сказал даже  об утрате доверия — помните, когда такая формулировка используется? – когда губернаторов увольняют в шею.

Дело в том, что Путин, в силу того, что он не столько об экономике, сколько вообще о политике, ставит себе цели. Видимо, иные – ему важно не превратить Белоруссию во врага, который будет побираться по европейским соседям и попадет в зависимость от них, отобьется от России. Поэтому тут ничего удивительного нет, что ссоры происходят.

Вопрос в том, до  каких пор Путин будет держаться за союзное государство, в необходимости которого многие сомневаются, и что он будет требовать от белорусов – что ему нужно, какова конечная стратегическая цель.

М.Ганапольский― Мне кажется, что это наиболее серьёзный вопрос конца года, и тут есть, что сказать. Первое — вот это образование называется Союз независимых государств. Вопрос риторический — а республика Беларусь является ли независимым государством? С одной стороны, да – есть свой гимн, флаг, конституция. Но является ли она независимым государством? И ответ на сейчас ужасен и страшен: нет, не является Беларусь независимым государством по факту. Почему? – потому что, заметьте, мы говорим две вещи: что потребует Путин, а Путин у нас все время альфа-самец, который нападает.

И второе – как будет обороняться Лукашенко, и при этом, чтобы он не побирался по Европам? – а сейчас он побирается по России. И что, одно лучше другого?

И третий. Задам неприятный вопрос для белорусов и  Лукашенко. Потому что для меня, живущему в Украине, все ясно. И  для меня вопрос Белоруссии понятен и решен. Объясню, — скажите мен, ребята, с какого года Лукашенко является президентом Белоруссии?

А.Нарышкин― Не знаю – с  94-го?

М.Ганапольский― Вдумайтесь, сколько лет этот человек является президентом прекрасной страны с  хорошей европейской культурой, идущей с советских времен, с прекрасными, самыми миролюбивыми, спокойными людьми в Европе.

М.Ганапольский: Лукашенко за это безумное количество лет так и не построил независимость государства

А.Соломин― У них, кстати, очень вежливая милиция.

М.Ганапольский― Все у них вежливо. Только у них нет государства. И что бы  потом ни писали в комментариях белоруссо-любы — я вас поздравляю — государства у вас нет. Потому что либо вы должны побираться у  России, либо побираться у Запада. А что, собственно, произошло? Произошла простая вещь: Лукашенко за это безумное количество лет так и не построил независимость государства. Экономика? Какая, к черту, экономика, если без российской нефти, без российского газа, без всего российского, Беларусь жить не может? Да, у нее есть сферы экономики, которыми она может гордиться.

А.Соломин― Проблема в том, что она оказалась между молотом и наковальней.

М.Ганапольский― Никаких молотов и наковален. Каждая страна находится между молотом и  наковальней.

А.Соломин― Приграничная.

М.Ганапольский― Подожди. Для меня это важный вопрос – я слишком люблю Белоруссию. Вторая история – на каком языке говорят в Белоруссии? В нем говорят на языке чужой страны, России. Да, этот язык близок, но я изучил этот вопрос – в  моем эфире был белорусский журналист Сережа Харитонов, который сказал, что школ, в которых изучают белорусский язык, всего 12-16. То есть, страна без своего языка. Независимого государства без своего языка не бывает.

И дальше – эта страна без своей религии,  — в том смысле, что там нет своей Белорусской автокефальной церкви. Я сейчас не делаю намек на получение томаса украинцами, — не в том дело. Просто там Московская православная церковь.

Итак, это государство, в  котором даже президент говорит по-русски, где абсолютная русификация. Это государство, которое живет культурой, в массе своей, исключительно  России, и где самый любимый певец – Киркоров. Это страна, которая благодаря Лукашенко — «благодаря» в кавычках – не построила за столько лет иждивенчества у  России, с золотых лет, которые сейчас подходят к концу – своей экономики.

И самое главное. Нарышкин сказал  — как поступит Путин, как поступит Лукашенко. Только забыл важную вещь  — все думают о том, что белорусский народ все схавает. И сейчас будет момент испытания для Белоруссии совершенно необычный для него. А именно, вопрос — что по этому поводу скажет начальник транспортного цеха, то есть, белорусское общество. Общество без белорусского языка, практически без белорусской культуры, которое живет «Голубыми огоньками» из  Москвы, без своей государственной церкви, что оно скажет, когда президент чужой страны по имени Путин захочет стать президентом уже этой страны под видом Союза независимых государств.

Вот это будет невероятное испытание. Ляжет ли не Лукашенко — у  меня именно этот вопрос, который мы  не голосуем. У меня на него нет ответа – ляжет ли белорусское общество под Путина, под его желание навсегда продлить свое политическую карьеру, а Лукашенко будет ему бегать и чай носить только в лице вице-президента, то ли еще кого.

Или они скажут свое слово: «я тварь дрожащая, или право имею»? Вот это мы, поверьте, очень скоро увидим.

А.Соломин― Маленькое замечание — обращаю внимание, что в  центре Минска, на главной площади, стоит католический костел, храм Минска. Мне кажется, это говорит о многом.

М.Ганапольский― Это говорит только о том, что там стоит храм Католической церкви и то, что там не гоняют католиков. И больше это ни о чем не говорит.

А.Соломин― Это уже говорит о многом.

М.Ганапольский― Как только Лукашенко захочет сделать свою независимую автокефальную церковь, ты узнаешь, что будет с Беларусью,  — об этом тебе сообщит Кирилл и Совбез России, на который придет Путин, Николай Патрушев.

М.Ганапольский: Белоруссия — это государство, в  котором даже президент говорит по-русски, где абсолютная русификация

А.Соломин― 14% слушателей говорят, что Лукашенко лучше уступить Путину. 86% говорят, что ему нужно бороться до последнего.

А.Нарышкин― И еще у нас один «герой» — американский актер Кевин Спейси. Больше года прошло с момента, как мы узнали, что к нему есть претензии – его обвинил в том, что он много лет назад участвовал в  каких-то развратных действиях, приставал к актеру. Вы помните, как его выперли из сериалов, похоронив ему персонажа Френка Андервуда.

И за несколько дней до  Нового года Кевин Спейси воскрес — записал видеообращение и поинтересовался у аудитории, скучают ли они по нему. Это хорошая история. Думаю, у Кевина Спейси будет продолжение его актерской карьеры. Как актер он мне нравится и я рад, что он восстановился, готов выйти в паблик и снова быть обсуждаемым. Год человек потратил на то, чтобы прийти в себя. И вопрос слушателям – хотели бы вы, чтобы Кевин Спейси вернулся на большой экран. Да — 660-0664, нет — 660-06-65.

И напомню, что никакого суда по  Спейси не было, он не был признан виновным в том, что совершал 20-30 лет назад. Были просто обвинения, ничем не подкрепленные, но Кевин Спейси признал, что тогда, на той вечеринке был пьян и возможно, что-то допустил подобное аморальное, выходящее за рамки принятого.

А.Соломин― Все так нынче говорят.

М.Ганапольский― А  я ничего говорить не хочу.

А.Соломин― Нет, не будем юлить — Кевина Спейси защищали вы. Это вы сказали, что Спейси «герой».

М.Ганапольский― Тогда скажу. В этом монологе, что, несомненно, некий трюк от  его героя из сериала «Карточный домик», там действительно задан вопрос — и чего? То есть, хорошо, вы меня поставили на ожидание. Ну, я стою на ожидании. И что дальше будем делать? Я человек богатый, — как бы говорит Спейси — могу подождать. И что? Я себя чувствую нормально, вы не доказали мою виновность. А как вы себя чувствуете? Поматросили меня и бросили, с меня начали осуждения  — даже не осуждения, это вообще было черти что, какая-то страшно кампания, которая проехалась по многим.

А.Соломин: Ощущение войны очень сильное у  многих людей, очень много вызывает переживаний

Кстати, сейчас эта кампания сходит «на нет» – поиграли и перестали. И что делать тем, кто раздавлен этим катком. Причем, не судебным, а катком общественного мнения. Вот это важный вопрос. Поэтому я думаю, что пройдет небольшое время и Кевин Спейси, выдающийся, абсолютно гениальный актер, снова будет на экране. А суд пусть доказывает, что он виновен – преступник должен сидеть в тюрьме. Но  преступник.

А.Нарышкин― Итоги голосования – после новостей.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Те же в студии, те же у радиоприемников. Что еще хочу сказать – я понимаю, что среди наших слушателей много белорусов. Хочу сказать две вещи – первое – я вас люблю, всех. Очень люблю Беларусь и белорусов, очень люблю вас как народ. У меня там много знакомых,  — прекрасные характеры, самая миролюбивая нация в мире, я считаю, что все остальные просто гады, бандиты и убийцы. Кроме белорусов.

Но я хочу сказать – я слишком вас люблю, чтобы не сказать вам в лицо, в  каком состоянии, откровенно дерьмовом, находится ваше государство. Понимаете, в чем дело? И  именно из-за г-на Лукашенко, который не использовал шанс халявы, который возле него был.

То сейчас, напомню, когда он  начал ерепениться. То его позвал г-н Медведев, который показал ему союзный договор, в котором написано и о создании одной валюты, общего центра для выпуска денег, и  какие-то общие вооружённые силы, и так далее. У него было больше 20 лет для того, чтобы сделать страну. У белорусов что, руки из жопы растут?  — Нет, нормальные, прекрасные руки у прекрасного народа.

Поэтому. Вас ждут нелегкие испытания и  него на зеркало пенят. Я в данном случае только зеркало. Почему я это остро чувствую  — потому что живу в Украине, которая прошла это все, или, вернее, мучительно проходит.

Все равно вам, белорусы, придется думать о том, чтобы стать по-настоящему независимым государством. Пусть даже в рамках союзного договора. Но независимым, уважающим себя народом и не вторичным по отношению к  «Голубым огонькам», Путинским Кремлям, и всего этого прочего.

И ясно, что вас будут просто уничтожать тогда, по серьезу. И вот тогда и появится белорусское общество, которое скажет: чего? Это чего вы с нами делаете? А ну, пошли отсюда. И вот тогда появится независимая Беларусь.

А.Соломин: Пользуясь спокойствием рождественским могут организовать маленькую победоносную кампанию

Извините, это надо было сказать, потому что все обижаются.

А.Соломин― Чтобы не было нашим белорусским друзьям сильно обидно, хочу сказать, что Матвей Юрьевич про нас, россиян, говорит такое, что вам и не снилось. А  нас с Нарышкиным он просто ненавидит.

Итоги голосования: 69% слушателей говорят, что хотят, чтобы Кевин Спейси вернулся на экраны и  31% этого не хотят. Едем дальше – рубрика «Не в фокусе».

Эта тема у нас называется «Ожидание войны». Она не случайна. Очень многие люди на последней неделе и вообще в конце этого года говорят о своем ощущении войны. Об этом косвенно упомянул Путин на своей пресс-конференции, говорит, что не понимает, почему люди недооценивают эту угрозу, эту опасность, почему так легко людям даются какие-то разговоры о возвращении…

М.Ганапольский― Он удивился? Серьезно?

А.Соломин― Да. Потому что это очень опасные вещи. В Твиттере, в соцсетях, в  Фейсбуке – я сегодня видел твитты Альбац о том, что по ее ощущениям, это предвоенный год, последний спокойный Новый год. И не у нее одной я видел это сравнение. С  Новым годом 41-го. Ощущение войны очень сильное у  многих людей, очень много вызывает переживаний.

У меня не вызывает. Но сразу скажу, что в этом смысле я  своим ощущениям уж точно не верю. Когда я был в  конце февраля 14-го года в Крыму, в Севастополе, — там люди собирались на митинги, а  я все ходил вокруг и думал про себя: ребята, чего вы тут стоите? Все равно ничего не будет, вы разойдетесь по домам, и будете завтра жить тихо-мирно, как и жили раньше – ничего не изменится. Было абсолютное ощущение спокойствия.

А потом были «вежливые люди», а потом были  — вот сейчас мало, кто помнит, но  тогда было реальное ощущение – было страшно. Потому что каждую ночь ты засыпал с мыслью о том, что можешь проснуться этой же ночью от того, что на улице стреляют танки. И люди засыпали с этим ощущением. Это было не из приятных ощущений. Слава богу, ничего не случилось.

Но здесь мне кажется, что лучше перебдеть. Мы должны прекрасно понимать, что такое война и должны бояться этого по-настоящему – чтобы ни  в коем случае этого не допустить.

И вопрос для слушателей простой – будет ли в 2019 году война с  участием России? Расскажите все о своих ощущениях – не надо пророчеств. Если да — 660-06-64, нет — 660-06-65. Вот такой, не очень веселый предновогодний вопрос.

М.Ганапольский― Да нет, веселый. Разверну его в  развлекательную сторону, конечно, о войне рассуждают везде, пеняют российскому телевидению, и справедливо, что там чуть ли не каждый день рассматривается, кого и как будут испепелять.

Но поговорим об этом реально. Скажи, Соломин, с  кем Россия может начать войну, в каком регионе?

А.Соломин― Не думаю, что открою большой секрет, но сейчас многие говорят о возможном конфликте Россия-Украина. Пользуясь спокойствием рождественским могут организовать маленькую победоносную кампанию.

М.Ганапольский: Путин, который хочет стать главой союзного государства удержится от того, чтобы нападать на Эстонию

М.Ганапольский― Ты сказал такую фразу – наверное, ты забылся, уже начал праздновать новый год. Поэтому в своем пафосном монологе, почти эстрадном, ты сказал «мы должны это не допустить».

Путин срать хотел на твое желание, на мое чего-то не допустить. Если он скажет, то эвенки и  все славные вооружённые силы пойдут туда, куда он скажет.

А теперь разберемся в простых вещах – с  кем Россия может воевать. Нападет ли  Россия на Эстонию? думаю, Путин, который хочет стать главой союзного государства Россия-Белоруссия удержится от того, чтобы нападать на Эстонию. Потому что не будет никакого союзного государства после нападения на Эстонию. Или на Латвию, или на Литву. Просто не будет союзного государства. Вообще. То есть, будет Россия, а Беларусь распрощается с Россией – ей помогут распрощаться с Россией. И Путин об этом знает.

Теперь вторая часть – война с Украиной. Я тебе скажу, что Украина делилась на две части во временном отрезке. Первое – это до нападения в Азове и после нападения, когда Россия напала на  украинские три жалких каноэ, но уже под флагами России. И сейчас не имеет никакого значения, что по этому поводу говорит Россия – это не имеет никакого значения.

Могу тебе сказать – это был окончательный перелом, когда стало понятно для Украины, — вы знаете об этом только информационно, не знаете, что делается, а это другое. Тут поняли, что это может быть. И  скажу финальную фразу по этому поводу.

Если Россия в любом виде начнет сейчас новую войну с Украиной, это будет ее последняя война, российской Федерации. Я подробностей не говорю. Я понимаю слухи, что в Украине нет армии – в Украине есть армия. Там нет вооружения? — в Украине есть вооружение. Это будет 1:10, 1:100, — это будет самая страшная война в истории Российской Федерации. И это, конечно же, будет окончание президентства президента Путина.

Вот поэтому войны с Украиной не будет никогда. Если будет – это будет для украинцев последняя сдача крови.

А.Соломин― Это страшная вещь.

М.Ганапольский― Страшная? Конечно. Ужасная. Ляжет такое количество людей – ты даже себе не представляешь. Но ляжет не только со  стороны Украины. Все, хлебом-солью  — зеленых, рыжих, военных, полувоенных, танков, вертолетов — встречать здесь никто не будет. Это будет последняя война для Российской Федерации. Все. В военном смысле.

А.Соломин― Это очень важно.

М.Ганапольский― Потом эта война превратится в партизанскую. И судьба Крымского моста тогда будет решена. Вообще нападение России на Украину это мгновенное исчезновение Крымского моста – с него начнут.

М.Ганапольский: Если Россия в любом виде начнет сейчас новую войну с Украиной, это будет ее последняя война

А.Соломин― Мне кажется, это последнее, чем будет дорожить Россия.

М.Ганапольский― Дело не в этом. Это знаки. Мне хотелось бы – я обращаюсь к Кремлю. К разведке кремлевской – вы там, бараны, меньше смотрите Соловьёва, Киселева – вот эти ваши развлекательные передачи, где вы себя успокаиваете, какие вы сильные. Пожалуйста, вы разверните в Украине разведсеть и  поинтересуйтесь, что происходит в Украине и  что Украина собой сейчас представляет. Пожалуйста, не сделайте фатальной ошибки. Не для Украины – Украине исчезнет, но исчезнет вместе с Россией. Это я вам гарантирую. Просто я это знаю. К сожалению, так будет. Это будет последняя война, в которой будет участвовать Российская Федерация с ее нынешним руководством и в нынешнем составе большой России. Дальше будет страшно.

Да, это будет очень плохо. Поэтому не надо это делать все изменилось.

А.Нарышкин― Итоги голосования: 60% слушателей считают, что в  2019 г. будет война с участием России, 40% так не считают. Идем дальше. «Событие недели».

А.Соломин― На самом деле эта тема – продолжение прошлой недели, но благодаря новым событиям она развивается в новом ключе. Корпорация ВВС обвинила российский МИД в раскрытии личных данных своих сотрудников Русской службы ВВС. Потому что имена и  фотографии сотрудников появились на сайте «Pikabu», в соцсетях, а этот список был, как утверждает глава Международной сети ВВС, был передан российским властям в  аккредитации. И именно поэтому, с его точки зрения, это именно российская ответственность.

Сейчас идут споры, и официальный МИД говорит, что не было никакой жалобы, во  всяком случае, они не могут найти концов, не могут найти, кто подавал жалобу и где она находится,  — жалобу ВВС на этот инцидент.

Но важно другое. Важно, что этот инцидент был, и я бы хотел обратиться ваше внимание на слова Дмитрия Пескова о том, что в России не приветствуют публикацию личных данных журналистов, но относятся к этому с  пониманием. Мне кажется, это важно.

М.Ганапольский― Не понял — «с пониманием» в  каком смысле? С пониманием чего?

А.Соломин― Дело в том, что перед этим британская «Тайм» опубликовала список российского иноагенствта «Спутник», личные данные сотрудников. И почему подозревают российский МИД и российское государство? – многие видят в этом зеркальную меру: ах, вы так с нами поступили? Ну и мы с вами тоже так же. Правда, концы прячут в воду, потому что никто не хочет брать за это ответственность.

Но важный аргумент главы международной сети ВВС в том, что список опубликованных журналистов в точности повторяет список, переданный на аккредитацию.

Мне кажется, что здесь важнее слова  — не знаю, это оговорка, или что, — Пескова. Потому что в таком случае нам всем следует «относиться с пониманием», не приветствуя, но  с пониманием – к фотографиям загородных домов, пристрастным изучением наручных часов,  — не приветствуя это, но  и не удивляться тому, что такие вещи будут продолжаться, что никакой частной зоны для публичных людей не существует. Является ли публикация личных данных – там речь идет об именах и  фотографиях – слава богу, не о кредитных картах или домашних адресах и  даже не о телефонах, — чем-то особенным?

Лица, которые публичны и  допускают публикацию – здесь о,кей, здесь ничего быть не может. С другой стороны, лица, которые не афишировали эту информацию. И с другой стороны, когда эта публикация происходит под лозунгом: «посмотрите на них, вот эти гады» — потому что это является мотивацией для того, чтобы «этим гадам» набить морду. И это является уже подстрекательством к преступлению, И вот почему в таком контексте эти списки распространять ни в коем случае нельзя.

Я не приветствую, что делают в Британии с RT – у  меня здесь особенная позиция по отношению к  СМИ, я считаю, что это не отвечает ни концепции свободы слова, ни концепции свободного представительства СМИ, Но  с каких пор нормальным считается отвечать тем же? Я считаю, что это просто свинство какое-то.

М.Ганапольский― Будем делать голосование?

А.Нарышкин― Зададим вопрос – считаете ли вы ВВС рупором британской пропаганды? Если да — 660-06-64, или просто СМИ, но не в интересах Лондона — 660-06-65. Такой вопрос, потому что RT, агентство «Спутник» в разных странах обвиняют в том, что они являются «агентами влияния», иностранными агентами, они заставляют умы бродить. И поэтому у наших СМИ возникают проблемы за границей – в Америке, Франции и других странах. Но сразу остановлю голосование – расклад понятен — 24% считают, что ВВС это британская пропаганда, 76% считают, что это не так.

М.Ганапольский― Мне интересно  — все наши голосования здравые, говорящие о том, что у нас нормальные люди в стране. Вопрос – почему, когда голосование за лидера страны — там 245% за Путина? Как это объяснить? Они что, как Джекил и Хайд, у них разные лица, разные сущности, шизофрения? У нас они голосуют нормально, как нормальные люди. После этого у них зомбируются то ли глаза, то ли головы, и  «Путин навсегда», что это такое. Но на это нет ответа. Никто не знает. Идем дальше.

А.Нарышкин― «Редиска недели». Помните, 6 декабря Дмитрий Медведев, глава нашего правительства, призвал наказывать зарвавшихся чиновников, — тогда широко обсуждалась история с женщиной из Екатеринбурга, Глацких, которая все-таки свою должность покинет. Но у нее появилась преемница, из другого региона – Марина Антимонова, министр социальной и семейной политики Самарской области. Она обсуждала в соцсетях различные жалобы населения, и, отвечая на один из вопросов о размере детских пособий, Антимонова спросила, считают ли они, что государство должно всех содержать, цитирую: «чтобы детей плохими продуктами не кормить, наше поколение сады и огороды разводило. Если хочешь ребёнка  — всегда найдешь решение». Это высказывание чиновницы, разумеется/, вызвало бурную дискуссию.

А.Нарышкин: В нашей стране повязывают георгиевскую ленточку и считают, что мы  надерем Запад и в этом мы прекрасны

А мне кажется, что уже надо перестать реагировать на подобные выплески и  вообще на любые комментарии. Ну что это за представление о справедливости? Вы видите чиновника из Екатеринбурга, и ее под давлением общественности вроде как уволили. Марина Антимонова извиняется – не знаю, останется ли она на своем месте, но  она тоже говорила подобные вещи.

Есть Медведев, который говорит «увольнять, наказывать, пороть». Но справедливость не в этом. Я перед эфиром прочитал, что такое «справедливое государство»  — справедливое, социальное государство, мощное и  великое – например, как Швеция, где бесплатные лекарства для детей до  18 лет. Где стоматология бесплатная до 23 лет и много разных няшек для людей, которые живут в этой стране.

В нашей стране, в России, реагировать болезненно только на депутатов, в нашей стране восхищаются условным величием в  виде ракет, и прочего. В нашей стране повязывают георгиевскую ленточку и считают, что мы  надерем Запад и в этом мы прекрасны.

А просто жизнь  — это все такие подобные вопросы. И когда наивные люди с этим сталкиваются, задают вопросы, как дальше жить, им говорят: пожалуйста, в огород. И у людей еще остаются силы возмущаться. А не надо возмущаться. Надо привыкнуть к тому, что нынешняя Россия это такое государство, где ты должен рассчитывать на себя. Ты рожаешь ребенка в Самаре — воспитывай его в одиночестве. Есть мать, бабушка – вы его воспитываете. Не надо идти за помощью государства, не надо спрашивать, почему маленькие пособия. Уже привыкните. Если у тебя зарплата 15 тысяч, то  2 тысячи это уже пособие. Хотя кроме еды ты уже ничего не можешь купить, да и нормальной еды на это не купишь. Ну, отвыкайте постепенно, слезайте с этой зависимости – правильно вам говорят эти чиновники, — в огород.

М.Ганапольский― Поначалу, когда ты начал монолог, я подумал, что пафос его в том, чтобы ничего не говорить этому куску дерьма, что это кусок дерьма. Но я потом понял, что ты говоришь не об этом, ты говоришь абсолютно справедливую историю – это асоциальное государство. Это государство, которое кинуло своих граждан в угоду одного человека, президента, который меряется понятно, чем с президентом Трампом и сознательно говорит гражданам: «завтра будет хуже, чем сегодня. Готовьтесь к этому» — не спрашивая мнения граждан

Тут карикатура появилась совершенно замечательная Елкина. Кремлевская стена,  — он еще смешно Путина изображает – у него Путин такой маленький. С носом картошкой. И  вот  из-за кремлевских зубчиков выглядывает Путин, который вот так расставил руки в стороны и говорит: ну, что еще мне надо сделать, чтобы вы начали протестовать?

Мне кажется, что действительно, Путин к новому году сделал все – прочитайте прогнозы, какая жизнь будет завтра в Российской Федерации, как все будет увеличиваться, — все, кроме благосостояния граждан.

Но Новый год это все-таки праздник. И закончить я хотел еще одной репризой, это тоже смешная картинка: Два инопланетянина смотрят на  Землю, один спрашивает у  другого — чему они там радуются? Тот ему отвечает: Земля сделала оборот вокруг Солнца. Первый: Ну, я же тебе говорил, что они неразумные.

Но, тем не менее – Новый год, лицом в салат. Спасибо вам, ребята, что год работали со мной. Соломин, Нарышкин, Ганапольский.

А.Соломин― До  встречи в следующем году. Счастливо.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 02.12.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте, начинается программа «Итоги недели без Евгения Киселёва» и я сразу задаю вопрос Нарышкину и  Соломину.

А.Соломин― Как звучит вопрос? Или вопрос «добрый вечер»?

М.Ганапольский― Нет, нормальный, добрый вечер. Будет сегодня Евгений Киселев?

А.Соломин― Не будет. Работы много. Просто не успел.

М.Ганапольский― Конечно, много было событий, на которые стоит обратить внимание. Напомню цель нашей передачи — мы не открываем Америки, мы напоминаем о наиболее значимых событиях, которые произошли на этой неделе и которые важны для каждого из нас. Это очень субъективная передача, за  час до ее начала мы начинаем торговаться, рассматривать события, вопросы, которые по  большинству предлагает Нарышкин.

А.Соломин― Поэтому, когда у вас разорвется пукан из-за формулировки вопроса, знайте, что все это делал Нарышкин.

М.Ганапольский― Наша задача вспомнить о событиях и задать вам вопросы и это самое главное в нашей передаче. Сегодня начнем с «Героя недели». Поехали.

А.Нарышкин― Владимир Путин, может быть, внезапно.

А.Соломин― Кто придумал сделать его «героем»?

М.Ганапольский― Предложил я. Для меня «герой» этой недели, безусловно, Путин  — ну, одно из его качеств. Для меня оно странное, но, тем не менее, правда.

А.Соломин― Подождите. Дождемся, когда у людей придет в себя челюсть, ударившаяся о стол.

А.Нарышкин― Мы с Ганапольским просто прозрели. Для меня тоже на этой неделе Путин «герой» — за то, что демонстрирует – сейчас без шуток – стойкость духа на  примере Керченского конфликта и последовавших событий. Если Путина сравнивать с украинским президентом, то  он похож больше сейчас на удава. Не знаю, может, в  Киеве все смотрится по-другому, но отсюда когда смотришь – необязательно включать всякие пропагандистские шоу-каналы, — такое ощущение, что у  Порошенко агония и истерика. Путин несколько раз на этой неделе комментировал украинские дела. Он более или менее стабильный на протяжении уже двух десятилетий. А у Порошенко сейчас наблюдаются какие-то резкие перепады настроений.

А.Соломин― Но сейчас все ждут. Почему Ганапольский сделал «героем» Путина — ответим на этот вопрос, а потом будем оппонировать Нарышкину.

М.Ганапольский― Я Нарышкину оппонировать не буду, наш диалог не построен на оси Москва-Киев, я не собираюсь отстаивать Порошенко.

А.Нарышкин― А я не говорю, что вы агент Порошенко. Может, вы меня не услышали?

М.Ганапольский― Я понимаю, как это смотрится из Москвы, но как это смотрится из Киева, я говорить не буду.

А.Нарышкин― Жаль.

М.Ганапольский― Но это заведет нашу передачу в какой-то тупик и глупость. Дело в том, что из Москвы это смотрится так, а из Киева смотрится, что просто у Путина истерика, потому что все будущее поставлено на карту, потому что санкции, и эти санкции с каждым днем будут становиться все сильнее и  сильнее когда ты нарушаешь международное право. Это для нас  — ну, что такое международное право? Но если ты море по  известному всем договору, которое используют разные страны, и  вдруг ты делаешь это море своей собственностью, то так ты и любое другое море можешь сделать своей собственностью. Порошенко это назвал «ползучей аннексией» Украины, но дело тут не в словах.

Дело в том, что действительно из Москвы и Киева эта история смотрится совершенно иначе и может быть даже самым противоположным образом.

А.Нарышкин― Умоляю, объясните – из Москвы кажется, что на Украине власти просто обезумели — военное положение – зачем? Я не понимаю. Я смотрю разные источники информации, в том числе телевизор,  — зачем военное положение?

М.Ганапольский― Тебе формально объяснить?

А.Нарышкин― Нет, не формально. Формально – хорошо, — Украина ожидает нападения России.

М.Ганапольский― Думаю, что рехнулись. Отжать море? – это надо рехнуться.

М.Ганапольский: Из Киева смотрится, что просто у Путина истерика, потому что все будущее поставлено на карту

А.Нарышкин― А военное положение кому сейчас помогает?

М.Ганапольский― Как это? Это безопасность страны.

А.Нарышкин― А если военного положения не будет, то уже танки войдут?

М.Ганапольский― Боже мой, Алеша.

А.Нарышкин― Это важные вещи, которые не проговариваются нигде.

М.Ганапольский― Как это не проговариваются? Хорошо, давай сделаем так – для того, чтобы нам не поссориться, я объясню тебе логику украинской власти, почему она ввела военное положение.

А.Нарышкин― Пожалуйста.

М.Ганапольский― Итак, — военное положение введено в  10 областях Украины, если не ошибаюсь. Если посмотрите на карту Украины, вы увидите, что эти области, так или иначе, приграничные. Когда соседняя страна – даже не будем ее называть — Россия, или Украина, или Занзибар – не имеет значения. Когда против любой страны соседняя страна делает откровенный акт агрессии – это так в понимании Украины, — мы  сейчас не будем спорить, — я просто рассказываю, что происходит. Итак, Украина воспринимает это как акт агрессии уже соседнего государства.

То есть, это не  вот это «их там нет», — это реально российские корабли под российскими флагами. Соответственно, непонятно, что Россия будет делать дальше. Возможно, это просто частный шаг. А возможно это начало какой-то полномасштабной агрессии по южному флангу Украины  — для того, чтобы, например, сделать тот знаменитый коридор между Россией и, например. Приднестровьем – для того, чтобы, предположим, запустить знаменитый водный канал, который идет в  Крым – вы знаете, что этот канал перекрыли украинцы.

Таким образом, введено военное положение, особый статус, только для этих 10 регионов. Потому что ни я, ни вы, ни любой из тех, кто нас слушает, не может ответить на самый главный вопрос — эта история с кораблями частность, или начало какой-то широкомасштабной агрессии обезумевшего руководителя соседнего государства.

Только поймите меня правильно – я сейчас не говорю, считаю ли я это правильным или неправильным. Вы попросили объяснить, зачем это. Я вам объяснил, зачем.

А.Соломин― Задам вопрос для голосования. И потом мы все-таки выясним. Почему вы  сделали «героем» Путина. Кто больше выгодоприобретатель от  Керченского столкновения, с вашей точки зрения — если президент Украины Порошенко — 660-06-64, если президент России Путин — 660-06-65. Так почему «герой» Путин?

М.Ганапольский― Почему для меня «герой» Путин? Вы знаете знаменитую фразу «Безумству храбрых поем мы песню». Не знаю, насколько Путин храбрый или нет, – я  лично с ним не  знаком. Я думаю вот, о чем – меня восхищает его безумие. Для меня он  герой безумия. Это абсолютно маниакальное поведение человека, который решил действительно остаться в истории своей – тут надо поаккуратнее, чтобы не пришили ничего нашей передаче и  радиостанции «Эха» — все-таки  он глава государства.

Своим последовательным, безумным, уничтожающим собственную страну поведением. Я, честно вам скажу, такого не  видел. Бывают герои, идущие на смерть – вот Путин для меня человек, который идет на смерть, — естественно, фигурально выражаясь. Если его грохнут, то грохнут там свои, или какая-то болезнь, нор я в любом случае желаю ему, как человек человеку, прожить долгую, хорошую, здоровую жизнь – вроде у него со здоровьем все в порядке.

Просто я восхищаюсь человеком. Например, я читаю вам свежий заголовок – вы его не видели – на сайте «Украинская правда»: «Порошенко рассказал, что российская сторона отказывается от прямых телефонных переговоров». Ну, казалось бы – с тобой поговорила Меркель, Трамп,  — у вас была какая-то беседа на  50 минут, о  чем вы еще скажете. Ну, хорошо – возьми трубку, тебе звонит президент соседней страны, — да, тебе он не нравится, — сними трубку, скажи: иди на фиг.

Но, по-моему, мы впервые встречаемся с феноменом, когда президент России просто отказывается разговаривать с президентом соседней страны. В связи с этим я, Нарышкин, хочу тебе сказать – ответь на риторический вопрос – правильно ли сделал Порошенко, который объявил военное положение в  10 областях, граничащих с  Российской Федерацией, если президент России отказывается вообще с ним разговаривать? Что это? Не может ли это быть объявлением войны?

А.Нарышкин― Правильно ли я вас услышал – из-за того, что Путин не хочет говорить с  Порошенко, у Порошенко сдали нервы, и он объявил военное положение? А до этого война в Донбассе и отжатие Крыма это были все цветочки?

М.Ганапольский: Мы не ответим на главный вопрос: история с кораблями — частность или начало широкомасштабной агрессии

М.Ганапольский― Да, это были цветочки.

А.Нарышкин― Вы правильно сказали  — «их там нет», все это несерьезно, 10 тысяч погибших украинцев – это все ерунда. А тут – катер задержан.

М.Ганапольский― Еще раз говорю – если один президент отказывается говорить с другим президентом, это можно просчитать и можно предчувствовать это, не дай бог, как объявление войны. Вот не хочет он  разговаривать, потому что не хочет отвечать на вопросы.

А.Нарышкин― Думаю, что не все так просто.

М.Ганапольский― Да. И ровно потому, что все не так просто, именно для этого и объявлено военное положение. И последнее – я объяснил, почему для меня этот человек «герой». Для меня этот человек герой безумного, апокалиптичного, самоуничтожаемого, суицидального поведения. Жаль только, что он, идя по этой страшной дороге в полное бесславие и забвение ровно через три минуты, как он перестанет быть президентом РФ,  — а когда-то это произойдет – ему вспомнят все. Но до этого он держит в заложниках всю страну. В заложниках своего поведения, своих маниакальных целей. Вот он сейчас хочет сменить власть в Украине, и он стремится сменить эту власть вот таким образом – не разговаривая по телефону, устраивая, — как Украина это называет, давайте я  это отделю, потому что мы тут пропагандой не занимаемся — устраивая вот это безумие в Азовском море, объявляя его своим внутренним. Вот этим он меня восхищает. Я подобных лидеров не видел. Иррациональность рулит.

А.Соломин― Вы удивитесь, но ваши слова о том, что это «Эхо Москвы», а не «Эхо Киева» оно имеет свое значение. Дело в  том, что у  нас 63% слушателей ответили, что Порошенко больше выгодоприобретатель от  Керченского столкновения. 37% проголосовали за  Путина. Я открыл подобное же голосование и в Ютьюбе — вы можете продолжать голосовать там.

А.Нарышкин― Второй герой — основатель фонда помощи «Вера» вступила в  Общероссийский народный фронт, за что практически сразу была четвертована представителями интеллигенции, которые считают, что «зашкварно» сотрудничать в том или ином виде с властью. Больше других отличился Сергей Пархоменко, который призвал собравшихся у него под постом в  Фейсбуке — он напомнил — процитирую: «В какое услужливое, потасканное ничтожество Лиза Глинка позволила себя превратить незадолго до смерти?» — ну и фонтан комментариев. Люди занимают полярные точки зрения, кто-то заступается за Федермессер, кто-то заступается очень громко, обещает чуть ли не свести счеты с  Пархоменко, а  кто-то наоборот, встает на сторону Пархоменко, встает на его сторону и говорит, что если уж ты вляпался в подобное сотрудничество, протянул руку этой власти, то все, тебя надо изгонять из приличного общества.

В этой связи я  в ночном эфире сегодня поднимал эту тему, принимал звонки,  — там то же самое абсолютное разделение на два лагеря, и  продублирую вопрос, который задавал в ночном эфире — можно ли вступать в политические союзы с властью ради действительно благой цели? Можно — 660-06-65, нельзя – 660-06-65.

А.Соломин― Для меня Нюта Федермессер герой по своей деятельности, а вовсе не в контексте этого события. И я готов делать ее «героем» хоть каждую неделю. Но  хотел сказать немножко о другом. Мне немного странно, когда люди классифицируют людей по системе «свой-чужой» исключительно. Это, на мой взгляд, сильно упрощенная классификация.

Например, когда говорят слово «власть», то это означает, что власть исключительно плоха и только плоха. Я тоже, конечно, пользуюсь обобщением «власть», говоря, что «власть» совершает такой-то поступок, или «власти это выгодно», но  совершенно точно не буду обобщать понятие «власть» до введения категории нерукопожатных людей.

Мне интересна более сложная квалификация. Во власти есть люди, которые занимаются полезной работой на разных уровнях. Есть те, которые занимаются вредной работой на разных уровнях. Есть добродетельные люди, есть эффективные люди. Но есть и глупые, жадные и есть откровенные бандиты. Я здесь против коллективной ответственности. Я за то, чтобы каждого судить по его делам. Такие люди есть и  в ОНФ, хотя это уже не просто чиновники все-таки, а  политическая сила, которая, в том числе, пользуется популизмом, в том числе достигает каких-то избирательных целей, продвигает своих людей на тех или иных постах.

Там тоже есть разные люди. Есть те, кто утверждает, что генетические сведения о разных половых партнерах аккумулируются в матке – кажется, это называется «телегония», есть и те, которые говорят мало или говорят более умные вещи – хотя это и не сложно в данном контексте. Иногда даже поступки чиновников следует рассматривать отдельно — во всяком случае, я их так рассматриваю: здесь он сделал глупость, здесь он говорит разумные вещи, здесь ведет себя на твердую четверку.

Есть некоторые одиозные личности, на которых уже печать стоит и о которых говорить ничего не стоит, не стоит тратить на них время. Но то, что Нюта Федермессер станет членом ОНФ для меня абсолютно не является показателем ущербности Нюты Федермессер. Даже если бы она вступила в «Единую Россию» для меня это не было бы  проблемой, потому что это Нюта Федермессер. Потому что такие люди, как Нюта Федермессер, меняют политическую партию, а не политическая партия меняет Нюту Федермессер.

Да, она собирается использовать ОНФ как инструмент, она об этом открыто заявила. Но даже если получится улучшить репутацию ОНФ, что в этом такого? Что плохого в том, что какая-то политическая сила одиозная, испортившая себе репутацию, начинает вести себя нормально хоть в какой-то своей части? Если это лучше для страны?

Наблюдать, как уважаемые люди мыслят в категориях национал-социализма или большевизма – от многих именно это я и слышу: «уничтожить, уничтожить» — мне просто это неинтересно. Это упрощенно и глупо. Вот и все, что хотел сказать.

М.Ганапольский: Впервые встречаемся с феноменом, когда Путин отказывается разговаривать с президентом соседней страны

М.Ганапольский― Ну, я эту удивительную женщину, с еще более удивительным именем и фамилией, которую мне с непривычки сложно произнести,  — я не имею чести знать, я о ней прочитал перед началом нашей программы – ну, меня уже три года нет в России, поэтому я  о ней знаю мало. Но я ей не судья. Я бы сказал только другое.

Мне кажется, что Серёжа Пархоменко – вот если бы я не знал, что это написал глубоко уважаемый мною и  почитаемый мною человек, делающий передачу «Суть событий», которую я всегда слушаю и которая являет собой одну из  вершин российской журналистики -= я бы так сказал, — когда я прочитал этот пост я сначала не поверил, что это написал он.

Вообще этот пост, где он довольно злобно о ней говорит, это какая-то странная помесь злости и разочарования. Знаете, как бывает, когда девушка ушла к другому: я ее так любил, а она изменила, другого полюбила. Я не могу найти этому объяснение. Если когда-нибудь встречусь с Пархоменко, я его спрошу, почему он так написал.

Вдумайтесь, о чем я говорю. Есть Пархоменко, который то здесь, то  за границей, человек занимается «Последним адресом», и много чем занимается. И есть совершенно другой человек – она ему не родственница, не знакомая – ну, может быть знакомая, но  не родственница, а совершенно посторонний человек, который делает какую-то важную работу. И мы ее уважаем за эту работу и признаем, что эта работа важна. И вдруг этот человек делает какой-то шаг – видимо, просчитанный – сидела-сидела, пила чай, поговорила с разными людьми и  решила такое сделать.

И вдруг это вызывает пост, напиленный вот этими жуткими словами, о которых вы сказали. То есть, просто оскорбительные слова. Я могу только  сказать знаменитую фразу «Серёжа, ты неправ». То есть, может быть, ты прав по содержанию, тебе кажется, что не надо сотрудничать с  властью, но мне кажется, что форма неоправданная  — как будто она у тебя что-то украла — вот  такая непонятная агрессия, помноженная на расстройство. Как будто она была последним либералом в этой стране. Знаете, на что это похоже? Как если бы  Навальный вступил в «Единую Россию».

А.Нарышкин― Не сберегли?

М.Ганапольский― Нет, он бы сказал: отчаялся, мне не дают ничего, вот у меня новая технология — вот как он сейчас делает «умные выборы», он мог бы  сказать: я  улучшаю изнутри «Единую Россию» — думаю, что проклятия в его адрес были бы. Но они были бы оправданы. А тут, на мой взгляд, нет.

А.Нарышкин― Итоги голосования – после перерыва.

М.Ганапольский― Хорошо, делаем перерыв.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. В студии те же. Тут написал нам Сергей Пархоменко: «Алексей. Матвей, привет. Слушаю ваш эфир. Конечно, я сам виноват, что написал таким образом, что такое количество людей поняли меня — внимание — неправильно. Но факт остается фактом – из моего знаменитого поста извлекла совершенно не то, что я в него закладывал». Я ему пишу: «Напиши, как понять – мы  прочитаем, или выведем в эфир». «Можете вывести – выведите». И дал телефон.

А.Нарышкин― Я отправил номер нашим продюсерам. В ближайшее время свяжемся.

М.Ганапольский― Ну, хоть какая-то будет польза от нашей передачи.

А.Нарышкин― Наконец-то.

М.Ганапольский― Наверное, просто Сергея неправильно поняли, или он  что-то неправильно сформулировал – он сам скажет.

А.Соломин― Итоги голосования. Мы спрашивали, можно ли вступать в политические союзы с властью ради благой цели. 33% слушателей сказали, что можно, а  67% говорит, что нельзя. Нельзя даже ради благой цели вступать в политические союзы с властью. Хотя это не совсем политический союз, сказал бы я, но  да, вступление в  ОНФ это в  каком-то смысле политика. Для зрителей в Ютьюбе я  тоже открыл голосование.

Тут еще пишут: «Ситуация упростилась до «мы – они», поэтому классификация простая. Но вы абсолютно неправы – почитайте статью Бердяева «О фанатизме», о том, как люди все упрощает и поймете, что не бывает таких ситуаций, когда все упрощается до «мы-они»  — такого не существует. Такое существует в искусственно созданных условиях, точнее, когда люди искусственно пытаются создать условия, сделать идеологические какие-то проекты типа «Коммунизм во всем мире» или известные вам другие проекты. Вот и все.

М.Ганапольский― Напомню, что мы еще сегодня поговорим о выборах в Грузии, о важной истории, которую не хочет показывать российское телевидение, связанное с новым президентом Саломе Зурабишвили. Поговорим о конфликте Долин-Навальный, но сейчас поговорим с Сергеем Пархоменко.

А.Соломин― Сергей Пархоменко на связи с нами. Здравствуйте.

С.Пархоменко― Добрый вечер, друзья, привет. Я вот, почему написал – конечно, я  постараюсь написать сегодня продолжение к этому своему знаменитому посту, но поскольку я  довольно далеко, за несколько часовых поясов, то  прочтут его только завтра.

Нет сомнений в том, что видимо, я виноват сам в том, что такое количество людей меня поняли неправильно. Значит, это было написано неточно, и  значит, что это было написано в запальчивости. Но  факт остается фактом: на самом деле мой пост совершенно не о том, что из него извлекли.

Во-первых, в нем нет – и я призываю все-таки тех, кто уже поучаствовал в этих спорах или только собирается в  них поучаствовать, или, может быть даже не собирается, но составил сове мнение — я призываю все0таки прочесть пост еще раз и убедиться, что в нем нет никакого – подчёркиваю – никакого морального осуждения поступку Ани Федермессер, Нюте Федермессер.

Я  обращаюсь вообще не к ней, я обращаюсь к другим людям – возле нее, рядом с ней, которые каким-то образом могут на нее повлиять и каким-то образом представляют собой для нее авторитет – чтобы они напомнили ей о том, какие бывали ужасные прецеденты в подобных же ситуациях.

Она может решать что угодно. Но мне просто кажется, что она неясно помнит, или, может быть, гонит от себя, что гораздо более вероятно – гонит от  себя мысли о том, что было с другими людьми, которые  — как бы это сказать… которые не пошли на сотрудничество, а которые позволили себя использовать – это две разные вещи.

М.Ганапольский: Путин, идя по дороге в забвение через три минуты, как перестанет быть президентом, ему вспомнят все

Сотрудничество – вещь обоюдная. А использование – вещь односторонняя. И я абсолютно не сомневаюсь, что то, что мы называем «власть», то, что мы называем вот  этими циничными людьми, которые создали вот эту ОНФ абсолютно понятно, зачем – они собираются пользоваться Нютой Федермессер, а не сотрудничать с ней. Это первое.

Второе. Я придерживаюсь здесь, надо сказать, совершенно практических соображений. Есть дело, которое делает Нюта Федермессер, и это великое и потрясающее дело, невероятно нужное, невероятно человечное и невероятно важное. Должен сказать, что я сам, точнее, моя семья некоторое время назад испытала на себе, что такое это дело – один из членов нашей семьи был там, в хосписе, и умер там, и умер там счастливым. И моя благодарность ей по этому поводу – она знает, о чем и о ком я говорю, — совершенно безгранична.

Но  я вижу и понимаю, как человек, который занимается разного рода такими некоммерческими и неправительственными проектами, что вопрос о фандрайзинге стоит очень остро. Нужны деньги, нужно как можно больше денег, нужно как можно больше поддержки. И я уверен, сугубо прагматически, что положение Нюты Федермессер вне этого властного сотрудничества выгоднее, объективно говоря, обильнее, объективно говоря, чем было бы  ее положение внутри этих властных структур.

Я уверен, что она не только может и вправе получать деньги от  государственных структур. Она должна их получать, и она их больше получит, если будет находиться снаружи. Вообще ей удалось – и на самом деле это ее заслуга – ей удалось попасть в ситуацию,  — не попасть, а именно создать ситуацию, она сама ее создала – ситуацию, в которой от нее зависит, и мы это видим ясно, — огромное количество людей во власти. Она может требовать от них, может настаивать.

А.Соломин― Вы сказали, что нужно перечитать, и видимо, неправильно поняли ваш пост. А как можно неправильно понять фразу о том, что Елизавета Глинка «позволила себя превратить в  услужливое, потасканное ничтожество» — я  цитирую ваш пост.

С.Пархоменко― Это совершенно другая история. То, что я написал о Глинке – меня поняли правильно, и я на этом настаиваю. И я знаю, что огромное количество людей знают об этой империи лицемерия, которую она создала  — просто никто не решался этого сказать. Кто-то должен был это сказать. Я это сказал. И это для меня абсолютно ясный, очевидный пример того, как человек позволил себя сожрать, как он радостно на это пошел, ка кон был доволен этим. И как он был использован.

А.Соломин― Так именно с этим люди и не согласны. И недовольны вашим постом именно в этом контексте, они считают это оскорбительным.

С.Пархоменко― В этом контексте я ни в чем не раскаиваюсь. Вот то, что касается Лизы Глинки и первых двух фраз этого поста – меня поняли правильно. И я готов это повторять. Меня поняли неправильно, я бы сказал, перенеся  — ну, вероятно моя ошибка заключалась в том, что я собрал эти две вещи в один пост. Нужно было это писать раздельно, потому что тень от первых двух фраз пала на весь остальной текст по поводу Нюты Федермессер.

Я вспомнил о  Лизе Глинке как о примере о  той ужасной перспективе, которая угрожает сегодня – не Нюте Федермессер. Это предупреждение Нюте Федермессер.

А.Нарышкин― Все понятно. Ждем вашего следующего поста, разъяснения или дополнения от Сергея Пархоменко в Фейсбуке сегодня вечером.

А.Соломин― Хотел сказать, что я здесь не  согласен с  Пархоменко о том, что он  сказал о  Нюте Федермессер и готов делать ее «героем» в каждой программе. И все это я полностью распространяю на Елизавету Глинку. Про Елизавету Глинку я тоже готов в каждой передаче говорить, что она абсолютный герой.

М.Ганапольский― Хорошо. Мы сделали то, что должны были сделать, как и полагается в итоговой передаче. Была тема – мы ее затронули, люди теперь знают свежую новость и позицию. И следующая тема – «Событие недели».

А.Соломин― Мы не зря не начинали с событий, потому что они не самое громкое, но все-таки событие — беспорядки во Франции. Которые угрожают перерасти в что-то более серьезное, французские власти даже рассматривают такие варианты, как введение чрезвычайного положения в стране. Речь идет о выступлениях, протестах так называемых «желтых жилетов», людей, которые не согласны по ряду новых мер, в частности, не согласны с ценами на  топливо – они выходят на улицы, к ним присоединяются радикальные силы.

Тут я  хотел сказать вот, о чем – мне кажется, этот пример нам близок. Потому что мы думали, что у нас власть мыслит категориями прошлого, не  понимает реалий сегодняшнего дня, когда сталкивается с уличным протестом. Но оказывается, никто этого не понимает. Даже молодой президент Макрон тоже ничего не понимает в этой жизни. Помните протесты 11-го года, затем 12-го в  России? Путин говорит: С кем я буду говорить? Эти люди не представляют протест, дайте мне людей, которые его представляют, и я с ними буду говорить.

Это ошибка. Сейчас двое представителей «желтых жилетов» во Франции собирались идти на высокопоставленную встречу, но отказались, потому что им сказали, что они запрещают вести видеозапись этой встречи и передавать ее в прямой эфир. А те на этом настаивали. Это грандиозная ошибка властей. Потому что эти два представителя на самом деле не лидеры протеста, они не могут за  протестующих что-то решать, принимать какие-т обязательства от их имени. Они могут корреспондировать запрос, но ответ власти должны дать всей улице, они должны давать его улице, а не достигать компромисса с этими двумя людьми. Нет лидеров ни у какого уличного протеста. Те люди, которые назовут себя лидером, будут шарлатанами. Кстати, так было и на Майдане – там было формально вроде бы три лидера – Кличко, Яценюк и Тягнибок. И как с ними поступала толпа, когда им что-то не нравилось, когда они приходили с какими-то договоренностями? Вы все прекрасно знаете – как «сидоровых коз» с ними обращались.

М.Ганапольский: Не получится ли так, что улица поставит правительство на колени и Макрон будет выглядеть как тряпка

От непонимания того, как протест функционирует, у  властей непонимание оценок происходящего. Им кажется, что есть какой-то кукловод. Но ребята, интернет изобрели достаточно давно. И посмотреть, как происходит система самоорганизации людей в интернете уже можно – сделать научные статьи, выводы какие-то из того, как это происходит: есть чье-то предложение, он поддерживается кругом лиц, они выходят на улицы — нет лидера. Есть инициатор. А инициатором может стать кто угодно – сегодня один, завтра другой, послезавтра третий. Соответственно, работать с протестом можно только таким способом — обращаться к каждому, а не искать его представителя.

Обращаться к каждому это значит быть открытым, система принятия решений должна быть полностью прозрачной и понятной. И только так можно будет решить проблему уличного протеста.

М.Ганапольский― Можно я не буду ничего комментировать? Мне кажется, что Соломин все сказал, мне показалась его мысль важной. Потому что рассматривать французский протест можно как, например, испытание силы власти, насколько власть, этот инструмент насилия находится у власти. Похож ли Макрон на Тэтчер с горняками, когда она была очень жесткой. И не получится ли так, что улица поставит правительство на  колени и  Макрон будет выглядеть как тряпка.

Но Соломин поднял другую тему, по касательной. И это очень важно  — эпоха интернета. Это как ИГИЛ (организация запрещена в России), запрещенный в Российской Федерации, когда группа людей на такой-то улице представляет одну молодежную группировку, но  тоже согласна, чтобы горючее должно быть дешевле, но нет ни у кого обще7о лидера, они не признают общего лидера. Поэтому, Соломин тебе пять баллов, ты у меня сегодня «герой», Соломин. Это очень важная политологическая история.

А.Соломин― Очень важная история – второе событие – победа в Грузии Саломе Зурабишвили. Здесь мы хотим обратиться к вам, потому что вы в большей степени компетентны здесь расставлять оценки, как мне кажется.

М.Ганапольский― Я просто хотел прочитать две строчки. Сначала просто экспозиция: Григол Вашадзе, министр иностранных дел, очень хороший человек, замечательный профессионал – я его лично знал. И в принципе, я болел за него – ну, любишь того, кого знаешь. Саломе Зурабишвили я не знал, поэтому был к ней более холоден. Но меня уже давно в Грузии нет, поэтому я был просто наблюдателем. Значит, она выиграла. А Иванишвили был за нее, и поэтому думал, что она вся пророссийская.

Открываю ВВС после выборов, заголовок: «Саломе Зурабишвили: нам нельзя оставаться с Россией один на один». Следующая фраза: «Избранный президент Грузии: Сейчас не время дружить с Россией».

И  еще одна фраза: «Есть два направления, по которым президент может быть очень активен. Первое – это международная политика, что прописано в  Конституции, и  внимание — Эти шесть лет будут очень важны для Грузии, которая движется к интеграции в Европу, в ЕС и  НАТО. За это время мы должны приблизиться к этому насколько это возможно, или интегрироваться полностью». И внимание: «Я буду самым активным президентом в этом вопросе, я буду помнить, что именно госпожа Вики Фрейберга, бывший президент Латвии, привела свою страну в ЕС и  НАТО. Это и моя цель».

Я адресую эти слова Путину, который своей мастерской политикой теплую страну с хинкали и лавашом потерял. Конечно, туда ездят туристы, конечно, грузинские песни, Брегвадзе и Кикабидзе, которые, кстати, не ездят в Россию, — я поздравляю Путина с тем, что независимо от того, какая власть в Грузии, эта власть навсегда покинула Россию.

И я хочу успокоить Путина — неизвестно, конечно, потому что Грузия демократическая страна, неизвестно, кто будет президентом Украины, но  уверяю вас, Владимир Владимирович, если бы вы знали, как вы ошибаетесь в своих ожиданиях. Какое вас ждет, мой дорогой, разочарование.

А.Соломин― переходим к следующей теме – «Редиска недели».

А.Нарышкин― У нас необычная сегодня программа, потому что Путин оказался в «героях», а Навальный оказался «редиской». Замечательный заголовок на «Радио Свобода»: драка у метро «Либеральная» — спор между Долиным и Навальным. Антон Долин это известный кинокритик, который решил прокомментировать на этой неделе расследование Навального по поводу британского гражданства Брилева, который подтвердил, что у него есть британское гражданство.

Одна из мыслей Долина — это не попытка доказать, что Брилев безгрешный ангел, очень может быть, что он  лжет в каждой передаче, а если это так, то это достойно обсуждения и осуждения, а  также публичного анализа, но при чем здесь гражданство?

И бурная реакция Навального – он перешел уже на личности, Начал называть Долина, которого «нужно скрестить с Мовчаном» «идеальным холуём», но «принимаемым в приличном обществе». На это ответил Долин, потом ответил опять Навальный: «лицемерное», «омерзительное», «холуйское» поведение. А дальше подключились различные комментаторы

В принципе история похожа на то, что произошло с обсуждением Нюты Федермессер и  ОНФ  — много эмоций, много крика.

М.Ганапольский― Нет, здесь другое.

А.Соломин― А что «другое»? Задам слушателям вопрос – кого вы в споре поддерживаете  — Навального — 660-06-54, Долина — 660-06-65.

М.Ганапольский― Для меня эта история вообще про другое. Вы знаете, что в интернете все фразы приписывают или Фаине Раневской или Жванецкому. А вот эта фраза – не знаю ли, на самом деле ее сказал булат Окуджава, но я эту фразу запомнил, она звучит так: «Когда я  начинаю думать, что я гений, я иду мыть посуду». Замечательная фраза, которая полностью относится к Навальному, который меня очень растревожил всем этим.

М.Ганапольский: Может, Навальный не захочет мыть посуду, чтобы отрезветь в понимании альтернативной мысли

И у меня появилось первое ощущение, что до того, как будет его звездный час — а  по сути, я  о чем говорю – ему надо продержаться, пока Путин ослабнет и когда можно будет Путина свалить. И когда Путина можно будет свалить, вот это будет «звездный час», чему, реально скажем, посвящает всю свою жизнь Навальный. И делает это с большим успехом или с меньшим.

Вот, например, сейчас он придумал потрясающую вещь. Которая называется «Умные выборы»  — послушайте его передачу. Не знаю, насколько это соответствует российскому законодательству – когда Навальный будет говорить своим сторонникам, а его у него много, например, в одном регионе « голосуйте за такого-то, в  другом: голосуйте за такого-то. Ну, вы знаете, там парадигма изменилась и теперь Навальный считает, что надо размывать «Единую Россию».

Но  может так случиться, что Навальный не захочет мыть посуду, чтобы чуть отрезветь в своих взаимоотношениях в понимании какой-то альтернативной позиции и мысли. И он может прийти к смене власти без сторонников – он спалится. Вот я ощущаю такие вещи. И это не в первый раз. Потому что он идет до конца — например, Пархоменко, который нам позвонил – во-первых, он позвонил. И во-вторых, он сказал фразу: возможно, меня не поняли, я перепишу.

Что делает, по сути, Навальный? Навальный уничтожает и оскорбляет человека. А  Антон Долин это не последний человек в  России, это икона и авторитет для очень многих людей, мягко скажем. Умственного труда. И я думаю, что Навальный очень сильно потерял. Потому что политика-политикой, но  это еще и взаимоотношения.

Поэтому я тут не на стороне Навального. Тут такая вещь «за соснами леса не видишь» — есть такое выражение. На мой взгляд, фактически, по факту, Долин неправ, потому что говорит, что не имеет значения, какое у человека гражданство. Но  навальный об этом написал, сказал, что это имеет отношение по той причине, что это главный пропагандист, который нам рассказывает, что в Британии плохо.

А.Соломин― Не будем унижать великих пропагандистов России.

М.Ганапольский― Да-да. И кроме этого, он член всяких «советов» — обороны и чего-то там, что вообще жуткая вещь. Так вот, по сути, может быть Долин неправ, но  навальный его просто размазал. Мне кажется, что немножко людишки, которые не согласны с Навальным, они Навальному мешают.

А.Соломин― 83% слушателей поддержали в этом споре Навального, 17% — Долина. Я хотел присоединиться к мнению Шендеровича – он  написал удивительно толковый пост. Хотя для Шендеровича это не удивительное явление, а обычное.

М.Ганапольский― Да нет, вечно Шендерович ерунду пишет.

А.Соломин― «Публичный хамский тон в отношении Нюты Федермессер и Антона Долина сделал невозможным обсуждение по сути». И я подписываюсь под каждым этим словом: «Именно этот , доминирующий в последнее время в политике хамскимй тон, вкупе с эскалацией хамства, когда тяжелейшие пощечины походя отвешиваются людям с обеих сторон просто за иной взгляд на вещи, главная проблема общества или того, что осталось на его месте в России сегодня».

А.Нарышкин― А время наше вышло.

М.Ганапольский― Спасибо огромное всем. Нарышкин. Соломин. Ганапольский. До встречи.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 04.11.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте. Нарышкин и Соломин в  московской студии, Матвей Ганапольский из Киева. «Итоги недели без Евгения Киселева». За час до программы мы начинаем подбирать темы и сталкиваемся с интересным парадоксом. Например. Нарышкин говорит – вот, есть человек, депутат, и  он заявил — и какая-то абсолютная глупость, — что заявил громко этот человек. Хочу сказать, что в промышленных масштабах это сейчас делается в городе Киеве, что такое бесплатная реклама? Я на это не обращал внимания, потому что выборы в России были давно, в Украине я недавно, поэтому не очень обращал внимание на то, как это делается, но это совершенно гениально – когда через 200 лет Путин схлопнет ласты каким-то образом, то  его преемникам надо будет воспользоваться этим – это, наверное, такой «принцип Жириновского». Правда, Жириновский сейчас подустал, но принцип какой?

Политический деятель делает громкое и максимально абсурдное заявление – здесь важно не говорить заявление, которое можно сопоставить со здравым смыслом, чтобы там не было ни зерна здравого смысла. Предложение по экономике, политике – его никто не  заметит, а предложение типа «давайте запретим интернет» — хлобысь, — как говорил покойный Задорнов, — и все обсуждают, что этот дурачок сказал.

Ну, вы знаете, что любой пиар кроме некролога – это в плюс человеку. Это сейчас в Украине делает Юлия Тимошенко. Она делает это абсолютно гениально. Основной соперник у нее будет Порошенко, но  Порошенко не вступил еще в предвыборную гонку. В результате она делает всякие разные заявления, часть из них правильная, часть из  них абсурдная. И естественно, ее абсурдные заявления поднимают на смех – блогосфера, журналисты, телеканалы. И я вдруг обнаружил, что она получает колоссальную рекламу на всех телеканалах. Это замечательно. С ней работают какие-то политтехнологи, которые ей сказали: делай заявления правильные и  абсурдные, и на абсурдных заявлениях ты заработаешь больше, чем на правильных. И опросы это показывают.

Кстати, мы будем еще сегодня говорить об опросах, которые произошли в России, в которые просто не верится — часть граждан каким-то людоедским способом высказывают свою точку зрения. И это считается нормальным. В общем, удивительная и хорошая технология. Я не очень был близок к выборам, поэтому наблюдаю – есть что заметить. Переходим к «Событию недели».

А.Соломин― Сегодня у нас необычная программа, мало того, что она выходит во всероссийский праздник – День народного единства, но и в том, что у нас в этой рубрике реплика Евгения Киселева – именно потому, что эту реплику он посвятил этому празднику.

Если быть точнее – как сообщает РБК, и  мне кажется, это действительно заметно – политических мероприятий, которые были, например, в  прошлые годы – в виде шествий по Тверской улице с многочисленным составом участников, или митингов политических – в этом году как-то нет, их мало. Единственное исключение — Рамзан Кадыров и Чечня, но об этом позже.

М.Ганапольский: Любой пиар кроме некролога – это в плюс человеку

Но вот эту проблему – что политиков в этом году меньше интересует День народного единства и затронул в своей реплике Евгений Киселев, поэтому начнем с него.

Е.Киселев― Так что случилось с Днем народного единства? Он накрылся медным тазом, утонул, как подлодка «Курск» в  самом начале путинского правления, благодаря гибели которой умные люди сразу увидели и поняли настоящее лицо нового президента России. Как плавучий док в Росляково, едва не утащивший за собой на дно «Адмирала Кузнецова», который стал еще одним знаком беды в  России, в  которой, как хорошо видится мне на расстоянии, из моего киевского далека, все множится и множится неблагополучие.

А выдуманный насквозь искусственный праздник рано или поздно должны были отменить. Ну, может быть и не отменят сразу. Все равно – ведь в  России единственный искренний настоящий праздник — Новый год. А как еще может быть в стране без идеологии, где в один день проводится и акция «Возвращение имен» и празднование 100-летия комсомола. Где если и есть какая-то государственная идея, то только одна: сохранить нынешний режим в неприкосновенности как можно дольше, чтобы Путин не мытьем, так катаньем оставался у власти.

Конечно, в такой ситуации в качестве национальной идеи сгодился бы культ личности. Только вот беда – Путин на предмет культа не тянет, — признайтесь себе честно. И потом «один народ – одна страна – один лидер» — это где-то уже было. Лучше не рисковать.

Ну а ка же быть,  — спросите вы. А никак. Я вот живу и  ни  с кем не объединяюсь, ни с кем не хочу чувствовать единства, кроме самых любимых мне родных и близких мне людей. Хочу быть сам по себе: сам решать, где мне жить, с кем жить, чем заниматься. Кому поклоняться, ходить на выборы, не ходить – сам. Хочу быть свободным. И очень надеюсь, что также будут жить мои дети и внуки. А когда нас станет большинство, вот тогда и вся страна станет свободной.

М.Ганапольский― Вот такая история. На эту тему хотел бы высказать несколько мыслей. Я застал еще советскую власть крепко, когда были эти всякие шествия, и там несли портреты. Неважно, как назывался праздник — 1-е мая, или как-то еще – кроме Дня Победы  — это было особенное.

Там несли портреты членов Политбюро и всякие лозунги. Помните сталинские хождения во время Сталина? Огромный портрет Сталина, Сталин на трибуне, несут портреты Сталина. Киселев сказал важную фразу – что Путин на культ не тянет.

Дело в том, что до его речи — выступления по поводу пенсии  — это была какая-то страшная переломная вещь, последствия которой мы  с вами еще не оценили. Потому что после нее все стало рушиться. То есть, внешне все как было – любим-любим, но  стали происходить какие-то странные глубинные изменения, которые мы сейчас наблюдаем.

Действительно, наверное, после этого выступления Путин потерял какую-то сакральность. Об этом многие говорят и пишут. И что, ведь  это шествие в  День народного единства – это все было во имя Путина, на благо Путина, это была такая вертикаль – внизу какие-то праздники, кроме Нового года и Дня Победы, а вверху Путин. Это была такая абсолютная величина, такой дарящий елки, пенсии, детские площадки и прочее.

И вдруг чего-то сломалось. И я отдаю должное – честно говоря, Соломин, хочу сказать — вот абстрактный Кремль, или глава кремлевской администрации…

А.Соломин― Антон Вайно.

М.Ганапольский― Неважно. Я бы их сделал героями, потому что они четко поняли, что это будет очень странный праздник и странное хождение по Тверской. Потому что там могут появиться очень разные плакаты. И дело не в проклятом Навальном, который временно на свободе и может инспирировать что-то, прийти и устраивая свои праздники, дискредитируя, как они пишут, этот большой праздник.

М.Ганапольский: Целевая аудитория, которая сплачивалась вокруг Путина, сакральной фигуры, — у них особой радости нет

Нет, просто радости особой не будет. Кто целевая аудитория Путина? – те же 5 миллионов человек, который смотрят Первый и  Второй каналы – вот эти дурацкие ток-шоу. 5 миллионов — это говорит российская статистика. И вот  эти люди выходят, они поддерживают, и так далее. Именно по ним был нанесен этот страшный пенсионный удар. Поэтому для меня это и событие, но они для меня и  «герои» — они поняли, что это ломается, это рушится. И праздник не получается.

Потрясающая история. И закончу вот, чем – я часто говорю в  своих программах,  — вот все говорят: когда Путин понесет наказание за содеянное, и так далее? У него будет наказание очень специфическое: демонтаж его системы будет происходить при нем. Это самое страшное – это то, что было при Хрущеве, когда он сидел, копал грядки, а  страна менялась – и далеко не так, как он хотел, в противоположную сторону.

И сейчас мы видим, как при нем – это и Томас, это и санкции, это космос, где все падает. И вот теперь уже идеологический праздник – тут я  согласен с Киселевым, который говорит, что тут идеологии нет, а это просто во  имя Путина. А с другой стороны, это была попытка внесения в общество хоть какой-то идеологии – пусть паллиативной. Но не получается – система рушится.

И я себе представляю, как они принимали решение – и  я уверен, что Путин сказал: ладно, не проводите. И то, что он сказал «не проводите», а националисты традиционно провели – это и есть «нож ему в грудь», или «в спину» — это и есть демонтаж его системы, которую он и его опричники так старательно строят.

А.Нарышкин― Я бы не стал в эту вашу конструкцию вписывать националистов, потому что вот эти «Русские марши»…

М.Ганапольский― Но они же провели, чисто формально.

А.Нарышкин― Чисто формально – несколько десятков человек. Они давно все рассорились по украинской тематике.

М.Ганапольский― Но они же провели. А тут – не провели. Я  чисто про это.

А.Соломин― Когда этот праздник появился, он воспринимался именно как день русских националистов и как отповедь Кремля и  кремлевской администрации этой категории населения, у которых своего праздника не было. День Конституции – не про то, День России – вообще националисты не признают слово «Россия». А в этом случае все остальные попали впросак. Я вообще не понимаю, как мне праздновать этот день – я наполовину русский, наполовину татарин, да еще и крещеный татарин, которые вообще считают себя отдельными. Я, например, просто не знаю, в какой «марш» мне встраиваться –в русский или в татарский. По идее, они должны подраться, если пойдут вместе по Тверской. А драться они будут обязательно.

М.Ганапольский― Почему?

А.Соломин― Знаете, почему буллинг бывает, знаете, почему дети нападают на других детей? Психологи говорят, что одна из главных причин – искусственность коллектива, когда коллектив собран исключительно по  месту прописки. Когда класс собран просто потому, что дети живут вместе — у них нет ни общих интересов, никаких общих смыслов — они начинают сраться друг с другом. А  еще большинство начинает терроризировать меньшинство – просто им весело от этого.

И пока в России мы будем исключительно жить по принципу территориальности, то у нас тоже ничего не будет получаться Ценность любого коллектива, сила любого коллектива не в том, что этот коллектив признает свою силу в вещах, в  которые они друг на друга похожи, а в том, что они признают уникальность друг друга. Именно в уникальности этих людей сила. Не то, что у нас принято считать «узкоглазостью» или «чернокожестью», на самом деле, сила нашего коллектива, а не вовсе те вещи, в которых мы друг на друга похожи.

Когда мы поймем это, когда мы будем уважать уникальность и ставить ее в приоритет, тогда у нас будут и свои «Теслы» и свои супер-современные больницы, супер-современные дороги. Только тогда, а не когда мы будем убиваться исключительно потому, что мы родились на этой земле, «святой наш дух» и «можем повторить».

А.Нарышкин― Не стучи.

М.Ганапольский― Ну, наверное.

А.Нарышкин― Мне в этой истории все-таки интересно думать, почему отказались от массовых торжеств в Москве – может, пожалели деньги? Может, кураторы в Кремле пожалели бюджетников и решили их  в этот осенний день не выгонять на улицу? Хотя сегодня ан улице было неплохо – вполне можно было пройтись по улице и  постоять с плакатами. Недолго, разумеется.

Может быть в Кремле посчитали, что единство уже достигнуто, поэтому нужда в таком празднике просто отпала. Кто знает? Давайте проголосуем – по-вашему, един ли  российский народ, россияне уже сплотились – 660-06-64. Или еще нет — 660-06-65.

Мне кажется, что очень симптоматично, что Рамзан Кадыров  — он у себя в Инстаграме три поста посвятил сегодняшнему Дню народного единства. Один пост – поздравление в принципе с праздником, один пост  — комментарий по поводу того, что Путин сегодня вручал госнаграды в Кремле, и еще один пост, как ни странно, про то, что, оказывается, сегодня в  Грозном прошла массовая уличная акция, приуроченная к Дню народного единства. Да, не с прежним размахом – мы видели эти кадры,  — когда надо, Кадыров может собирать миллионы в Грозном. Сегодня было довольно скромно – всего 60 тысяч человек. Но все равно  — в Москве никаких массовых подобных мероприятий нет, а в Чечне наоборот, пиарят этот день, говорят «единство-единство»  — вот вам разные люди. Представители Чечни выступают, танцевальные номера – настоящий праздник.

М.Ганапольский: Почему хотят вернуть название ГРУ? На что-то надо опираться. На традиции

М.Ганапольский― Ну да. Признано неправильным в это время выгонять на улицу бюджетников – ведь мы знаем, как организуется это шествие в  Москве и других городах. Потому что именно бюджетники пострадали из-за пенсий. Они теперь будут на 5 лет больше работать. Поэтому вот эта целевая аудитория, которая сплачивалась вокруг Путина, сакральной фигуры,  — у них как-то особой радости нет.

День народного единства – то есть, ты, я, мы все вместе идем по улице ради – ради чего? Ради Ротенберга?

А.Нарышкин― Почему сразу Ротенберг? А Тимченко?

М.Ганапольский― Ради Тимченко? Но дело в том, что должно быть нечто объединяющее нас. Идеологии нет, компартии нет. Есть фигура Путина, которая поистрепалась и  есть – ну что, идея страны? Она непонятна. Деньги? Например, «мы живем счастливо, это страна счастливых людей» — ну, как? Но в основном люди знают, что происходит.

И ровно после речи Путина по пенсиям все это дело и рухнуло. Потому что бюджетники делали вид, что их ничего не касается. А вот теперь и их коснулось. В общем, жалкая история.

А.Нарышкин― Итоги голосования. 9% слушателей считают, что российский народ уже един, 91% считает, что есть к чему стремиться – до единства нам пока далеко.

М.Ганапольский― Можно, конечно, позлословить, что это аудитория «Эха», но думаю, что это более широкая и тревожная история.

А.Нарышкин― Еще одно событие недели – Путин поздравлял – тоже, наверное, радостное для него мероприятие и для людей, которых он поздравлял – разведчики военные, у  них столетие ведомства, сейчас это называется Главное управление Генштаба ВС. Путин предлагает вернуть историческое название — ГРУ.

На самом деле Путин хорошую вещь предлагает. Потому что сейчас какие-то непонятки: весь мир говорит «ГРУшники вмешиваются во все – они травят Скрипалей, хакеры все из ГРУ». А у нас такого нет – у нас нет «ГРУшников», у нас это называется по-другому. А Путин говорит – давайте вернем прежнее название. Как будто бы Путин гордится всем этим букетом того, в чем нас обвиняют. Чтобы всем было проще  — чтобы Западу было проще, чтобы Запад не чувствовал себя невежественным в этом смысле, чтобы россияне знали — вот тот самый Петров и Боширов это вот они из этого, это наши, родненькие. То есть, Путин об этом не говорит – это все такие тайны.

А.Соломин― Не понимаю – одно дело, что он гордится прошлым, другое дело, чтобы было удобнее.

М.Ганапольский― Ну, Нарышкин троллит.

А.Соломин― Но  говорить «ГРУшник» действительно удобнее, чем говорить «ГУГШ».

А.Нарышкин― А зачем вообще это говорить? Кому это говорить?

А.Соломин― Вот у тебя появились статьи.

А.Нарышкин― Я об этом и говорю. Путин заботится о нашем с тобой удобстве, чтобы нам было проще говорить.

А.Соломин― Иностранные СМИ, с подачи Терезы Мей, называли их  «ГРУ».

А.Нарышкин― А в чем противоречие? Я и говорю, что Путин на стороне простого народа и более того, — на стороне журналистов. Теперь, благодаря Путину – причем он даже еще никакого указа не подписал — будет устранена вот эта непонятка. Запад говорит «ГРУ», мы вроде тоже повторяем за Западом, говорим «ГРУ», а на самом деле это не ГРУ. А сейчас, благодаря «нашему солнцеликому», все будет исправлено.

Более того, есть еще одно предложение – Путин предлагает и ФСБ вернуть прежнее название, КГБ. На самом деле все еще юридически не оформлено, это пока просто идея. Как вы относитесь к тому, что этим двум структурам вернут прежнее название, стоит ли вернуть старые названия – ГРУ и  КГБ, Есть да, хотим — 660-06-64, если нет, не хотим — 660-06-65.

А.Соломин― Скажу только, что мне, например, все это все равно — это как было с  «милицией» и «полицией» — привыкли к новому названию, привыкнем и к старому. Мне практически всегда наплевать, какие они используют названия. Не плевать, когда речь идет о топонимах только. Потому что здесь у меня принцип простой: если хотите что-то назвать каким-то новым именем – лучше постройте новое и у вас будет повод это сделать.

А.Нарышкин― Сделаем перерыв на  пять минут. Оставайтесь с нами, это программа «Ганапольское».

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. Те же в студии, те же везде. Два слова хотел сказать. Вспомним, что все эти новые названия, которые появились – и важно, в частности, что появилось у нас вместо КГБ ФСБ – это было не потому, что кому-то была неприятна аббревиатура. А потому, что во времена, когда было это предложение, стало понятно, было понятно, что надо менять суть вместе с названием. «Федеральная служба безопасности» — а  тут «Комитет госбезопасности».

Кроме того, если говорить, что в названии ничего нет и не меняется суть, то почему, например, в  Германии нет фашистской партии с ее оригинальным названием — «Национал-социалистическая партия». В конце концов, в  этом названии нет ничего – Гитлера уже нет, той идеологии уже нет, Германия повинилась – вон, Польша сейчас требует от Германии новых репараций. Почему бы партию не возоновить? У нее, в конце концов, большие традиции – они там дороги строили.

М.Ганапольский: Если бы я был юн и надо было бы рожать детей, я бы потратил любые деньги, чтобы ребенок родился в США

Так вот то, что происходит сейчас с  Путиным и  ФСБ, которое предлагают переименовать в КГБ и ГРУ, которое хотят восстановить – там делают вид, что причин особых нет, что КГБ это просто «Комитет госбезопасности». Но  давайте спросим себя –а почему хотят вернуть название ГРУ? Конечно, не по причине стебной версии Нарышкина. Просто на что-то надо опираться. Надо опираться на традиции. И вот традиции — особенно это будет прекрасно, когда снова возникнет КГБ вместо ФСБ. И сразу славные дела КГБэшников – а вы знаете их славные дела — они будут у нас перед глазами. Да и ГРУ тоже, что делало и  вытворяло ГРУ, как оно действовало  — это все известно.

Не получилось. Это как с праздником Народного единства – реформировать не получилось. Все те же работают. Все те же идеи – «не пущать».

Пока были новости – я  открыл сайт спутникового телевидения – я  вообще фанат спутникового телевидения. И  знаете, какой прочитал заголовок? «ФСБ увидело угрозу нацбезопасности в проекте глобального интернета» — имеется в виду британский OneWeb», который сейчас в России пытается получить разрешение на частоты – чтобы 900 спутников давали на территорию России, как и на территорию других цивилизованных стран, глобальный интернет. Есть несколько подобных проектов. Но  «OneWeb» уже просит частоты.

И  они говорят: «гарантии, что система спутниковой связи не носит разведывательного характера и не может нанести ущерб интересам личности, — они употребили даже слово «личность» — и общества России, носит в большей степени декларативный характер и не могут быть достоверно проверены российской стороной». И что он может стать монополистом.

И что они предлагают? Они предлагают – раз его можно будет везде принимать давайте им не разрешим, а сами сделаем. А мы знаем, как делают.

Но  900 спутников, ребята. Хочу сказать, что это, конечно, не ФСБ увидело угрозу нацбезопасности, а  КГБ. Я  абсолютно согласен с Путиным и с теми, кто предлагает вернуть старое название.

В Киеве умер один замечательный человек, мой большой друг, писатель Богдан Жолдак,  — замечательный был человек. Российская публика его не знает, а это был такой юморной украинский писатель и драматург. Он был большим любителем анекдотов. И  анекдот – он не про Путина, а  про другое, но вообще-то про эту ситуацию. Когда кум Иван тонет и  кричит: «Помогите, спасите», а  кум Степан с мостика ему отвечает: «Кум, не тратьте силы, ложитесь на дно».

Так и здесь. Не надо трепыхаться – нет никакого ФСБ. Потому что за названием ФСБ должна быть другая идеология и другая методика. Есть КГБ. Нет — как сейчас называется ГРУ?

А.Нарышкин― Очень неблагозвучно.

А.Соломин― Главное управление Генштаба.

М.Ганапольский― Вот не надо. Есть ГРУ. С его методами, с отравлениями, с  «солсберецкими» и с крахом,  — о чем на этой неделе все говорили – что все надо создавать с начала. И кстати, я так понимаю, что Путин пришел поддержать ГРУ. И он не будет их наказывать за то, что они практически перестали существовать и себя полностью дискредитировали. Лучше вернуть им название – пусть будет ГРУ, и пусть будут те же методы. Печально это все. Невероятно печально. Но естественно: человек должен быть гармоничен внутри себя. Так и спецслужбы.

А.Нарышкин― 42% слушателей за то, чтобы вернуть прежнее название ГРУ и  КГБ, 58% против. Дальше у нас «Герой недели».

Из США, накануне их местных промежуточных выборов, много тревожных новостей. В частности, Трамп решил отменить гражданство по рождению – это та самая норма, прописанная в конституции, когда ребенок, рожденный в США, может автоматически получить гражданство. И как говорят – я статистику не видел, но многие пользуются таким «родильным туризмом» — специально уезжают в Штаты, там рожают и как будто бы  закрепляются на  американской земле. Причем, в этом случае оплачиваются не только услуги роддомов, но и покупается такой пакет, ускоренная процедура получения визы и  так далее. Ито есть, для одних это бизнес, а для других  — возможность поменять свою жизнь на что-то более пристойное.

Теперь Трамп говорит, что он все это запросто может ликвидировать — причем, Конституцию переписывать не надо, не надо никаких поправок — достаточно будет просто его президентского указа.

А.Соломин― Мне кажется,  — я не собираюсь делать Трампа «Героем»,  — просто потому что та мера, о которой он говорит, к нам не имеет никакого отношения.

М.Ганапольский― Как это?

А.Соломин― Тут интересно поговорить о том, почему наши русские женщины тратят достаточно большие деньги для того, чтобы поехать туда и родить там юного гражданина США. Если честно, я  в этом вижу не какой-то непатриотический акт и желание продать своего ребенка другой родине, а  исключительно стремление к прекрасной России будущего, которую я вижу.

Я вижу прекрасную Россию будущего как страну, у которой нет границ, и граждане которой могут свободно ездить в другие страны.

М.Ганапольский― О, боже.

А.Соломин― Насколько мне известно, гражданство США предоставляют такую утопическую для российских граждан возможность. Граждане США могут ездить практически во все страны, куда им хочется попасть, просто так. Вот захотелось сегодня полететь – и полетел.

Если этим руководствуются русские женщины – не вижу в этом ничего плохого. И ничего такого страшного даже для скрепоносных наших традиций.

А.Нарышкин― У нас опрос по этому поводу – поехали бы вы рожать в США ради гражданства вашего ребенка?

М.Ганапольский― Имеется в виду – если бы у вас была такая возможность.

А.Нарышкин― Конечно.

М.Ганапольский― Просто чтобы не было разговоров «у меня нет денег» – если бы они у вас были.

А.Нарышкин― Если Трамп сам вас приглашает, или Путин предлагает купить билеты на самолет и там вас обустроить. Поехали бы вы в США, чтобы рожать там своего ребёнка. Да — 660-06-64, нет  — 660-06-65. Все издержки опускаем – визу, и  прочее.

М.Ганапольский― У меня есть несколько знакомых пар, которые там рожали ребенка – это и российские пары, и украинские. Естественно, они состоятельные. Они рожали там по трем причинам: во-первых, там хорошие роддома – а родить это не жук чихнул – чтобы не было потом каких-то осложнений. Во-вторых  — американский паспорт, что дает ребенку две важные вещи — вот тут второй и третий пункт. Я тут нарываюсь на гнев Трампа, потому что типа я рекламирую. Но я не рекламирую – это правда, об этом все знают.

Во-первых, это американский паспорта, который дает возможность путешествий. А вторая история – это защита американского государства. Дело в том, что Путин, не к столу будет сказано – вот сидят россияне в Украине. Но он ждет новую администрации в Украине, и поэтому говорит: не будет никаких переговоров, переговоры будут после того, как придет новая администрация.

А там сидят россияне. Вот так он защищает россиян, людей с российскими паспортами, которые даже ему письмо писали: пожалуйста, забери нас отсюда».

М.Ганапольский: Люди знают об Америке знают телевизионно, книжно, однако доверяют ребенка США. Не России. Это оценка

А.Соломин― А Сенцова он  для кого держит тогда в России? Ровно для этих россиян. Разве нет?

М.Ганапольский― Так можно же было сегодня уже поменять. Но это будет подарком Порошенко. Наверное, ты просто не знаешь это заявление кремлевской администрации – о том, что все переговоры и решения будут при новой администрации. То есть, он не хочет давать никакого подарка лично Порошенко. Но в результате россияне сидят в  Украине, в тюрьме. И пишут письма.

Короче говоря, для того, чтобы этого не было – да, это, наверное, непатриотично, как, наверное, будет считать Скабеева и ее окружение, или Соловьев – но ты получаешь американский паспорт, ты американский гражданин и тебя защищает самая мощная армия в мире и самый эффективный, при всех издержках, административный американский аппарат. Вот так. Поэтому тут чего говорить?

Если бы я был юн, прекрасен, у меня была бы семья и надо было бы рожать детей, безусловно, я бы постратил любые деньги для того, чтобы ребенок родился на территории США. Вот и все.

А.Соломин― Я не согласен с вами только в одном пункте  — в том, что Россия не защищает.

М.Ганапольский― Что я буду юн и прекрасен?

А.Соломин― Мне кажется, что Россия как раз очень активно защищает российских граждан, более того, иногда даже тех граждан, которых, казалось бы, не очень нужно защищать.

М.Ганапольский― Я понимаю тебя.

А.Соломин― Так что не надо. Мне кажется, что очень сомнительное обвинение. Израиль очень защищает своих граждан – все мы знаем, как он себя ведет.

М.Ганапольский― И результаты голосования?

А.Нарышкин― 82% едут в США чтобы рожать, 18% рожают здесь, в России.

М.Ганапольский― Между прочим, это и оценка режима Путина. Люди не знают ничего про Америку, знают телевизионно, книжно, и, однако, доверяют своего ребенка США. Но не России. Ну, это оценка.

А.Нарышкин― Почепу «не доверяют»? Гражданство США это еще одна опция для ребенка. Это не значит, что деньги, которые едут рожать в США, их папаши выращивают маленького нацпредателя.

М.Ганапольский― Ты не понял, о  чем я сказал.

А.Нарышкин― Ну, повторите.

М.Ганапольский― Ты не понял ни хрена .Объясняю  — если бы  Россия обладала таким же паспортом, такой же мощью  — экономической – и защищала своих людей так, как защищают в США, то на фига сдались США? Если бы по российскому паспорту можно было бы ездить практически в любую страну, если бы  Россия пасть рвала всем иностранным государствам, если там в тюрьме сидит российский гражданин — то зачем нужно было ехать в США?

Ты говоришь «это набор опций». Но возникает вопрос – а какого хрена этого «набора опций» нет в  России? Вот тебе и ответ. Поэтому не  надо глупости говорить, не переноси туда это – там это есть, а у нас этого нет. Вот почему доверяют США. Ты идешь в хороший магазин, где не вонючие продукты, а  в вонючие продукты ты не идешь. Но если здесь будут нормальные продукты, то ты в дальний магазин за 10 кварталов ходить не будешь. Вот и все. Люди голосуют ногами и детьми. Вот так получается.

А.Нарышкин― Идем дальше. «Редиска недели».

Молодой человек, которого уже называют «Архангельским террористом», на этой неделе пришел в здание местного ФСБ и взорвал себя. Есть пострадавшие. Много пишут о том, что этот человек был анархистом, он очень молодой,  — можно долго дискутировать о том, насколько он был убежден в  своих политических предпочтениях. Но, например, в Фейсбуке нашего коллеги, Сергея Асланяна, я вижу фотографии того самого Архангельска – с  покосившимися домами. Сергей пишет, что каждый нынешний день вполне подходит для того, чтобы застрелиться, убить, перестрелять всех, кто рядом – это не призыв. Он объясняет, что в одном конкретном городе выглядит все так, что ты просто не  чувствуешь никаких перспектив. Как это говорят про импотентов: «у тебя абсолютно полшестого» — тебе всего 17 лет, но ты понимаешь, что ничего хорошего у тебя впереди нет.

Не знаю, подтвердилась ли  информация о том, что этот молодой человек — говорилось о том, что вся эта акция, весь этот теракт из-за того, что ФСБ фальсифицирует дела и пытает людей. В этой связи говорят сейчас о том, что это такое.

Мы сейчас попробуем найти ответ у слушателей — что это такое? Это такая разовая акция, разовый теракт, случайность, или, может быть, это начало такого политического террора, то есть, у этого молодого человека будут последователи, возможно, с большими жертвами.

Как вы оцениваете теракт в Архангельске — это разовая акция, разовый теракт — 660-06-64, или это начало политического террора — 660-06-65.

М.Ганапольский― Две яркие мысли были высказаны в  эфире «Эха». Глеб Павловский проанализировал это и сказал, что самой большой глупостью будет сейчас начать ужесточать, закручивать, и так далее. Потому что как раз это вызовет волну последователей. Как в народной забаве «борьба с  государством»: «вы на меня – я на вас». Это первая история. С этим я абсолютно согласен.

Со второй историей я не очень согласен. Замечательнейший Пархоменко сказал, если не ошибаюсь, что мы вступаем в такую полосу, когда это и у нас будет в большом количестве. Тут я с ним не согласен. И закончить хочу тем, что в России, у нас на территории, нет такой традиции. Это очень странно — традиция массового убийства, — если так можно сказать. У нас этого нет. И мне кажется, мы демонизируем эту историю.

Как вы знаете, СССР прошел несколько стадий, в которых оружия было до фига — особенно после войны, когда привозили оружие. Никаких массовых расстрелов, ничего такого не было, хотя недовольных людей было много. Это раз. А тут нельзя сказать, что боялись власти, потому что люди идут на смерть, поэтому власти они не боятся.

Обратите внимание — террористические акты – их немного, слава богу. А вот  в США это какая-то странная традиция, чуть ли не ежедневная. Не знаю, с чем это связано  — просто те люди, которые это делают, они сумасшедшие – я не устану это повторять. Они просто ненормальные, потому что человек не может лишать себя жизни и убивать себе подобных просто ради идеи – у него какой-то сдвиг по фазе.

М.Ганапольский: Человек не может лишать себя жизни, убивать себе подобных ради идеи – у него какой-то сдвиг по фазе

Но смотрите – в Украине сейчас огромное количество оружия. Естественно, оно идет оттуда – вы знаете, откуда. Его привозят, и так далее. Тут Аваков, ныне подсанкционный в России, он называл кошмарные цифры – сколько оружия, взрывчатых веществ хранится у людей. Но Бог миловал — именно массовые убийства… — ну, взрывают недруга, конкурента по бизнесу – это обычная история, да. Но, на мой взгляд, это не наше. И массового явления этого у нас не будет.

А.Нарышкин― Итоги голосования: 17% слушателей считают, что теракт в Архангельске это разовая акция. 83% полагают, что это начало политического террора.

Меня, конечно, никто не уполномочил трактовать эти итоги. Но мне кажется, что 83% подсознательно видят в таком политическом терроре — если мы говорим, что это политический террор – какую-то надежду на перемены.

М.Ганапольский― Соглашусь с тобой. Цепочка простая: мы живем не очень хорошо, и соответственно, люди будут против этого выступать.

А.Нарышкин― Как бы только не начали героизировать этого молодого человека.

М.Ганапольский― Нет, у нас этого нет. В США это есть. Моя Катя может много рассказать про эти общества, где вот эти ребята, которые убивали  — помните ту самую первую историю. Где они стали чуть ли не святыми? Там просто есть последователи.

А.Нарышкин― Это «Колумбайн», да.

А.Соломин― Ничего хорошего в этом нет. Потому что террор любого вида – политического, религиозного,  — ни  к какому вашему освобождению не приведет. Любой террор приведет к тому, что выбудете жить в клетке. Дома у вас будет стоять видеокамера, все ваши сообщения будут просматриваться, все звонки, вы будете отчитываться перед дядей-КГБэшником. Вот к чему приведет террор любого толка. Поэтому здесь нет никакой перспективы ни освобождения, ни демократизации – не было такого в истории.

А.Нарышкин― И время у нас вышло.

М.Ганапольский― Спасибо всем большое. «Итоги недели без Евгения Киселева». Нарышкин, Соломин, Ганапольский. Встретимся через неделю. До свидания.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 19.08.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, добрый вечер, начинаем нашу программу «Итоги недели без Евгения Киселева». Вместе со мной Олег Овчаренко и Алеша Нарышкин. Напоминаю, что эта передача специфическая — смысл этой программы – это, с одной стороны, подведение итогов недели, какие были главные события, на что обратить внимание, что было значимым. Но самое главное в этой программе – обязательное голосование, ваше отношение к тому или иному событию.

Поскольку у нас программа итоговая, все-таки дополнительный «Герой недели», если говорить так об ушедшем человеке – это, конечно, Эдуард Успенский. Я знал Эдуарда Николаевича, я о нем много рассказывал в своем фейсбучном эфире. Для меня было полной неожиданностью его болезнь — потому что просто мы переписывались, он в Фейсбуке мне писал. Первое, что я делал в театре и на фирме грамзаписи «Мелодия» — это были, так или иначе, его произведения.

Почему я об этом вспомнил – ну, это грандиозная потеря талантливейшего человека, совершенно невероятного. Много написано о нем, и на сайте «Эха». Когда я прочитал Ларину по поводу Успенского, я вообще не знал, что сказать. Я рекомендую тем, кто ценит Успенского, любит его произведения, зайти в Фейсбук композитора Григория Гладкова, который очень много песен написал на стихи Успенского. Зайдите туда, почитайте стихи Успенского – он очень много выложил. И те, кто почитает Эдуарда Николаевича, те просто насладятся. Ну и, конечно, я  сегодня буду много читать его стихов – в своем фейсбучном эфире.

Собственно, вот такое вступление. Переходим к первой теме – «Событие недели».

О.Овчаренко― Итак, на этой неделе в четверг, из СИЗО, из-под стражи под домашний арест были переведены две фигурантки дела о создании экстремистского сообщества «Новое величие», 18-летняя Анна Павликова и  19-летняя Мария Дубовик. Следствие, которое вышло с  ходатайством, заявило, что это связано с тем, что основные следственные действия закончены, а также с учетом личности девушек.

Интересно, что еще за неделю до того, как Павликову и Дубовик выпустили из СИЗО, то же следствие и та же прокуратура говорили, что не видят оснований для перевода их  под домашний арест – несмотря на жалобы правозащитников, несмотря на жалобы адвокатов, что у  них резко ухудшилось здоровье, обострился ряд болезней. Также интересно, что в день, когда следствие вышло с ходатайством об освобождении из-под стражи Павликовой и Дубовик, был в Москве проведен «Марш матерей» на  Новопушкинском сквере, участники которого, а их, по разным данным, было около тысячи. Они требовали освободить Павликову и Дубовик и даже дошли до  Верховного суда. Кстати, даже сам марш в интернете вызвал дискуссию. Мы хотим спросить у слушателей – на  ваш взгляд то, что Павликова и Дубовик переведены под домашний арест, уступила ли таким образом власть? Если уступила — 660-06-64, если не уступила — 660-06-65.

М.Ганапольский― Хотел уточнить  — когда ты говоришь «уступила», имеешь в виду тактически или стратегически?

О.Овчаренко― Здесь смотря как посмотреть.

М.Ганапольский― А нашей аудитории как по этому поводу думать? мы спрашиваем, будут ли отпущены в результате эти девочки, эти дети, или имеется в виду, что власть уступила именно в этом – чтобы их перевести под домашний арест? Тут непонятно, как проголосовать.

М.Ганапольский: Моча детей, российская власть абсолютно вычеркнула из своего сознания, что у детей существуют родители О.Овчаренко― Я бы, наверное, поставил вопрос тактически – что узнав о том, что в Москве планируется «Марш матерей», который, кстати, ни с кем не согласован, и о проведении которого даже не была подана заявка, возможно, власть испугалась этой акции, а возможно, не испугалась. Мы хотим спросить у слушателей, уступила ли власть, испугалась ли она этой акции.

Интересно, что освобождение Павликовой и Дубовик через неделю после того, как они Павликовой отказали в освобождении из-под стражи, мне напомнило историю 5-летенй давности, дело Навального — 5 лет назад, по  сути, была схожая ситуация, когда Навальному дали пять лет – в центр Москвы вышли десятки тысяч людей, Навального уже поместили в СИЗО, и через несколько часов вдруг следствие говорит, что давайте мы до вступления в силу приговора, освободим Навального.

А.Нарышкин― Нет, там прокуратура в тот же день обжаловала.

О.Овчаренко― Да. То есть, странно – прокуратура сама же требовала, а потом сама же обжаловала. Для меня эти истории схожи, и случились обе — да, тогда вышли десятки тысяч человек, сейчас вышло около тысячи, но история схожа.

М.Ганапольский― Нарышкин?

А.Нарышкин― А Ганапольский? Я оттолкнусь от вас, как более опытного комментатора.

М.Ганапольский― Ты как Соломин, последнее слово должно быть за тобой?

А.Нарышкин― Да.

М.Ганапольский― Ну, в первую очередь я напомню, конечно, о  Латыниной, которая абсолютно точно сформулировала, что государство перешло к очередному дну, — это война с детьми. Ну да, вот за перепосты, за лайки, теперь какие-то «Новые величия», которые сделаны провокатором. Если вы послушаете Латынину, вы будете знать всю экспозицию этого позорного дела.

Это удивительно, потому что голоса детей, которые сейчас подрастают и которые через 6 лет будут вполне взрослыми людьми, это ведь как-то странно – кажется, что молодежь надо холить и лелеять, не мочить, чтобы она была максимально прокремлевской. А здесь…

А.Нарышкин― Здесь правильная молодежь, которая сознательно — не обязательно в нынешних условиях поддерживать режим, чтобы быть правильными. Главное – не сопротивляться. И Латынина говорит, что бьют по политически активной молодёжи. И бьют не по Невзорову — казалось бы, каждую неделю слушаем Невзорова – уж сколько Невзоров говорит про попов, про РПЦ, оценивайте это как хотите – гадость это, не гадость, просто критика…

М.Ганапольский― Они любуются его художественной формой.

А.Нарышкин― Да. Но никто никогда не посмеет прыгнуть на Невзорова, потому что вони будет очень много. А вот по детям, по подросткам, в регионах, за которых никто не заступится – это вот мы можем, преследуя разные цели, например, запугать.

М.Ганапольский― Но как видишь, заступились.

А.Нарышкин― И это говорит о том, что важно выходить. Неважно количество, главное, что вы демонстрируете сопротивление

О.Овчаренко― В  интернете была дискуссия  — главный редактор «Раша Тудей» Маргарита Симоньян, и что интересно, адвокат Марии дубовик – они же изначально призывали не ходить на акцию, говорили, что это может помешать девушкам. И Симоньян говорила, что этот вопрос как-то где-то кулуарно решается. То есть, возникает опять: оставьте вопрос для того, чтобы решать его кулуарно, не выходите, — то есть была дискуссия, выходить или не выходить.

М.Ганапольский― Обратили внимание, что моча детей, российская власть абсолютно вычеркнула из своего сознания, что у  детей существуют родители. То есть, хватая этих ребят, сажая их за перепосты, как бы по умолчанию предполагается, что их родители быдло, что они промолчат, или наоборот, станут на колени и будут просить Путина выпустить, что они начнут какие-то кулуарные заморочки: «простите моего неразумного ребенка», что они будут, например, если посадили старшую дочь, то с младшей дочерью или сыном они будут разговаривать: «вот видишь, что случилось с Глашей? Смотри, такого не делай».

И вдруг выяснилось, что некоторые люди не забыли свое достоинство. Особенно с точки зрения того, что схватили их ребенка. Мне кажется, что тут каким-то странным образом Кремль потерял адекватность, он не понимает, что — помните? – «и какая же мать согласится отдать»? не согласится. Здесь совершенно дикая ситуация может быть, если так хватать детей. Потому что родители бегают и спрашивают: а что сделал ребенок? И даже если родители не разбираются в этом чертовом интернете, им объясняют, что случилось то-то и то-то. Они спрашивают: и за это нашего ребенка хотят посадить на два года?

Мне кажется, что это такая санация сознания российской власти – она просто обосралась. Потому что поняла… кстати, это может иметь далеко идущие последствия. Мы знаем принцип нашей власти – ни в коем случае не поддаваться давлению, — это главный тезис Путина, которому следуют все. И вдруг сейчас они просто, легко – обратите внимание – не заявляя, не объявляя митинг вообще, — они вышли, нагнули и трахнули власть. И это очень симптоматичная история.

Дело в том, что не только власть переходит к репрессиям против детей, о чем говорит Латынина, но происходит и то, о  чем она не сказала – но не потому, что не знает, а просто потому, что о другом писала  — постепенно эта хватка за горло растягивается: одного схватишь – другие идут опротестовать. И это очень позитивная вещь, на мой взгляд. Не потому что это осознанно, просто матери и отцы пошли защищать своих детей. И с ними ничего не сделали, никого не арестовали, работали только на уровне Симоньян и  адвоката: «давайте ничего не делать, давайте не выходить» — конечно, это провокация.

Потому что, а если бы дали «двушечку»? А  когда дадут «пятерочку» — что скажет уважаемая мною Симоньян, или адвокат? Нельзя брать такой грех на душу. Поэтому хватать детей – обоюдоострая история. Верноподданичества на этом не заработаешь, а  я бы сказал, даже наоборот.

О.Овчаренко― А не допускаете ли вы, тот факт, что как это может выглядеть в глазах суда? Маргарита Пашкова тоже предложила не выходить – действительно, идет какая-то работа со следствием у адвоката. И следствие вроде  как почти уже настраивается. И вдруг акция – да, с благими намерениями, — перерастает во что-то, ну, в какое-то побоище, столкновения с полицией. Не может ли  тогда следствие из-за этого сказать — смотрите, выходят люди в защиту Павликовой и Дубовик и  происходят столкновения. Значит, они такие же. Просто психология следствия в данном случае.

А.Нарышкин― Психология следствия – если на самом деле происходят некие кулуарные переговоры адвоката со следователем, значит, просто признается, что следствие руководствуется не законом, не юридическими нормами, а  понятиями.

М.Ганапольский― Это во-первых. А во-вторых еще раз повторю – мы можем долго строить какие-то умозаключения, но суть заключается, что родители пошли за своих детей. И я уверен, что если бы в нашей с вами судьбе такое случилось, то и мы бы пошли. Поэтому шутки плохи с родителями. Соловей, известный политолог, у него есть несколько тезисов, которые он повторяет из передачи в передачу – но не потому, что он других тезисов не знает. А потому, что они наиважнейшие. И когда ему задают вопрос «когда может рвануть и от чего», он говорит: устроено все так, что когда угодно и  от чего угодно.

Давайте вспомним – полгода назад мы предполагали, что вот так массированно, квадратно-гнездовым способом «куда попадет», будут мочить за перепосты и за лайки? Мы даже представить себе этого не могли.

А.Нарышкин― Но мы знали, что следователи работают в этом направлении. Но массовости, конечно, не было, и мы не думали, это правда.

М.Ганапольский― Это тоже, кстати, интересная история. Задумайтесь, благодаря чему держится этот режим? – вспоминая советские времена,  — там люди читали книжки, слушали «Радио Свобода», «Голос Америки» должен был быть какой-то выпуск пара. Сейчас у нас выпуск пара – интернет. В интернете мы клянем власть, говорим, какие они идиоты. И как бы был общественный договор – я вас уверяю — до этого времени. Как он был там, в  Советском Союзе: «вы нас не трогаете и воруете, за это мы вам позволяем воровать, а вы нам позволяете сидеть в  Кремле». Сейчас был другой общественный договор: «мы сидим у власти, делаем, что хотим, ваша свобода – в интернете, делайте свою диванную историю».

М.Ганапольский: Мы знаем принцип нашей власти – ни в коем случае не поддаваться давлению, — это главный тезис Путина Вот сейчас власть запустила туда свои когти. И у меня вопрос к молодежи, которая пишет там то, что она думает – где-то же надо писать, какое-то другое мнение, — не оппозиции Навального, а  просто другое мнение где-то должно формулироваться?

Но мы видим, что начинают запускать когти в интернет. При этом это могут быть невероятные последствия. Как мы с вами полгода назад не предполагали арест за лайк, — ребята, за лайк или за перепост. Ведь перепост это чужой материал, тем не менее, за него арест и  следствие. У меня вопрос – не получится ли, что завтра будет арест за плохие слова о высочайшей особе, или какие-то слова о России, о  Церкви  — то есть, сомневаться в том, что все это даровано Богом — что власть дарована Богом. А через полгода за это просто будут мести.

Но у меня тогда вопрос — власть понимает, что где-то должен быть выпуск пара? По-моему, нет.

А.Нарышкин― Ну, вы сейчас страху нагнетаете. Мне кажется, итак нашим слушателям и зрителям довольно некомфортно живется в последние месяцы в связи с этими делами. Зачем пугать людей?

М.Ганапольский― Потому что это правда.

А.Нарышкин― Они должны сидеть и трястись сейчас?

М.Ганапольский― Нет, просто это правда. И мы видим, что если люди идут за правое дело — а за правое дело пошли родители за своих детей – то вся охранка Путинская сидит в одном месте и носа не показывает. Потому что понимает, что будет хуже.

А.Нарышкин― Нам напомнили, что в Киеве началась революция с того, что «Беркут» избил детей – это правда. Может быть, наша власть гораздо мудрее и опирается на опыт, в том числе, своих соседей. Вот вы говорили про то, кто кого трахнул – мне кажется, в ситуации с «Новым величием» власть сама позволила себя трахнуть. Потому что довела до такого состояния ситуация, когда не трахнуть было уже нельзя. И неважно, какое количество человек вышли – тысяча как сейчас, или несколько сотен, или десять тысяч, как когда-то с Навальным.

Возвращаясь к тому, о чем вы спрашивали — тактически власть уступила, или стратегически – думаю, тактически.

М.Ганапольский― Конечно, тактически, и об этом пишет и Латынина.

А.Нарышкин― А стратегически уступили, если бы вообще навсегда забыли про эти уголовные дела.

М.Ганапольский― Латынина напоминает, что их просто переместили под домашний арест, а дело идет и  «двушечка» им светит. И матерям придется снова выходить, потому что иначе не может быть. Подведем итог?

О.Овчаренко― 69% наших радиослушателей считают, что власть уступила. 31% напротив, считает, что не уступила в данном случае.

М.Ганапольский― Идем дальше — «Редиска недели».

О.Овчаренко― «Редиска недели» у нас Ольга Васильева, министр просвещения, которая выступила с достаточно интересной инициативой – предложила ограничить усыновление детей. Как это выглядит, формула: если в семье есть уже три ребенка – неважно, родные они, или усыновлённые – больше усыновлять нельзя. Таким образом, те семьи, у которых 5-6 детей – у нас есть многодетные семьи, у которых много приемных детей – им  это тоже нельзя. Интересно, что в связи с этим Васильева сказала, что министерство хочет ужесточить подбор так называемых родителей, — как пишет ТАСС, речь идет о требованиях к кандидатам и к их психологическому обследованию.

Зададим вопрос – на ваш взгляд, можно ли ограничивать количество детей для усыновления? Если можно — 660-0664, если нельзя — 660-06-65. Делаем перерыв?

М.Ганапольский― Да, делаем перерыв и вернёмся.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. Те же в студии. Тут есть дна тема, и она меня задела лично. Вы можете посмотреть, госпожа Васильева какого года рождения?

А.Нарышкин― Сложное задание, к этому мы были не готовы.

О.Овчаренко― Откройте «Википедию» просто. 1960 года.

М.Ганапольский― Да, так вот я хочу кое-что г-же Васильевой рассказать – на правах старшего. Г-жа Васильева. Я родился в  1953 году, когда со времени Великой Отечественной войны прошло только 15 лет. И когда я стал себя осознавать, к  60-му году, то на улицах Львова, где я жил, а это был обычный советский город – там были солдаты, они гордились тем, что они солдаты, они выиграли войну, они ходили в военной форме – вообще почти все время все отставники ходили в военной форме.

И по телевизору непрерывно, г-жа Васильева, показывали про детей войны  — как из-за того, что погибли мужчины, женщины, усыновляли по 10-20 детей. Это была такая удивительная советская традиция. Им давали квартиры, им доплачивали, давали продуктовые пайки. То есть государство ценило и понимало, советское государство, что лучше ребенку быть дома, какой бы это дом ни был, чем сидеть в детском доме.

Поэтому то, что г-жа Васильева, вы сейчас предлагаете, состоит из двух частей. Первое – кто она по должности, как называется ее должность?

А.Нарышкин― Министр просвещения.

М.Ганапольский― Вы такой же  министр просвещения, как я – Папа Римский.

А.Нарышкин― В такой степени?

М.Ганапольский― В такой. Даже в более глубокой, о которой я  в этой передаче, чтобы не навредить Венедиктову, сказать не могу. Я еще раз вам говорю – это личное. Она обосрала родное государство. Васильева своим выступлением и своим продолжением уничтожила авторитет Российской Федерации.

Объясню, почему. Во-первых, она показала, что министр просвещения считает, что в детском доме ребенку лучше, чем в семье. Во-вторых, она сказала странную вещь – а почему нельзя усыновлять тем, у кого есть уже три ребенка? А если этот человек миллионер, или если он усыновит четвертого ребёнка, он немедленно его расчленит или изнасилует?

О.Овчаренко― Васильева объяснила, что…

М.Ганапольский― Не надо, что она объяснила. Она для меня никто. Никто. Потому что она человек не на своем месте. После «закона Димы Яковлева» что, стали больше усыновлять? Меньше. Мы опять «бомбим Воронеж»? Но это еще не все.

Она показала, что государство ничего не может. Вместо того чтобы сказать – усыновляйте хоть 200 детей, — мы вам дадим жилье, будем помогать материально, потому что семья это семья, она показала всему миру, и главное, России, что она против семьи. То есть, она думает, что почему-то четвертый ребенок лишний. А почему не третий? А почему не второй, а почему не восьмой? Бездарная тетка, которая непонятно, почему, занимает этот пост. После этих слов, после этих заявлений ее надо вышвырнуть, потому что она против детей. Потому что она придумала – вот сейчас спросить ее: Васильева, а на основании каких умозаключений, или решений какого-то научного сообщества, вы говорите, что после трех уже нельзя? Или потому что вам так моча в голову ударила? Позорище такое, вы представить себе не можете.

И самое главное, последнее – по сути, она перечеркнула роль государства. Государство ничего не собирается делать для многодетных семей. Оно вообще – вдумайтесь – когда она говорит, что после трёх детей нельзя четвертого усыновлять, то значит, нет в России больше понятия многодетной семьи. Потому что «много-детные» — это когда много детей. Позор и ужас. И этот человек не просто находится на своей должности, а будет находиться весь путинский срок. И чего только она еще не скажет – Господи, бедная страна.

О.Овчаренко― Объявлю результаты голосования – 49,5% считают, что ограничивать количество детей можно, а  50,5% считают, что нельзя.

М.Ганапольский: Родители просто, не объявляя митинг вообще, — они вышли, нагнули и трахнули власть А.Нарышкин― Не хочу защищать Васильеву, но мне кажется, что если бы ее выступление было более продолжительным, ее бы лучше поняли. Потому что, с одной стороны, она говорит о том, что дети подвергаются в приемных семьях насилию – есть случаи. Я бы хотел увидеть статистику, как много.

Но если уж она говорит о том, что будет вводить какой-то дополнительный регламент для того, чтобы детей передавать из детских домов родителям…

М.Ганапольский― То есть, когда три ребенка – нет насилия, но когда четвертый — оно есть? Еще раз, пожалуйста, пусть Васильева скажет – почему три ребенка? Почему не больше трех, не больше четырех, восьми, двух?

А.Нарышкин― Согласен.

М.Ганапольский― Получается, что россиянин устроен так, что когда у него появляется четвертый ребенок, у него одновременно появляется желание детей уничтожать, насиловать и над ними издеваться. Правильно?

А.Нарышкин― Потому что он со всеми не справляется.

М.Ганапольский― Вот именно.

О.Овчаренко― Здесь действительно нужно говорить  — когда мы видим насилие – может, об ужесточении каких-то критериев, просто говорить о помощи родителям многодетных семей.

М.Ганапольский― Она ничего не говорит о помощи.

О.Овчаренко― Да. Но если действительно есть такая проблема, то  нужно говорить о ней, действительно. Я согласен с тем, что ограничивать усыновление… вот почему – в  Фейсбуке появился флэшмоб под названием «четвёртый не лишний» — многодетные родители рассказывают о том, как могла бы сложиться судьба детей усыновленных, если бы их, по  предполагаемому закону, нельзя было бы  усыновить

И они прямо пишут, что «вот  ее я бы не усыновила, она росла в школе-интернате, где над девочками совершалось насилие, где мальчики вырастали ворами и преступниками и директор интерната считал их ворами и преступниками». По сути, в этих интернатах, в этих приютах, во многих, тоже нездоровая атмосфера. Но забирать их оттуда, получается, нельзя — согласно Васильевой. Абсолютная глупость, мне кажется тоже.

М.Ганапольский― Странно люди проголосовали. Ну да ладно – их дело, их страна. Поехали дальше  — «Герой недели».

О.Овчаренко― На этой неделе развернулась широкая дискуссия вокруг слов певицы Лаймы Вайкуле, которая в ответ на вопрос о том, готова ли она поехать выступать в Крым, сказал, что ни за какие деньги в Крым не поедет, сказала: «Нет, нам, европейцам, это запрещено, я туда не поеду, какой бы гонорар мне ни предлагали». Вокруг этого развернулась дискуссия. В Госдуме ряд депутатов говорили, что да и не нужно особо, некоторые призывали даже провести проверку в отношении слов Вайкуле, появлялись сообщения, что вроде как МВД начало проверку концертной деятельности Вайкуле в  России на фоне этих слов. Правда, потом это сообщение было опровергнуто.

М.Ганапольский― Вообще жаль. Я  бы хотел, чтобы было следствие, стали проверять ее слова, а потом концертную деятельность а потом ее арестовали, суд, «двушечка».

А.Нарышкин― Максимально — «трешечка».

М.Ганапольский― Да. И она бы скрылась на территории вражеской Латвии, и потребовали ее выдать. Мне нравятся такие вещи в отношении Вайкуле. Мне нравится, это хорошо, это по-нашему, да.

О.Овчаренко― Депутат от Крыма Руслан Бальбек говорил о том, что позиция певицы не является поводом для оскорбительных высказываний в адрес Вайкуле и  занесением ее в «черный список», цитата: «Население Крыма давно убедилось. Что есть друзья полуострова а  есть враги, а есть те, кто ждет команды — видимо, Вайкуле еще не получила команду ни с одной, ни с другой стороны».

М.Ганапольский― Хорошо. Я думал, что он умный, а он думает, что Лайме можно давать команду  — это тоже хорошо.

А.Нарышкин― Запустим голосование?

О.Овчаренко― Прежде напомню, что Вайкуле является гражданкой Латвии.

М.Ганапольский― Да неужели? Не может быть. Все-то думали, что она российская гражданка, ей можно что-то такое указывать. А она, оказывается, из стана врагов, черт побери.

А.Нарышкин― Вопрос: заявление Лаймы Вайкуле, это что такое – антироссийский выпад, или следование букве закона гражданкой Латвии? Если Вайкуле допустила антироссийский выпад — 660-06-64, если просто следует букве закона, поскольку является гражданкой Латвии, Евросоюза — 660-06-65.

О.Овчаренко― По закону Украины можно послать запрос на разрешение на въезд в Крым – ты  получаешь разрешение въехать в Крым с украинской территории.

М.Ганапольский― Нет, разговор идет не об этом. Поехать она туда может. Но если она там будет выступать, то ее внесут во все черные списки. И дело не в том, что она попадет в украинский «Миротворец» — в общем, ей на это наплевать. Другое дело, что по поводу ее могут быть санкции в ее родной стране — зачем ей это надо? Не понимаю, зачем ей это надо.

А.Нарышкин― При всем моем уважении — Вайкуле в этой ситуации пытается усидеть на двух стульях. Я ей говорю: будьте более последовательной.

М.Ганапольский― Это в каком смысле?

А.Нарышкин― Потому что Крым это Россия. Нельзя не ездить в Крым и говорить, что это оккупация, и продолжать ездить в Россию.

М.Ганапольский― А она не говорила, что это оккупация.

А.Нарышкин― Будьте более последовательной – если ты не ездишь в Крым…

М.Ганапольский― Ты подталкиваешь ее к преступлению, сточки ее зрения?

А.Нарышкин― Нет, наоборот. Я к тому, что Крым сейчас находится в составе России – так считают в  России. Если ты не ездишь в Крым, потому что приняты санкционные меры со стороны Европы против российского руководства, значит, не надо ездить в Россию.

М.Ганапольский: Дикая ситуация может быть, если хватать детей. Потому что родители спрашивают: а что сделал ребенок? М.Ганапольский― То есть ты подталкиваешь ее нарушить закон государства, гражданкой которого она является?

А.Нарышкин― Нет.

М.Ганапольский― Ну, как?

А.Нарышкин― Ей тогда не надо вообще ездить в Россию.

М.Ганапольский― Почему?

А.Нарышкин― Не потому что ты враг или русофоб, — на это есть масса умельцев в Госдуме.

М.Ганапольский― ты понимаешь, что ты ей угрожаешь?

А.Нарышкин― Я ей не угрожаю.

М.Ганапольский― По какой причине она не должна ездить в  Россию?

А.Нарышкин― Потому что здесь «кровавый режим» Путина, не пачкайся.

М.Ганапольский― А она не говорит ни про какой «кровавый режим».

А.Нарышкин― «Не пачкайся», не езди сюда.

М.Ганапольский― Ты придумываешь.

А.Нарышкин― Вахтанг Кикабидзе после грузинской войны много лет не  ездит в Россию, не общается с российскими СМИ.

М.Ганапольский― Потому что была война с Грузией. Войны с Латвией не было. Будет война с Латвией, она не будет ездить

А.Нарышкин― Какая разница? Есть пример для подражания.

М.Ганапольский― Ты подталкиваешь ее к преступлению.

А.Нарышкин― Какому преступлению?

М.Ганапольский― С ее точки зрения в Крым она ездить не может, а в Россию может. Она здесь выступала, когда мы с тобой еще под стол пешком ходили – ну, ты, во всяком случае. Зачем ты ей лепишь свою логику? У нее есть своя логика.

А.Нарышкин― Хорошо, значит, надо быть последовательным. Если ты выступаешь в России, в  государстве, которым руководит Путин…

М.Ганапольский― Она действует во исполнение закона.

О.Овчаренко― Читаю сообщение от февраля о поездке немецких депутатов региональных парламентов от партии «Альтернатива» для Германии, которые обещали, в частности, рассказать о своей поездке в региональных парламентах и в Бундестаге и еще раз вернуться в Крым.

А.Нарышкин― А к чему это?

О.Овчаренко― Получается, они тоже нарушили закон?

М.Ганапольский― Конечно, нарушили закон. И внесены во все списки, которые можно.

О.Овчаренко― Нет, в Германии их в какие списки внесли?

М.Ганапольский― Про Германию не знаю, они депутаты – чего их вносить? Не понимаю, за что бьемся — я говорю, что Вайкуле это не Овчаренко, не Нарышкин и не Ганапольский, у  нее своя логика, она гражданка Латвии. Давайте ей позволим вести себя так, как она хочет. А дальше будем брызгать слюной, осуждать ее. Но задавать вопрос «почему она не едет в Крым», считаю, что это неправильно и непродуктивно. Как проголосовали?

О.Овчаренко― 13% радиослушателей считают, что заявление Вайкуле это антироссийский выпад. 87% считают, что это следование букве закона гражданки Латвии.

М.Ганапольский― Странно.

А.Нарышкин― Я не нашел в вашем лице человека, который мог бы меня поддержать, обращаюсь к Овчаренко – ты понимаешь мою логику про последовательность? Если ты не хочешь ехать в Крым, потому что против Крыма приняты санкции, и у тебя будет со  стороны Европы против тебя какие-то ограничения приняты, ты будешь выглядеть преступником, когда вернешься в свою Латвию, зачем ты тогда едешь в Россию? Ты не едешь в регион, который является токсичным из-за того, что российское руководство сделало его таким? Но зачем тогда ездить на всю остальную территорию России?

О.Овчаренко― Нет, я с тобой не соглашусь. Есть конкретные санкции против России, есть конкретные санкции, связанные с Крымом. Это абсолютно другой пакет санкций. Если она не имеет в виду никакой политической составляющей в том смысле, что она не называет Россию «агрессором».

А.Нарышкин― А могла бы  назвать «агрессором».

О.Овчаренко― Вот если бы назвала – это другой вопрос. Но она не назвала.

А.Нарышкин― А Вайкуле понимает, что в Крым не поехать это, условно, минус 10 тысяч евро для ее месячного оклада, а не поехать в  Россию на концерт это уже существенно большие издержки. Потому что кроме как в России ее мало где, на самом деле, слушать будут, кроме ее родной Латвии. Я и говорю, что она хочет усидеть на двух стульях: если ты считаешь, что Крым отсоединен от Украины незаконно, не приезжай тогда ни в Крым, нив Россию. Потому что Россия это тот самый Путин, который этот Крым отсоединял.

О.Овчаренко― А если она просто хочет сохранить украинский рынок выступлений? Она хочет еще выступать на Украине.

А.Нарышкин― Это значит, что ты хочешь усидеть на двух стульях. Это такие полумеры: ты хочешь не обидеть украинцев, не хочешь обижать российских зрителей и слушателей, — странно, что она об этом так не сказала: «В Крым я не буду ездить, а вот сюда и  сюда – буду». Деньги решают все.

О.Овчаренко― В заключении хочу сказать, что очень жаль, что в принципе возникают такие вопросы. Потому что в Крыму живут такие же люди.

А.Нарышкин― Конечно.

О.Овчаренко― Соответственно, они тоже хотят, чтобы к ним кто-то приезжал.

А.Нарышкин― И Вайкуле наплевать на крымчан, на два миллиона человек. Она не будет туда ездить, потому что она прикрывается какими-то запретами со  стороны Европы. Зато на остальной части России наплевать – потому что можно больше бабла собрать. Все, спасибо.

М.Ганапольский― Обратите внимание – в этой позорной части дискуссии я не участвовал. Потому что, считаю, это неприлично.

А.Нарышкин― А что  — неприлично?

М.Ганапольский― Я не могу объяснить.

А.Нарышкин― Очень странно.

М.Ганапольский― Либо ты понимаешь, либо нет.

А.Нарышкин― Сказали «А», говорите «Б» — что неприлично?

М.Ганапольский― Вот ты мне тоже говори, что я должен говорить. Я буду говорить так, как считаю нужным.

А.Нарышкин― Но мы же связали тему с  Вайкуле – давайте доведём ее до конца.

М.Ганапольский― Люди проголосовали, все. Идем дальше.

А.Нарышкин― Ну, хорошо, пусть будет чувство недосказанности.

М.Ганапольский― Вот именно. И это правильно. Едем дальше – «Не в фокусе».

О.Овчаренко― Координатор движения «Левый фронт» Сергей Удальцов был арестован за нарушение правил проведения массовых мероприятий, его арест был связан с  пенсионным митингом, прошедшим в конце июля под эгидой КПРФ, на котором Удальцов жег портреты спикеров Госдумы.

А.Нарышкин― Много кого – Путина, Медведева, — много кого портреты жег.

О.Овчаренко― Уже находясь в спецприемнике, Удальцов объявил сухую голодовку. Причем, протестовал он  против пенсионной реформы, объявил голодовку против пенсионной реформы. На 5-й день сухой голодовки, то есть, сегодня, Удальцов был госпитализирован, — об этом сообщил секретарь Общественной наблюдательной комиссии Москвы, у  Удальцова нашли некие проблемы со здоровьем, которые у  него возникли на фоне 5-го дня голодовки. Вопрос – голодовка в России эффективная форма протеста, или вред своему здоровью? Если вы считаете, что эффективная форма протеста – 660-06-4, если вред своему здоровью — 660-06-65.

А.Нарышкин― Когда Сенцов голодает уже почти сто дней и продолжает сидеть в  колонии в Лабытнанге, по-моему, уже можно сделать вывод об эффективности этого инструмента давления на власть. Тем не менее, у Удальцова голодовка от безысходности. Мне смешно слышать представителей левых сил, которые у нас в течение недели появляются в эфире — у нас был Вадим Кумин, кандидат от Компартии на выборах мэра Москвы, был Максим Шевченко, которые говорили, что чуть ли не сам Собянин посадил Удальцова в тюрягу в самый разгар избирательной кампании и  это политическая месть. Когда их спрашиваешь — знаете, что он там сжигал портреты Путина, Медведева, Грефа, Силуанова, — «нет, никто этого не видел». Это какая-то глупость.

У  Удальцова единственная попытка с этой голодовкой как-то похайпить. Я готов повторять это в каждом эфире, вы прекрасно это знаете без меня – Удальцов опытный политик, человек, который заслуживает уважения хотя бы потому, что он просидел 4 года от звонка до звонка – он  глодает не в первый раз, его задерживают не в первый раз, он прекрасно, в отличие от Сенцова, понимает возможность своего организма. Поэтому даже  с этой голодовкой, которая будто бы  через 5 дней заканчивается, — сегодня ему врачей вызывают, — не надо переживать. Надо пожелать Удальцову здоровья, счастья, радости и еще 5 суток изоляторе временного содержания. Все будет хорошо, и выберут не Кумина. А Собянина – не переживайте.

А использовать голодовку как возможность напомнить о себе, о  Компартии, о том, что левые силы против пенсионной реформы выступают, как-то это мелко.

М.Ганапольский― Интересно. Ну, он не герой моего романа, но он имеет право. Я бы не осуждал людей, которые находятся в его состоянии, в  его положении и в его месте, где он сейчас находится. Можно за  разное голодать Можно и за коммунистическую идею или большевистскую идею – было и такое. Другое дело, что мы ставим другой вопрос. Мы говорили интересную вещь, которую мы сейчас не затронул. А хотелось бы затронуть – помните, мы говорили о странном парадоксе, вы  ранее сказали правильную вещь: о голодовке Сенцова говорят все, а об этой голодовке не говорит никто.

То есть это вещь, над которой надо подумать – почему именно так происходит. Хотя, казалось бы,  — одно идет за другим, все должны закричать: смотрите, Сенцов голодает и  второй голодает.

М.Ганапольский:Васильева перечеркнула роль государства. Государство ничего не собирается делать для многодетных семей А.Нарышкин― И  ничего не происходит. Потому что голодовка в современной России это хрень собачья.

О.Овчаренко― Мне кажется, много зависит от политика…

М.Ганапольский― Мы чуть о другом говорим. Мы говорим, что голодовка конкретно этого человека, а она, наверное, есть, — она не привлекает общественное внимание. Не привлекает просто как факт, — вот это вот поразительно.

А.Нарышкин― Ну, Сенцов привлекает общественное внимание. И что меняется в судьбе Сенцова? Ничего. Значит, голодовка не работает.

М.Ганапольский― Это разные вопросы. Я имею в  виду парадокс, что человек голодает, а об этом никто не говорит – только в новостях. Это интересно. Итоги голосования?

А.Нарышкин― 24% считают, что голодовка в России эффективна, 76% считают, что это только вред своему здоровью. И время наше вышло.

М.Ганапольский― Спасибо большое. Овчаренко, Нарышкин, Ганапольский. Встречаемся через неделю. Пока.

О.Овчаренко― Всего доброго.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 09.12.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте, начинается программа «Итоги недели без Евгения Киселёва»  — для тех, кто не слышал нашу предыдущую программу, я нахожусь сейчас в командировке я веду программу через обычный скайп, поэтому горячего джигитского спора у нас не получится. Алексей Нарышкин. Алексей Соломин. Здравствуйте.

А.Соломин― Еще посмотрим, не знаю, как у нас выйдет себя контролировать.

М.Ганапольский― Я знаю, что ты себя не контролируешь, сегодня ты опять покажешь свое мастерство говорить последним.

А.Соломин― Примадонна всегда выходит на сцену последней.

М.Ганапольский― Помните, были двойные фамилии? Иванов-Задунайский,  — Соломин-Гвоздев. Он забивает гвоздь в любую тему. А Нарышкин скромно сидит, потому что знает, что власть в  стране всегда может измениться, и поэтому когда начнут копать – все было округло, прилично.

А.Нарышкин― Буду лавировать.

М.Ганапольский― Именно так. У нас всегда проблема найти для программы «героя», а  сегодня у нас неожиданно в этой рубрике оказалось три человека. И мы подготовили для вас вопросы — ведь смысл этой передачи напомнить о  событии, а дальше – ваше голосование. Итак, программа «Итоги недели без Евгения Киселева». Первая тема  — «Событие недели», которое лежит на поверхности – печальное событие.

А.Соломин― Умерла Людмила Алексеева, старейшая правозащитницу России, человек, которого мы все знали как правозащитника – когда я был ребенком, я узнавал ее скандинавскую челку на экранах телевизоров. Она прошла через все на  моей памяти политические события и ни разу не совершила никакой подлости, на мой взгляд, не сделал никакого поступка, который бы меня заставил в ней сомневаться как в достойном человеке.

Мне нравится, что когда я  начал работать на «Эхе» корреспондентом и стал все это видеть своими глазами,  — она выходила каждый раз 31 декабря, какой бы ни была угроза винтилова, — она шла туда. Конечно, сотрудники ГУВД относились к ней мягче, но в какие-то моменты ей тоже доставалось, а  ей было уже 80 лет. Она ничего не боялась и  поразила меня своей последовательностью. Алексеева шла, куда хотела. Она могла выйти на площадь с Лимоновым. Сначала это смотрелось дико, но потом ты понимал – она выходит за твою и  мою свободу, за  свободу Лимонова, Дугина. Михалкова в том числе, за  свободу Путина, в конце концов. Она выходит за само понятие, показывая, за что нужно бороться, неважно, кому, что это неотъемлемое право любого человека, каких бы взглядов он ни держался.

И, слава богу, что она не читала Фейсбук, потому что она вдруг просила Путина об Изместьеве, когда могла просить о чем-то другом, что принимала поздравления с днем рождения от Путина, что она держала его за руки. Мне в ней это как раз нравится –полная независимость от чужих осуждающих взглядов, четкое понимание, что она делает и для чего она делает. Считаю, что это один из самых уважаемых людей с безупречной репутацией.

М.Ганапольский― Да, я на 99,9 согласен с тем, что сказал Соломин. Скажу несколько слов. Наверное, она испытала момент то, за что она боролась, что отстаивала – это ельцинское время, которое было относительно свободно. А дальше, по сути, наступили Путинские времена. И мне жаль, что она не дожила – она долго жила, руководствуясь знаменитым постулатом, что в России нужно жить долго – она жила долго. Но  Путина она не пережила. А это, наверное, была бы ей самая главная благодарность от  судьбы – чтобы увидеть, какая Россия может быть другая, постпутинская, — какая угодно. Но она не увидела. И мне очень жаль.

Вторая история – мы  этих людей все-таки учимся, и я, немолодой, тоже от них учусь. Есть несколько вопросов, которые каждый ставит перед собой. Например, как относиться к политике, к  Путинским деяниям — есть знаменитые пять пунктов, как относиться, например, к онкологии: возмущение, неприятие, потом смирение. Думаю, с  Путиным мы все пережили и сейчас находимся в последней стадии, когда понимаем, что ничего совершенно не может произойти. Пока этот человек будет мучить, и издеваться над страной, такой она и будет.

М.Ганапольский: Алексеева считала, что с ними надо разговаривать. И пока есть шанс их уговорить, надо это делать

Но  возникает вопрос – как к этому относиться? Например, Войнович научил меня относиться к политике как к яблоку, которое держит в руке  — да, оно твое, но ты его держишь в руке, на расстоянии. Политика это все равно, так или иначе, игра, поэтому отдаляй ее от себя. Она должна быть рядом, но не должна быть внутри тебя, надо понимать, что с  государственной машиной бороться бесполезно.

Рекомендую послушать образцово-показательную передачу Шендеровича, он там об этом говорит, говорит: мы ничего не можем сделать. И говорит это через запятую: а поскольку мы ничего не можем сделать, — да, это правда, мы ничего не можем с этим сделать, хотя стараемся в этом не участвовать, но мы можем это презирать и это уже важная вещь. Собственно, из  презрения к этой власти – сначала советской, потом – ну, не знаю, как потом, но и выросла наша героиня, Алексеева.

И вторая история – например, чему можно научиться у Алексеевой. Мы знаем, что есть такая дилемма – вот  Путин к ней пришел, сидел рядом, что-то говорил – вот это отвратительное чудовище пришло к правозащитнице, — может быть даже он ее уважал. Вообще Путин, насколько я понимаю, уважает последовательных людей. Он сам никогда не меняется – и она никогда не менялась, наверное, он ее реально уважал. Потому что спокойно мог бы и не прийти.

И вот сидело это чудище напротив Алексеевой. Вы помните, как было – почему она не плюнула ему в лицо, почему она его не выгнала, он  преступник, — всякие вот эти разговоры были. И была тогда огромная дискуссия – надо ли разговаривать с властью? И теперь эта дискуссия продолжается по поводу Глинки, — надо ходить к ним, разговаривать с ними?

Я, конечно, считаю, что нет – надо плюнуть, надо выгнать. Но вот Алексеева она считала, что с ними надо разговаривать. И пока есть шанс, их уговорить, смягчить, переубедить, надо не покладая сил это делать. Да, они могут не обратить на  это внимание в силу своих политических целей, но своим святым долгом она видела именно такую манеру поведения. Поэтому я лично не могу осуждать Глинку — правда, Пархоменко стал говорить про факты, которых он не назвал. Но ее жизнь это великий пример для всех нас, для тех, кто считает себя либеральным человеком, для тех, кто в силу той или иной своей профессии, или человеческой наклонности, или желания  — отстаивает права человека. А так или иначе, мы все, нормальные люди, отстаиваем права человека, и не только для себя, но и для других. Царствие ей небесное.

А.Нарышкин― Не хочу повторять ни вас, ни Соломина – про Алексееву сказано очень много теплых слов,  — слава богу, никакого говна – то ли нет, то ли я не встречал. Можно зайти к нам на сайт и  усидеть, как ее знакомые, коллеги, друзья тепло отзываются о  Людмиле Алексеевой. Почитайте интервью, например, как Наталья Болтянская рассказывает о  непарадной стороне Алексеевой, как она общалась на темы, не связанные с правозащитой.

Но хотел бы  с  Матвеем поспорить – не думаю, что Алексеева жила и мечтала о том, что поскорее бы  закончилась Путинская России и наступило бы что-то новое. Мне кажется, для Алексеевой было гораздо важнее не что будет, а что есть сейчас. То есть, сейчас она не шла на компромисс со своей совестью, и это самое важное.

Но при этом соглашусь с  Матвеем в том, что он называет Путина «чудищем», с  которым она встречалась, но  она при всем этом считала, что «чудище» не безнадежно, что «чудище» можно было переубедить – это тоже важная история.

М.Ганапольский― Очень возможно, что она считала человека небезнадежным, но  вскоре в программе мы  услышим, как он оттягивается на ее ближайшем коллеге. Царствие ей небесное. Это была замечательная женщина, пример всем нам.

А.Нарышкин― Про коллегу Алексеевой. Льва Пономарева, мы поговорим прямо сейчас. Он находится под арестом по статье о несанкционированных акциях, ему выписали 25 суток ареста. Судья Дмитрий Гордеев, который отправлял Навального в свое время под арест на длительный срок. То есть, у человека в судейской мантии уже есть репутация служителя Фемиды, который действует жестко. Но в случае с Пономаревым — и смех и грех, — как будто бы  «недожестил» — он мог бы назначить 30 суток, а здесь 25. То есть, судья, как и Путин, небезнадежен.

На самом деле грустная история — Пономарев и Алексеева не только связаны тем, что у них огромный опыт работы, в  том числе, в Хельсинской группе. Пономарев, находясь в  спецприёмнике, написал обращение, — чтобы его полицейские отпустили на похороны Алексеевой – прощание состоится во вторник в Доме журналиста. Мне кажется, надо сейчас как-то надавить – честно не знаю, на кого, — просто чтобы люди, которые принимают решения, врубили гуманность.

Вспоминали рэпера Хаски со странным обвинением, что он залез на машину, тем самым устроив несанкционированную акцию – но он посидел два дня и его отпустили, потому что – вспомним мотивировку – потому что у  исполнителя концерты, гастрольный тру и зачем подводить организаторов расстраивать поклонников – и отпустили. То есть, значит судебная система может в себе что-то человеческое обнаруживать, — почему бы в случае с Пономаревым не сделать то же самое?

М.Ганапольский― Объявим вопрос.

А.Нарышкин― Считаете ли вы правильным, чтобы Лев Пономарев впредь отказался от дальнейшей митинговой деятельности? Ему нужно отказаться, быть аккуратнее — 660-06-64, нет, не нужно отказываться, пусть работает, как работал раньше  — 660-06-65.

А.Соломин― Лев Пономарев нам нужен живым, здоровым, а не таскающимся по спецприемникам. Меня позабавили попытки Нарышкина найти человечность в  судебной системе. У меня давно сложилось впечатление – наверное, где-как: где-то Фемида действительно держит чашу весов с завязанными глазами, а где-то смотрит широко раскрытыми глазами, где и что перевесит. В России же  Фемида это такая штука, которая людей ненавидит.

И если, как это ни странно, без вмешательства. Российская Фемида Пономарева никуда не отпустит. Потому что первым делом российская Фемида спросит у  Пономарева, кем он приходится Алексеевой. И  если он не приходится ей ни папой, ни сыном, ни братом, ни супругом, то  российская Фемида скажет: на нет и  суда нет. И нужен будет звонок из администрации президента, чтобы российская Фемида Пономарева на эти похороны отпустила. Мне кажется, это такая странная история.

М.Ганапольский: В российской политике нет предела доньям, нет предела падения. Посадка человека за перепост?

Еще я не очень понимаю восторгов по поводу решения судьи Гордеева. Мне кажется, что Гордеев поступил по всем вариантам плохо, не угодили никому. Не хочу сейчас его оскорблять, я  этого человека не знаю, но он принял самое нелепое решение, которое только мог принять, это решение не понравилось никому – он не ввинтил ему 30 суток, хотя мог — уж не знаю, может, из гуманистических соображений? Но если бы у него были гуманистические соображения, он бы не стал его сажать под домашний арест. А теперь, как мы выяснили, и Мосгорсуд считает, что 25 суток ареста это слишком много. Даже не знаю, как сложится карьерная судьба Гордеева, если он их всех вариантов ошибок совершил ровно все – из трех букв в слове совершил четыре ошибки. Уж лучше бы он дал все 30 суток, и мы бы поняли, что в своем негодяйстве он дошел до упорства и уважали бы его просто как негодяя — такие люди тоже есть. Мне кажется это странным.

М.Ганапольский― По поводу Пономарева – не  помню, кто-то сказал на «Эхе» абсолютно правильную вещь — как в знаменитом анекдоте: «Сема, то, что ты считал оргазмом, это была астма». Так и тут. Когда мы говорим, что российская власть делает какие-то либеральные лаги, идет навстречу – она тщательно взвешивает простой вопрос: минимизацию потерь – что лучше в более плохой ситуации.

Вот Пономарев сидит, что мы получаем. Если мы его не отпускаем? Получаем жестокий Кремль, и  так далее, что получаем, если отпускаем? Получаем двойную пользу — во-первых, он выходит на несколько часов с тремя охранниками и браслетом на ноге и мы все говорим – боже мой, Путин пошел нам навстречу, они все-таки не совсем конченные. А на самом деле они просчитали: меньше будут говорить про то, что ему в результате дали 16 суток.

То  есть, если это и будет, то это значит, что нам показывают не верхнюю челюсть волка, а нижнюю, где выбиты пара отломанных зубов. Не более того.

Но по поводу Пономарева – помните, была такая загадка – множественное число от слова «дно»? И мы разучили это  — это слово «донья». И теперь я понимаю, что в российской политике нет предела доньям, нет предела падения. Ведь посадка человека за перепост?

Тут интересная вещь — г-н Путин на всяких мероприятиях вешает то на груди, то на жопы разные награды разным людям.

А.Нарышкин― И причем тут это?

М.Ганапольский― Объясню. Эти люди, благодаря этим наградам, — их называют в государстве авторитетными людьми. Понимается, выясняется, что с точки зрения государства у Пономарева нет никакого авторитета перед государством. Почеркну – не заслуг, именно авторитета. В то время как этот человек положил на свободу российскую всю свою жизнь, как и Алексеева.

И получается, что когда ты в России борешься за свободу, то  ты никто. Борьба за свободу дело виртуальное, это не книжку написать, не дом построить, — это какая-то более важная вещь, виртуальная, метафизическая – бороться за свободу. Но  для судьи Гордеева, для Путина и для Кремля это все простая вещь – ты никто. Ты борешься за свободу? – значит, ты борешься против меня.

Аналогия в России парадоксальная: бороться за свободу и за права человека – это бороться против Путина. И думаю, что Путин сам именно так и думает.

А.Нарышкин― Итоги голосования: 87% слушателей считают, что Пономареву следует продолжать свою митинговую деятельность. 12% считают, что нужно остановиться. Ну, на самом деле легко заниматься правозащитой чужими руками – пожалели бы  Пономарева.

М.Ганапольский: Рухнул второй миф собирателя земель

М.Ганапольский― Я знал, что ты  так скажешь, но это некорректно.

А.Нарышкин― Но это так.

М.Ганапольский― Это не потому что они хотят каштаны из огня чужими руками таскать – они так проголосовали потому, что они ценят то, что он делает.

А.Нарышкин― Конечно. А Пономарев потом за вас будет сидеть 16 суток. Без проблем.

М.Ганапольский― Он  сел не за митинговую деятельность. А за перепост в Фейсбуке.

А.Соломин― Сел за свою активную деятельность вы сами только что сказали, что он создает угрозу.

М.Ганапольский― Хорошо. Слушаем новости.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. Те же в студии. И идем на следующую тему – тему «героев».

А.Соломин― У нас три «Героя недели», а если быть точным, то  четыре. Поэтому кратко обо всем поговорим. Первый герой – Катерина Тихонова, человек, который вообще не появлялся по телевизору и сейчас она дала интервью российскому телевидению. Я считаю, что это был ее маленький бунт. Не надо представлять, кто Катерина Тихонова – судя по всему, это дочь Путина. Сам Путин никогда это не комментировал, не отрицал, но и не соглашался — для него, как мне кажется,  — он остро относится к обсуждению этих вопросов.

С моей точки зрения, появляться Екатерине Тихоновой на телевидении нужно. Не потому что она дочь Путина, а  потому, что она заведует предприятием, которое работает с государственными деньгами. И одновременно с этим она дочь Путина, судя по всему.

Мне кажется, про ее деятельность лучше скажут расследователи, журналисты, которые ею  серьёзно занимаются — Навальный, Варламов, и  кто-то еще, кто занимается расследованием. Короче, — считаю правильным, чтобы мы знали людей, которые занимаются этими вещами. Любая деятельность с  государственными деньгами должна быть максимально прозрачной.

Не может человек, к  которому возникает такая масса вопросов, где-то прятаться, как мне кажется – это уже не семейные делишки. И  хорош, что  — ну, может, это первый шаг, а дальше будут другие шаги – что она на телевидение выходит. Почему мне кажется это унтом? Я предполагаю, что Путин такими вещами недоволен, что это не сходится с его интересами, — ему кажется, что поскольку его дети занимаются исключительно наукой и образованием, не связаны ни с бизнесом, ни с политикой, — цитирую один из его ответов, то и публичности, видимо, у них никакой быть не должно. Это неправильно. Потому что для людей, для общества, это важно.

Помню, когда впервые встретил Геннадия Тимченко и  имел с ним небольшой разговор, я тогда понял, что Тимченко тоже человек, что это не просто какой-то страшный монстр, который плетет паутину где-то там из  нефтетрубопроводов,  — он даже шутить умеет, что с ним можно иметь дело, ему можно задавать вопросы. Но это им нужно, в первую очередь, как мне кажется, не мне. Поэтому она и «герой».

А.Нарышкин― Вопрос у  нас традиционный – мы его давно не  вспоминали, потому что вроде бы  как уже все избирательные кампании прошли — кого бы  выбрали президентом России, если бы выборы были завтра — Путина — 660-06-64, или предполагаемую дочь Путина, Екатерину Тихонову — 660-06-65.

А.Соломин― Стандартный вопрос. И  то, с чем ты  не согласен.

А.Нарышкин― Путину наплевать на  Екатерину Тихонову. Вылезла она, рассказал про свой фонд – ты видел ее интервью?

А.Соломин― Очень короткое. Но это первый шаг.

А.Нарышкин― Три предложения. Зачем? Забей, какая тебе разница, что делает дочь Путина? У  него их  две — что делает вторая дочь, ты тоже об этом беспокоишься? И  Ганапольский беспокоится?

А.Соломин― Знаю, что дочь занимается фондом, который получает достаточно серьезные деньги.

А.Нарышкин― Хорошо, А про вторую дочь ты ничего не знаешь, — может, она какой-нибудь теневой руководитель Газпрома. И что?

М.Ганапольский― Пару слов скажу. У Путина было несколько мифов вокруг него  — мачо,  — ну, с «мачо» закончилось — возраст берет свое, и стерх, наверное, уже его не поднимет. Первый миф рухнул. Второй миф назывался «ни пяди родной земли» — как мы знаем. Сейчас идут переговоры по поводу передачи двух островов из  четырех, и никто точно не знает, и обосравшаяся от ужаса Госдума и Совет Федерации боятся поднять вопрос, что там с Китаем – потому что все время идет информация по поводу того, что половина Сибири уже китайская. И по поводу двух японских островов, как мы помним, всякие Прохановы, вся эта шушера,  — они орали по поводу того, что «ни пяди русской земли», а теперь заткнулись и  сидят, потому что шеф, наверное, все-таки предполагает отдать на  него два острова – потому что если Запад на него напирает, так пусть хоть Япония любит.

Значит, рухнул второй миф собирателя земель. А третий миф, как помните, его сформулировал сам Путин. Когда его спрашивали «где ваши дети?» — он говорил: ради безопасности, и вообще, зачем это нужно, это моя личная жизнь. Так вот я всегда говорил, и, наверное, это позиция всех нормальных людей – я считаю, что нам абсолютно должно быть все равно, чем занимаются дети Ротенбергов – пусть этим занимается Навальный, он профессионал в этом деле – определить, чем занимаются дети миллиардеров. Дети государственных чиновников – этим занимается Навальным. Это очень интересно – как работает государство и как работает эта мафия.

М.Ганапольский: Сидит чувак, говорит «разжигание», «рамки» — монстриальное непонимание того, что происходит

Но есть одна важная вещь, которую сформулировал много лет назад человек с бородой по фамилии Венедиктов. Однажды, водной передаче/, он сказал, что то, что делают дети президента, то, что делает жена президента — если она есть – это важно. Потому что в зависимости от того, верна ли она ему, есть ли у нее любовник, дети тратят ли  деньги, или ведут себя плохо, — это может сказаться на  принятии государственных решений. Вплоть до нажатия на какие-то ненужные кнопки.

Но и это не все. Почему детей Трампа, детей западных лидеров мы  видим? Взять британскую королевскую семью – почему мы все это видим? Потому что они являются образцом для нации. Руководитель, высший руководитель страны, говорит: вот, смотрите, это мои дети.

А.Соломин― Все-таки  королевскую семью я бы не ставил в один ряд.

М.Ганапольский― Хорошо. Но теперь переходим к самому главному. Проблема в том, что рухнул третий миф. Если действительно эта девушка дочь Путина, то, во-первых, это уже скоро станет реально известно. А во-вторых, мы видим, каким чудесным образом, с какими миллионами она появляется на нашей – не скажу политической арене — общественной арене. Вот как она появляется. Еще раз – нет реальных подтверждений, что это она, поэтому миф держится на сопле. Но скоро эта сопля высохнет или оборвется и мы узнаем, что дочка Путина, которая ради безопасности — опять же, если это она, — оказывается, руководит многомиллионным фондом, куда сливать деньги всякие верные олигархи. Поэтому ждем, запасшись попкорном.

А.Соломин― У нас есть еще «герой».

А.Нарышкин― Еще один герой — первый зам.главы кремлевской администрации – Сергей Кириенко. Я бы сказал, что он «герой недели» авансом – он стал еще одним высокопоставленным российским чиновником, который заступился за рэперов, которые подвергаются гонениям. Сказал, что отмена концертов рэперов это глупость. Сказал, но за этим ничего не пока не последовало. Хотелось бы, чтобы ты не просто открывал рот на  съезде «Единой России», хотелось бы, чтобы сигналы шли в регионы – чиновникам, местным полицейским, которым бы дали по рукам.

А.Соломин― Проблема в том, что регионам поступают разные сигналы из разных источников. Не нужно думать, что Кириенко это такой заместитель Путина, которому показалось, что что-то сделали неправильно, он сказал, и все исправилось. Для меня Кириенко герой на этой недели потому, что он артикулировал свою позицию, занял ее публично. Это означает, что ему придется что-то делать. Потому что если он этого не сделает, Он проиграл в борьбе тем людям, которые, как мне кажется, прекрасную Россию будущего не представляют уж точно. А проиграть им очень легко, потому что они влиятельны и сильны.

Мне кажется, что Кириенко сказал верную вещь  — это все обсмеивают – по поводу того, что он сказал «работать с молодежью», но он сказал то, что действительно так – нужно не запрещать, а придумать способ диалога с молодёжью, понять их.

М.Ганапольский― Простите, это его слова — «работать с молодежью»?

А.Соломин― Да, чем они вам не нравятся?

М.Ганапольский― Объясню. Есть такой американский рэпер, которого зовут Кендрик Ламар,  — думаю, вы его знаете. У него премия «Грэмми» за лучшее рэп-исполнение – 13 и 15-й год , премия «Грэмми» за лучшую песню в стиле рэп – 16-й год, «BET Awards» — за лучшую песню, «BET Awards» за лучшее сотрудничество — 14-й год, премия «Грэмми» — 16 года, Пулитцеровская премия за выдающееся музыкальное произведение в  18-м году. Это рэпер. Скажите. Пожалуйста, как вы думаете, с ним кто-то «работал»?

А.Нарышкин― Вайно с ним работал.

М.Ганапольский― Это чудовищная история под названием «они думают, что они что-то значат в этой жизни». Этот Кириенко, эти люди, которые думают, что они еще чем-то могут управлять. И чтобы полностью уже обостраться, они устроили эту встречу с рэперами и хип-хоп исполнителями в администрации президента.

А.Соломин― В Госдуме.

М.Ганапольский― Все равно, где. Это самое замечательное, что я видел. Это достойно сарказма Невзорова, Шендеровича. Когда сидят ребята напротив них – ребята, которые и есть свобода, — они и есть свобода, потому что рэп и  хип-хоп не создаётся, когда с ними кто-то «работает». И напротив них сидит какой-то непонятый чувак, который говорит слова «разжигание», «вы должны», «рамки» — блин,  — монстриальное, слоновье неумение и непонимание того, что происходит.

А.Соломин― Это ваше предубеждение. Вы склонны воспринимать слово «работать» в этом ключе, а я – по-другому.

М.Ганапольский― А как работать? Какая может быть работа?

А.Соломин― Предлагать молодежи что-то им интересное. Вы видели, как вели себя полицейские, которые запрещали эти концерты?

М.Ганапольский― Видел. И что. Объясните мне примеры работы кремлевской администрации с молодежью  — того же  лысоватого человека с моей прической, о котором вы вспомнили – кроме создания «Народного фронта», молодежных пропутинских группировок. Может быть, вы мне приведете какой-то один позитивный пример, который был «работой с молодежью»?

А.Соломин― Образовательные центры. Тот же «Сириус». Не вижу в этом ничего плохого.

М.Ганапольский― Что было: «Нашисты» были. Все, что было создано – это инверсия «нашистов», и больше ничего. Это распил денег.

А.Соломин― Я  так не считаю.

М.Ганапольский: Фигню вы говорите, г-н Чубайс. Посмотрите, какие зарплаты в  России, какие пенсии

А.Нарышкин― Кириенко всего лишь сказал, что хочет работать с молодежью. Работать это не значит что-то зарегулировать и поставить раком. Работать с молодежью – как я это услышал – попытка найти диалог. Если мы считаем, что сейчас не происходит то, что происходило с рэперами это из-за того, что Кремль так решил – Кремль видит эту сложность и хочет ее разрешить через диалог.

М.Ганапольский― Понимаю, что нужно Кремлю, какая у них сложность?

А.Нарышкин― Понять, кто такие рэперы. Они дремучие люди.

М.Ганапольский― Дремучие – так отойдите в сторону.

А.Нарышкин― Куда отойти? Конечно,  — входите в Кремль, берите власть?

М.Ганапольский― Кремль, прекрати работать с молодежью, уйди. Куда? – знаете, куда. Это будет лучший ваш поступок для работы с молодежью.

А.Нарышкин― Это популизм.

М.Ганапольский― Жизнь требует от них обновления. А они хотят остаться жопой на своих местах и работать с молодежью.

А.Соломин― Если такие люди, как Кириенко уйдут, плюнут на все, мы все окажемся просто под сапогом у людей, которые говорят, что «мои солдаты Канта не читают».

А.Нарышкин― Ты еще скажи, чтобы Ганапольский теперь молился на Кириенко.

М.Ганапольский― Знаете, какая лучшая форма работы с молодёжью вам ответить?

А.Нарышкин― Давайте.

М.Ганапольский― Честные выборы в этой стране. Проведите честные выборы и вас к едрене-фене вышвырнут. И это будет лучшее, что вы можете сделать для современной молодежи. Но они этого никогда не сделают. Они будут говорить, что будут работать с молодежью, фальсифицировать выборы и запрещать сайт Навального.

А.Соломин― Третьего героя только представим – это участники группы «IC3PEAK» — я рекомендую прочитать репортаж Никиты Сологуба на  «Медиазоне», который прокатился с ними в их туре, который постоянно пытаются запретить. Их стойкость вызывает уважение, это правда.

А.Нарышкин― Итоги голосования — за  Путина в качестве президента 16%, за его предполагаемую дочь — 84%.

А.Соломин― Кстати, это тот самый Путинский рейтинг — 84%.

М.Ганапольский― Правильно. – Путин, пусти молодёжь. Хотя бы свою Тихонову пусти.

А.Соломин― Едем дальше – «Редиска недели».

А.Нарышкин― «Российское общество глубоко инфантильно и неблагодарно» — говорит Анатолий Чубайс и вспоминает олигархов и российский бизнес, который «отстроил страну, восстановил безнадежно обрушившиеся советские предприятия, вернул зарплату людям, наполнил бюджет деньгами и  создал источник для того, чтобы наша интеллигенция получала средства на поддержку культуры, науки, образования – это все российский бизнес, это все сделали те, кого общество обзывает олигархами — другого слова не придумал. Даже язык отражает мышление – доброго слова о бизнесе нет в обществе».

М.Ганапольский― Я был сторонником этой темы. И хочу сказать — дорогой Анатолий Чубайс. Не было доброго слова и не будет. Потому что то, что вы сказали, ложь и вранье, это передергивание, что страна, Россия, получила от того, что государственные предприятия были за копейки перепроданы и стали частными?

Вы можете сказать, г-н Чубайс, что частный хозяин всегда эффективнее государства. И вы абсолютно правы – в США, Германии, в тех странах, которые Шендерович в своих передачах любит называть «нормальными».

Но я хочу задать вам вопрос — ну и что Россия получила из этого? Ну, хорошо – чем-то владеют Ротенберги, чем-то владеют Усмановы, что мы имеем этого для страны кроме их  яхт? Вы хотите сказать, что на их предприятиях работают тысячи людей и простите, это их  заслуга? Или это заслуга этих предприятий? Представим себе металлургический завод – от того, что он перешел в руки какого-0то Усманова, что, там стало на  пять миллионов больше рабочих и у них стала в пять раз больше зарплата?

Фигню вы говорите, г-н Чубайс. Потому что посмотрите, какие зарплаты в  России, какие пенсии в  России, посмотрите, какие офшоры при РФ. Какая может быть благодарность этим людям, которые лежат штабелями под Путиным? Это Путин им должен говорить «спасибо», что Фонд его девушки, о которой мы упоминали, наполняется миллионами и миллиардами. Фигня это все. Глупые слова.

Знаете, как говорят: хочешь узнать, как бизнес работает? – на страну посмотри, что, страна находится в таком жопном положении исключительно потому, что в  ней неблагодарные граждане? Или она находится в таком жопном положении, потому что такие олигархи? По-моему, ответ на поверхности.

А.Нарышкин― Идем дальше – рубрика «Не в фокусе». Времени мало, и  чисто ради голосования — сразу задам вопрос на ваше мироощущение, на ваши знания – с вашей точки зрения, онкология, рак это заразная история, или нет? Если заразно — 660-06-64, если не заразно — 660-06-65.

Про историю, которая стала поводом для разговора – вы знаете, что в Москве житель одного из  домов против того, чтобы квартиры в этом доме сдавали родителям, которые приезжают из  регионов с детьми, у  которых онкология. Жители пишут некую петицию, собираются обращаться в  некие инстанции, пожаловались в Роспотребнадзор. А  активистка, один из волонтеров уверена, что можно развесить в подъезде информационный плакат и таким образом перевоспитать, или наполнить мозги наших соотечественников какими-то знаниями.

Но время наше закончилось, а голосование очень показательно — 26;% слушателей считают, что рак это заразно. 74% считают, что не заразно. Прекрасное завершение эфира, по-моему.

М.Ганапольский― Абсолютно. Все, закончили. Спасибо большое. Нарышкин, Соломин и Ганапольский из города Днепропетровск. Встречаемся через неделю.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 21.10.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. «Итоги недели без Евгения Киселева». Киселева сегодня не будет, как и полагается по названию этой программы. Соломин, здравствуй, дорогой.

А.Соломин― Здравствуйте.

М.Ганапольский― Здравствуйте, Алексей Нарышкин.

А.Нарышкин― Здравствуйте. Кто это? Я слышу какие-то голоса.

М.Ганапольский― Добрый вечер. Главный смысл тем, которые мы  затрагиваем – а мы вынуждены, может, нам бы и хотелось затронуть что-то такое необычное, но не можем, не имеем право. В основном мы подведем итоги тем темам, на которые ярко реагировали все. Переходим к  первым двум темам, они у  нас в «Событиях недели».

А.Нарышкин― Убийство в колледже в Керчи. Ужасает и количество жертв и пострадавших, ужасают кадры, которые появились в эфире федерального телеканала. Потом эти кадры почему-то удалились, но интернет, как известно, помнит все.

М.Ганапольский― Почему-то?

А.Нарышкин― Ну почему, какое у вас есть объяснение?

М.Ганапольский― Потому что нельзя делать такие вещи, нельзя выкладывать кадры, где на твоих глазах убивают. Нельзя, это не принято просто, этого не делает никто. Конечно, если бы это «Правый сектор» кого-то убивал…

А.Нарышкин― Запрещённый в России.

М.Ганапольский― В принципе, это абсолютно нормально, когда насилие на экране не показывают. Ребята, ну, что вы?

А.Соломин― Проблема в том, что если эти жуткие, ужасные кадры не публиковать, то  версия о том, что все устроил Путин и ФСБ…

М.Ганапольский: Нельзя делать такие вещи, нельзя выкладывать кадры, где на твоих глазах убивают

А.Нарышкин― Хотя бы то, что стрелок был не один, — это самая диетическая версия.

А.Соломин― Самые радикальные версии. Люди не верят официальной версии следствия.

М.Ганапольский― Это вы цитируете Латынину. Вы обязательно ее послушайте – это обязательно: Пархоменко, Латынина, Шендерович, Невзоров, — это то, что обязательно надо слушать. Латынина говорит, что люди не верят власти в данном случае. Это такая «бытовая религия», — когда повода нет, и неверующие люди придумывают версии. Это такая странная квази-форма религии. Но хочу сказать, что в этом смысле мне на публику абсолютно наплевать, что значит, доказательства? Пусть следственные органы делают вывод, а люди — пусть государство будет устроено так, чтобы люди верили следственным органам. Но показывать впрямую убийство на экране? Вы чего?

А.Нарышкин― Мы хотим, чтобы расследование было открытым. Это часть расследования — Следственные комитет отчитывается о том, как идет следствие.

А.Соломин― Давайте спросим у людей.

М.Ганапольский― Давай.

А.Соломин― Правильно ли публиковать полностью данные с камер видеонаблюдения, где показано, как стрелок расстреливает людей?

М.Ганапольский― Момент убийства.

А.Соломин― Нет, извините, — либо все полностью, либо ничего не показывать, с  моментом убийства – все кадры. Если надо показывать — 660-06-64, если не надо показывать – 660-06-65.

М.Ганапольский― С моментом убийства.

А.Соломин― Конечно, что вы меня перебиваете?

М.Ганапольский― Ух, ты.

А.Нарышкин― Дерзкий какой.

М.Ганапольский― Хочу сказать, что в  студии в  Москве сидит ангелоподобный Соломин, и хочу сказать, что это правда, потому что Соломин занимается делом. И абсолютно отвратительный Нарышкин, который смотрит на нас с высокомерной улыбочкой: «Ох, дергаются, ребята» — негодяй ты, Нарышкин.

А.Нарышкин― Спасибо. Я вас тоже люблю. Наш звукорежиссер Света Ростовцева привела пример убийство Вороненкова в Киеве – никто не прятал эти видеозаписи.

М.Ганапольский― О чем ты говоришь?

А.Нарышкин― Спокойно. Другой вопрос – убийство, которое было совершено в Москве – вы бы хотели, чтобы показали всю видеозапись, как идет Немцов и как его расстреливают?

М.Ганапольский― Нет. Я не хочу этого видеть.

А.Нарышкин― А я хотел бы. И этого требовали. Рядом с  Кремлем, где полно камер, наверняка это убийство попало под одну из камер. Мы эти записи не получили, поэтому у нас до сих пор вопросы к расследованию.

М.Ганапольский― Я считаю, что сейчас происходит чудовищный, постыдный между нами диалог. Дело в том, что есть Ганапольский, который говорит, что следствием должны заниматься следственные органы. А кадры убийства, то есть, кадры насилия не должны показываться для широкой публики. Только в странах, где не  верят судебным органам, начинается «народное следствие»,  — что это за фигня такая, это «народное следствие»?

Вы говорите: чтобы не было вопросов, сколько человек стреляли. Минуточку – шел парень и стрелял. Кстати, я не смотрел это видео, и не хочу его смотреть. Нам показывают, как он убивает кого-то. А может, в этот момент в другой части школы идет еще 40 человек, которые тоже убивают? Это снижение уровня доверия к государству.

Ну, бог с ними, но  вы-то, мои коллеги, журналисты, как можете стоять на такой позиции?

А.Нарышкин― Мы тут с вами не придем к  единому знаменателю. С другой стороны,  — на кадрах не видно ни кровищи, ни мяса, никаких отрывающихся голов. Но это можно воспринимать как часть открытого следствия и  во-вторых, я считаю, что это в некотором смысле и профилактика. Когда ты смотришь такие кадры, ты думаешь: О, боже, зачем он это сделал.

М.Ганапольский― Это ты  так думаешь. А другой думает: это все так просто.

А.Нарышкин― Насилия гораздо больше не в телевизоре, не  в 5 минутах реальной съемки. Включите компьютер, поиграйте в  какую-нибудь игру – вы там пробьете сто бошек.

М.Ганапольский― Вот это самое страшное насилие. Но я как против видео со Скабеевой – любое, не обязательно порно, — так и эти кадры. Я против. Баба Яга – против. В данном случае я  — Баба Яга.

А.Соломин― Я бы не сказал, что эта дискуссия постыдная, потому что она идет в обществе не только в  российском уже давно. После терактов в Мадриде первые полосы испанских газет вышли с шокирующими фотографиями разорванных на части людей. И тогда возмутились – какого хрена вы это показываете? И позиция испанских СМИ была очень простая: мы – СМИ, мы журналисты. Мы показываем то, что происходит в стране.

М.Ганапольский― А то вы не знаете, для чего они показывают? Газета «Эль Паис» опубликовала шокирующие данные — и сразу все смотрят газету «Эль Паис», и у них миллионы просмотров на сайтах. Не хочу. Это не мое.

А.Соломин― Это ваша позиция, хорошо, договорились. 42% наших слушателей считают, что нужно показывать полностью кадры, в том числе с  моментом убийства. 58% сказали, что не хотят это видеть.

Скажу немножко о другом — мы тут говорим по поводу того, что люди не верят следствию, но ничего не сказали о том, что такие вещи приводят к разговорам о том, что делать. И первая естественная реакция людей, на мой взгляд, не очень умных  — запрещать известные компьютерные игры.

М.Ганапольский― Как ты можешь говорить «неумные» про нашу Госдуму и Совет Федерации? Что это за наглость такая?

А.Соломин― На мой взгляд, — я тут придерживаюсь версии, может быть, не очень популярной у нашей аудитории, что это типичные пример «шутинга». К сожалению, это уже не первая история, и не только в нашей стране это происходит – это явление в каком-то смысле уже отвратительное массовое трагическое явление. Но в чем отличие? У нас говорят после каждого из этих случаев о том, что нужно запрещать западную культуру и про вред глобализации, а у них, в этой сраной Америке, проводят кампании против «буллинга» в школах и против ненависти. Почему у нас никто об этом не говорит?

М.Ганапольский― Это к кому вопрос?

А.Соломин― Это вопрос к нашей аудитории.

М.Ганапольский― Ты скоро в раю будешь, поэтому аккуратнее. Тебя Святой Петр должен пропустить в рай, — аккуратнее выражайся

А.Соломин― В  российских школах невероятный уровень ненависти друг к другу. Изощренный и жестокий. А его предпочитают не замечать, потому что у нас есть такая традиция: «ты мужик, ты должен уметь за себя постоять». И с этим дети приходят к  родителям – с тем, что над ними издеваются, а родители часто отвечают: ты должен дать им в глаз.

У  нас невероятное число детей в  школах, которые перестреляли бы полшколы, будь у них такая возможность. И, слава богу, у них такой возможности нет. Все, что делает власть – обеспечивает психологов в  каждую школу, которые должны тесты проводить с детьми и выявлять особенно психозных людей.

М.Ганапольский: Только в странах, где не верят судебным органам, начинается «народное следствие»

М.Ганапольский― Тобой должен заниматься Следственный комитет, что ты такое говоришь? Господи, какая черная ложь на  святую Русь.

А.Соломин― Когда выходит сериал «Школа» Валерии Германики, где показываются все эти ужасы, все кричат: какая отвратительная мерзость, то, что вы показываете по телеканалам, этого не происходит в школе.

Вы в школе никогда небыли, не имеете понятия, что там происходит, а потом каждый месяц провожаете на тот свет своих детей в школах.

М.Ганапольский― Просто отвратительное поведение Нарышкина сейчас.

А.Соломин― Он что, рожки мне подставлял?

М.Ганапольский― Нарышкин занимается буллингом над Соломиным – он над ним издевается.

А.Нарышкин― Нет, это не буллинг называется. Это называется в вашем понимании «хайпить на трагедии». Соломин говорит о серьёзных вещах, Ганапольский его не слушает, а  Нарышкин призывает зрителей в Ютьюбе ставить лайки.

М.Ганапольский― Как это не слушаю? Наушники у меня так орут, что ты и представить себе не  можешь. Хорошо, что у нас дальше?

А.Нарышкин― А про Путина? Мы уже сказал про рай для Соломина, и  Путин туда же.

М.Ганапольский― Соломин не отравится в  рай, потому что ему надо над собой работать.

А.Соломин― Я не пройду. Кстати, знаете, в чем невероятная подлость, я считаю, Путина? Он всех обманул. Он всем сказал, что они станут мучениками и попадут в рай, если в нас зарядят ядерной ракетой. Но нет, это не так – в  Библии ничего не говорится об этом. Если вы правоверный, ели вы страдаете за веру, если мученичество ваше происходит за  православную веру,  — тогда с точки зрения религии вы попадаете в рай. А в нашей ситуации мы еще Святому Петру будет доказывать, достойны мы туда пройти, или недостойны.

М.Ганапольский― Что-то я не понял – Путин кому-то что-то будет доказывать?

А.Соломин― Это нам придется доказывать там, в таможенных органах .

А.Нарышкин― Поскольку Соломин уже начал тему, давайте спросим у слушателей про Путина – про его заявление про рай и  мучеников, что бы вы предпочли, дорогие слушатели – оказаться в раю вместе с Путиным  — 660-06-64, или оказаться в аду, но без Путина — 660-06-65. Это один из самых сложных вопросов, которые мы  вам задаем в  этом году.

М.Ганапольский― Сразу скажу слушателям, что я к этому вопросу не имею никакого отношения.

А.Нарышкин― И вообще вы далеко, у вас нет проблем.

М.Ганапольский― Да, и  такой наглости в отношении национального лидера, отца нации России, мне и  в голову не могло прийти. Хочу сказать, что мне понравился последний анекдот – потому что Путин, который уже давно стал выставлять себя на посмешище, нарушив главную заповедь настоящего лидера – есть такое правило: должны смеяться лидером, а не над ним. Который низвел себя фактически до  такого дешевого комедианта – по всей видимости, он просто не видит себя со стороны, ему не показывают, что происходит, а  в зале только подобострастно смеются.

Кстати, самая активная сейчас дискуссия в Рунете – я обратил внимание – те, кто засмеялись его пошлым, жутким абсолютно, — вот этим его шуткам таим – это люди смеялись потому, что он хорошо пошутил, как им показалось, или смеялись над ним? И вот это самая главная дискуссия сейчас. Такая же постыдная дискуссия, как и то, что сделал президент.

А самый точный анекдот — я прочитал огромное количество – прекрасные шутки, стихотворения, песню Макаревича, чудесный стих Шнура, наконец-то написанный в рифму, — много всякого. Но мне понравился последний анекдот: что после фразы Путина, которую он сказал на Валдае, в раю серьезно задумались о вступлении в НАТО – вот это самая замечательная рефлексия на это дело. Ну, вот  такой удивительный человек, который шутит подобным образом.

А.Соломин― Я бы хотел его защитить.

М.Ганапольский― Конечно, будешь защищать. На тебя посмотреть – вылитый Путин. Только тот без очков, а ты в очках.

А.Нарышкин― Провокатор.

М.Ганапольский― Две вещи произошли. Одна вещь неподтвержденная – источники разное говорят после этого дела – в общем, после райского анонса Путина, принято решение, что Запад будет давать Украине оружие без ограничений.

А.Соломин― Зачем?

М.Ганапольский― Не знаю, не я даю оружие. Откуда я знаю, зачем? Не знаю.

А.Нарышкин― Ну, хорошо. И-?

М.Ганапольский― И второе — помните, у Ильфа и Петрова  — «сапоги, которые воздух отнюдь не озонировали». Вот Путин эту фразу сказал, а меня интересует – в мире стало легче, свободнее, безопаснее, или люди вдруг всерьез задумались, кто же  все-таки руководит Россией и есть ли тормоза у этого человека?

Обращаю внимание на замечательный диалог в передаче Шендеровича, где он обратил внимание, что, по сути, Путин стал разговаривать фетвами. Это да, это такое вдруг появилось. Его потянуло на какое-то самоуничтожение такое  — вот давайте все умрем. И замечательно Пархоменко сформулировал в своей программе  — я отсылаю вас замечательным программам. Пархоменко сказал: а если я не хочу в рай? А если какие-то люди не захотят? Это вдруг Путин захотел туда – гну, пусть и идет туда. Есть для этого замечательные способы: закрылся в кабинете и сделал необходимые вещи.

А.Нарышкин― Радикальные сторонники Путина на это могут Пархоменко ответить: «Не нравится – вали». Обычно такой ответ. Люди, которые недовольны Путиным и тем, что происходит в стране, всегда рискуют получить в ответ такую фразу.

М.Ганапольский― Пусть говорят, что хотят. Но самое главное тут вот какая история, самая ужасная. Как Померанц говорил, что стиль дискуссии гораздо важнее предмета дискуссии, и это абсолютно великая фраза. Потому что критики критиков Путина, сторонники Путина, говорят: «да что вы глупости говорите? Вы не слышите главного, что он сказал – он, по сути, анонсировал, — и, кстати, то-то это написал из известных российских политологов… а, нет, это сказал Венедиктов, известный политолог, птичка наша…

А.Соломин― Как вы могли?

М.Ганапольский― Он  написал так, что «обратим внимание  — Путин подтвердил, что Россия не применит ядерного оружия». Это действительно важная вещь. Хотя Пархоменко, разбирая в своей передаче, он поднял этот документ, ядерную доктрину России – выясняется, что Россия может, когда хочет. Потому что там есть такой пункт: «когда Россия видит для себя угрозу». А поскольку Россия все время видит для себя угрозу, она может это сделать.

Но тут есть самое главное  — еще раз Померанц: «Стиль дискуссии важнее предмета». Я могу сказать — передо мной Нарышкин и Соломин, молодые, красивые, нормальные ребята, два секс-символа «Эха». Могу сказать: ребята, вы красавцы, и я вам делаю комплимент. Или могу сказать: Ну, вы, мля… (Неразборчиво).

А.Нарышкин― Я потерял нить.

М.Ганапольский― Наверное, не принято президенту страны со второй армией мира вытворять такие вещи. И они – в очередной раз, и в этом нет никаких сомнений, — будут иметь негативные последствия. Потому что кто, что услышал.

А.Соломин― Теперь – две минуты в защиту Путина. Во-первых, вы упоминаете страшные передёргивания. Путин никогда не призывал стать россиян мучениками, он никому не говорил «вяжите пояса шахидов, стойте за нашу веру православную». Он сказал, что если что – абы что – вы станете мучениками. Если на вас запулят ракетой, то тогда вы станете мучениками — даже не беспокойтесь. Повторю, — это неправда, он сказал неправду. Но он сказал именно это.

Второе – меня абсолютно не испугали слова Путина, я убежденный фаталист уже давно, — в нашей стране по-другому жить невозможно, — и вообще в стране, в которой есть куча ядерных схронов, ожидать мученичества можно каждый день, в любой день.

Я вижу, как работают наши системы безопасности, сколько идиотизма, халатности, вранья, нелепицы происходит в России, — мы итак живём на ядерной бомбе, взрыв которой может зависеть от сочетания каких-то нелепых случайностей. Каждый день. И вы каждый день просыпаетесь с улыбкой на лице, потому что не думаете об этом. А я просто об этом давно знаю и как-то с этим смирился.

И поэтому слова Путина об иноземной ракете меня нисколько не пугают. Другое дело, что они не пугают и  американцев и это меня даже немножко расстроило. Я посмотрел заголовки на сайтах иностранных газет после речи Путина, и меня удивило, что никто вообще его не цитирует – это какое-то дикое неуважение, ни во что не ставят нашего президента. На месте Дмитрия Киселева я бы уже давно порвал себе пукан – так на нас давно уже не плевали. И даже мы так на них не плевали, как они в нас сейчас. И это все, что я хотел сказать.

М.Ганапольский: Вот Путин эту фразу сказал, а меня интересует – в мире стало легче, свободнее, безопаснее?

А.Нарышкин― Спасибо тебе огромное. 85% слушателей предпочитают ад без Путина, но не хотят идти с ним в рай. Только 15% слушателей хотят в рай вместе с  Путиным.

М.Ганапольский― Я бы только обратил внимание всех на крайне осторожную, далеко-глядную позицию Нарышкина, который ничего не комментирует, который просто решил быть техническим работником. Тут все понятно, Нарышкин. Просто подумайте о себе. Нарышкин. Подумайте, журналист ли вы? Делаем паузу.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Те же в эфире. Но скажу все-таки поименно – душа программы Светлана Ростовцева, звукорежиссер, и  конечно, душа ее  болит, потому что в программе Соломин, за свободу и демократию.

А.Соломин― За либерализм.

М.Ганапольский― И очень странный персонаж  — такой наш Скабеев, Алексей, — вот такой Нарышкин. Вот посчитайте, сколько он скажет.

А.Нарышкин― Надо слова конвертировать потом в зарплату.

М.Ганапольский― Знаете, что он делает? Он говорит: а я буду объявлять вопросы.

А.Нарышкин― Я занял эту нишу, имею право. Разумеется, у каждого из нас придет тот самый час — я надеюсь, вы окажетесь все-таки в раю с Путиным.

М.Ганапольский― Нет, грешен.

А.Нарышкин― Буду ходатайствовать за вас.

М.Ганапольский― Ты в аду будешь кипеть в самой большой кастрюле.

А.Нарышкин― А когда люди побегут от путинского рая в ад, я буду держать дверь, чтобы вы не попали.

А.Соломин― Вот будет засада, если после смерти нет ничего вообще. Вот тогда все наколемся.

А.Нарышкин― Путин просто так не стал бы про рай говорить. Он знает.

М.Ганапольский― Путин, если ему точно СК  и Служба внешней разведки не сообщили… хотя они уже и там спалились. Давайте следующую тему – «Герой недели».

А.Соломин― У нас сегодня два героя, оба неоднозначные, может, не все нас поддержат, можете кидать в нас камни, но мы свой выбор уже сделали. Первый герой – Реджеп Тайип Эрдоган, президент Турции. Героем стал абсолютно случайно — с пылу-с жару, видимо, в  силу того, что саудовские власти являются его непосредственным врагом, он стал вдруг заботиться судьбой саудовского подданного, Хашоги, которого, по сведениям турецких спецслужб, убили в консульстве в Стамбуле, расчленили и прячут где-то тело – может, тела уже и не существует никакого.

Реджеп Тайип Эрдоган официально занял позицию и обвинил саудовские власти в содеянном. Саудовские власти сейчас признают это и говорят, что это стечение нелепых обстоятельств, которое было усилено превышением должностных полномочий отдельно взятых лиц, которые будут арестованы и будут страдать в тюрьме.

Так вот единственный плюс того, что в мире существуют враги, — они коллективно подлость прятать не будут. Они будут тыкать в  проблемы друг друга, чтобы получить какую-то свою выгоду. И  «геройство» Эрдогана исключительно в этом – он  не стал скрывать подлость. Хуже нет позиции «мы постоим в сторонке и помолчим», — когда эта подлость совершается.

А это, к  сожалению, позиция Москвы, которая не вмешивается, как известно, в дела других государств. Она правильная, но до поры – до времени. Дело в том, что убийство человека таким образом и способом это всегда подлость. Вот и все, что я хотел сказать.

М.Ганапольский― Хотел дополнительную информацию вам сказать.

А.Нарышкин― Прощу прощения — просто мы в этой теме голосование не объявляем, поэтому я  отмолчусь, с  вашего разрешения.

М.Ганапольский― Очень интересную информацию опубликовал телеканал «Дождь» — это чисто российские реалии – помните «Нас там нет», потом «мы там были, но  не в это время», потом «это не мы», и  так далее. Короче говоря: в  Эр-Рияде рассказали «О непреднамеренном удушении Хашоги». И дальше они рассказывают, как они с ним разговаривали – оказывается, они прилетели убедить его, чтобы он вернулся в Саудовскую Аравию, а он им  стал говорить: «вы что, хотите меня похитить?» — они решили его припугнуть — 15 человек приехало «убеждать», которые арестованы. Плюс три работника посольства.

И дальше: «Когда Хашоги повысил голос, опергруппа запаниковала» — 15 человек «запаниковали». Они набросились на него, чтобы удержать, чего удержать, кого удержать? Он же был в комнате.

А.Соломин― Может быть, вспылил?

М.Ганапольский― И дальше: «Один из оперативников применил удушающий захват, чтобы не дать Хашоги кричать, но перестарался и журналист задохнулся». И главная фраза: Чиновник заявил, что это не было намеренным убийством». Если вы поместите кого-то в возрасте Джемаля в это положение, он с высокой вероятностью умрет. Короче говоря, «нас там нет, мы там есть, но это не мы», и так далее.

Путин  — вечен. Школа Путина живет и побеждает. Так что все очень хорошо. И мне кается, что действительно Эрдоган, враг он, или не враг, — пусть у  Путина больше будет врагов для того, чтобы они рассказывали, что творится в России. А у Порошенко, например, пусть будет больше врагов, чтобы рассказывали, что творится в Украине. И у всех должны быть враги, чтобы они рассказывали. Поэтому в данном случае я согласен, что Эрдоган – «герой».

А.Нарышкин― Тогда идем дальше — Владимир Мединский, министр культуры проявил настоящую мудрость, отвечая на вопрос о том, как поступить с фильмом, который еще находится в производстве – фильм «Праздник» режиссера Алексея Красовского, где рассказывается о блокаде жителей Ленинграда – это такая болезненная тема, мы помним, как в свое время серьезно пострадал телеканал «Дождь» от этого.

Так вот Мединский на вопрос, можно ли снимать комедию о блокаде Ленинграда сказал, что это вопрос абстрактный, и нужно будет сначала посмотреть все-таки фильм, пусть режиссер и съемочная группа доделают свое дело до  конца, а потом уже комиссия посмотрит фильм и примет решение, можно ему выдавать прокатное удостоверение. Хорошо, что чиновник с такой репутацией не рубит с плеча, а призывает все-таки дождаться  — как у нас Путин любит говорить – дождаться выводов следствия. Или хотя бы окончания съемок картины.

М.Ганапольский: Обосрался Золотов? Обосрался, конечно. Кроме того, Навальный ответил сюжетом образцово-показательным

А.Соломин― По поводу фильма «Праздник» известно довольно мало, но кто-то уже успел произнести «черная комедия» и  «блокада», поставив рядом два слова. И начался процесс,  — я однажды видел, как кастрируют хряка.

А.Нарышкин― Что?

А.Соломин― Он визжал так – я в жизни такого никогда не слышал. И вот  визжание «скрепоносцев» началось из-за того, что кто-то рассказал о фильме – не знаю, может, сам режиссер эту глупость сотворил, употребив слова «черная комедия» и «блокада» рядом, нельзя так делать Я и сам не пойду смотреть фильм о блокаде, если над блокадниками будут ржать. Я выйду из зала, если увижу, что в фильме такое происходит.

Но подождите секундочку – как относиться к тому, — как выясняется из интервью режиссера Красовского, — что смеются над теми, кто во время блокады жрал от пуза? Вот мне к этим людям как, со скорбью относиться? Или что мне к ним испытывать? Если фильм высмеивает таких людей, которые в центре трагедии находят в себе силы и совесть жрать от пуза? Я не знаю, о чем реально фильм. Но мне бы хотелось все-таки вынести суждение по тому, что в нем происходит.

Потому что по  поводу фильма «Смерть Сталина» тоже кричали, что это издевательство над трагедией, над репрессиями, над репрессированными. И  я думал,  — действительно, как эти британцы-сволочи…

А.Нарышкин― Нарышкин с Соломиным сходили на фильм и могут подтвердить, что фильм безобидный и веселый.

А.Соломин― И позиция министерства культуры в данном случае – О, чудо, — она единственно-разумная: ребята, давайте сначала они это сделают, а  потом мы скажем, это сволочизм, или это просто комедия, где люди смеются реально над…

М.Ганапольский― Угу…

А.Соломин― Я не могу просто. Все, позиция моя проста: над блокадниками смеяться нельзя, — ну, я бы не стал. Вы смейтесь над кем хотите – я либерал, — я  просто с вами не буду рядышком, не буду вас поддерживать.

А.Нарышкин― Над ингушами тоже нельзя смеяться и над чеченцами тоже – на всякий случай.

А.Соломин― Нет, делайте, что хотите. Если вы будете смеяться – кстати, не только над блокадниками. Слушайте, Сталинград вообще в труху стерли. Короче…

А.Нарышкин― Про Вторую мировую можно снимать комедии?

А.Соломин― Можно. Делайте, что хотите. Если мне покажется, что перегнули палку, я вам об этом скажу, или дам понять. Хочу спросить у слушателей, можно ли  снимать комедию о блокаде Петербурга-Ленинграда. Если можно  — 660-06-64, если нет — 660-06-65.

М.Ганапольский― Черную комедию.

А.Нарышкин― Я все эти дни думаю об одном-единственном фильме, тоже про Вторую мировую войну, Тарантино – «Бесславные ублюдки». Он же снял этот фильм, фильм ржачный, фильм, где, по-моему, американские разведчики-евреи вытворяют дичайшие выкрутасы с солдатами-немцами, Но сняли же, и никто не вонял. Почему на Западе такой фильм можно снимать, и даже здесь его примут. А тут даже в принципе нельзя прикоснуться к этой теме: «Нет, сакрально».

М.Ганапольский― Коротко на эту тему – действительно необратимые процессы в России происходят с двумя людьми – с Путиным…

А.Нарышкин― И с Соломиным.

М.Ганапольский― Да, и с Соломиным. Дело в том, что великий либерал Соломин сейчас сказал такую вещь — это не  анекдот. Типа: убивают россиянина, говорят: сейчас будем тебя четвертовать. Он  говорит: А это больно? – Ну конечно, живого будем резать, как Хашоги. Он: А ест альтернатива?  — Альтернатива – застрелить тебя из пистолета, ничего не  почувствуешь. Он: Ну, давайте, стреляйте. А когда уже пистолет наставили, он спрашивает: А за что, собственно? – но уже поздно, выстрелили.

Дорогой Соломин, ты говоришь чудовищную вещь, и хочу тебе напомнить: вот эти вот чуваки типа Мединского, вот эти пустышки, они не имеют права вообще издавать какие-то реляции, просматривать какие-то фильмы — могут только те фильмы краем глаза смотреть, хотя тоже сомнительно. Потому что они читали сценарий и его утверждали, — где есть государственное финансирование.

Я не знаю, есть ли в этом фильме госфинансирование. Или нет, — в любом правовом государстве есть только один механизм, как совместить свободу слова и здравый смысл, и возмущение граждан. Он называется суд. Поэтому, когда ты сказал, что Мединский абсолютно прав — что такое? Мединский прав, потому что призвал не ругать фильм, пока комиссия его не посмотрит? Это что за комиссия. Создатель? Что это за комиссия, кто они, эти люди? Кто они, эти холопы, которые назначили друг друга судить о художественном произведении?

Люди вольны в свободной стране делать все, что угодно. Не нравится – обращайтесь в суд. И самое интересно, что в России это делают. И в Украине это делают – идут в  суд: «нас это оскорбило». И судья, почесывая задницу  — и телефон не звонит, это не самое важное дело, Путин не на связи – он выносит решение.

Окстись, проснись, Соломин – кто этот медынский? Кто он? Кто эти люди, что они создали, кроме знаменитых книг, как Запад уничтожает Россию? Со  Стариковым. Кто они, эти люди?

Напоминаю тебе – проснись, пожалуйста  — Путин входит в тебя. Ненормальные вещи тебе кажутся нормальными, Путин овладевает тобой, Соломин. Не надо. Не пускай его в себя, а то придется изгонять дьявола, который будет в раю.

А.Соломин― Я действительно сейчас сказал одну глупость.

М.Ганапольский― Если бы одну…

А.Соломин― Потому что не совсем внимательно прочитал новость, основанную на интервью Красовского. Поскольку фильма нет, и мы обсуждаем еще только то, что даже не  смонтировали, я из этой новости понял, что сюжет вообще перенесен в том же  городе, но в другое время. Это оказалось не так, все-таки речь идет о блокадном Ленинграде. Почему у нас в вопросе Петербург-Ленинград – из-за моей глупости, потому что я подумал, что фильм снимается о какой-то другой блокаде.

М.Ганапольский― Какое это имеет значение?

А.Соломин― Я извиняюсь перед слушателями, которых я ввел в заблуждение.

М.Ганапольский― Да, пожалуйста. Это пожалуйста.

А.Соломин― Но ни на йоту смысл сказанного выше это не  меняет.

М.Ганапольский― Ну да. И какой результат голосования?

А.Соломин― 54% слушателей считают, что можно снимать черную комедию о блокаде Ленинграда. 36% считают, что нельзя.

М.Ганапольский― Вот видишь. Может, тебя поменять на слушателей?

А.Соломин― А я так же высказался.

М.Ганапольский: Про человека такое рассказывают, как он наживается на солдатах. И никому не интересно

М.Ганапольский― Хорошо, идем дальше  — «Редиска недели».

А.Нарышкин― Вы полегче с Соломиным, а то он  уже нервно реагирует, пугается. Дайте ему спокойно досидеть оставшиеся 10 минут.

М.Ганапольский― Досиживать он  будет в другом месте поэтому, пожалуйста, просил бы тебя.

А.Соломин― «Все псы попадут в рай» — это я о себе.

А.Нарышкин― Генерала Золотова на этой неделе обвиняют в том, что он слился – помните его вызов Навального на дуэль? Навальный-то вышел, записал видеообращение: давай-ка, Золотов, пойдем с тобой не на татами, а выступим в теледебатах. И как-то слился, скурвился. Были после этого комментарии самого Золотова, он сказал, что и в суде надо было бы выяснить.

А.Соломин― А почему «слился, скурвился»?

А.Нарышкин― А как – не слился? Такой крутой был, человек сидел в погонах, у него награды.

М.Ганапольский― Слился в политическом смысле. Хотел напомнить очень хороший анализ этого странного поединка между Золотовым и Навальным в  передаче Павловского «Персонально ваш». Он там высказал абсолютно здравую мысль: когда ты находишься в таком положении как Золотов, когда над тобой Путин, но  ты хочешь защищаться и  вот ты Путину говоришь: на меня наезжают, могу я ответить? И Путин, например, говорит: Ну, ответь,  — и идет дальше по коридору, как Штирлиц. То ты, если ты не пендюк и не болван, должен подумать: вот ты ответил, — а вдруг тебе ответят? Вдруг, прослушав твой ответ — вот то первое заявление, которое сделал Золотов — а вдруг Навальный от ужаса и страха не умрет? А вдруг он выживет? Может ведь и такое случиться. А вдруг он, еще не дай бог, выйдет из тюрьмы, отсидев 50 суток?

А.Соломин― Не просчитали.

М.Ганапольский― А вдруг после этого он еще и ответит? Вот Павловский там говорит о том, что был продуман, как и полагается, только  первый шаг – вот этот высер, который сделал г-н Золотов. А больше ничего продумано не было. И дальше была беспомощная фраза «мне это не подходит, буль-буль-бульк», — и все.

Поэтому – ну, обосрался Золотов? Обосрался, конечно. Кроме того, — как ответил Навальный, извините? Навальный ответил сюжетом образцово-показательным,  — кто-то сказал, что этот сюжет нужно изучать в школах журналистики, потому что это совершенно блистательная история, такое еще раз подтверждение такого  — ну, жулика с ног до головы. И  я с волнением жду, как там кокарда натирается ваксой, одеваются новые погоны, орденские плавки  — вот эти вот всякие. Золотов же должен что-то ответить? Потому что это же опять — Навальный же тупой, он опять показывает: опять капусту покупал не по той цене, опят домик, записанные на  маму, опять дачка, опять, опять, опять – ну, наверное, опять вызовет на дуэль.

А.Соломин― На самом деле есть одна неприятная для Навального история. Потому что вам всем кажется, что Золотов попал в капкан и  теперь Навальный от него не отстанет. На самом деле в капкан попал Навальный. Не знаю, сознательно ли его подставили, или глава Росгвардии случайно его соорудил.

Дело в том, что в Кремле действует кастовая система. Она вообще в головах у многих из  того периода. Потому что есть «никто» и есть «власть имущие». Власть имущие делятся на категории, подкатегории, уровни, подуровни – если ты губернатор и министр, то ты ходишь к президенту на  доклад, а он к тебе приезжает на инспекцию.

Так вот Кремль всю дорогу пытается нам доказать, что Навальный не уровень Путина, что изначально к нему относились как к  Моське, лающей на  Слона, а потом убедились, что для Моськи слишком много у Навального поддержки и  согласились на компромисс – кстати, компромисс тяжелый для Кремля: вот  тебе, Навальный, Усманов, вот  тебе. Навальный, Золотов, — ну, хорошо, Медведев – о,кей. И это не «никто», это действительно уважаемые высокопоставленные люди.

Но не президент. Президент он как бы над тобой. Кремль нам все время пытается сказать, что президент он взирает на тебя, как на возлюбленное сове стадо.

М.Ганапольский― Солнце, извини – посмотри на часы.

А.Соломин― Это, кстати, не оскорбление, а  цитата из Библии. Но с поры президентской кампании Навальный то воюет с  Собчак, то воюет теперь с Золотовым – он схватил этот капкан и слез с президента, против которого он выходил. И в этом, мне кажется, и есть засада, в которую он угодил. Результаты голосования про суд?

М.Ганапольский― Он уже забыл, о чем мы говорим. Такой токующий глухарь – он ничего не слышит, говорит, и все. Соломин, ты прекрасен, я тебя люблю.

А.Соломин― Где лучше в России выяснить отношения — если на татами — 660-06-64, если в суде — 660-06-65.

А.Нарышкин― Мы говорим о российском суде.

М.Ганапольский― Хочу сказать, что конечно, это совершенно невероятная история. Это же не первый раз, когда Навальный рассказывает о  них, какие они чудовища, а крышует все Путин. Вот эта вот вся стая сбивается в стаю, хозяин стаи говорит, — и никому даже в голову не приходит, — ведь после этого дела, хотя бы ради для формы, СК должен начать какое-то расследование, налоговые органы, что-нибудь, — да вы что? Все обосрались и сидят с мокрыми штанами и молчат.

Вообще это удивительно — страна сгнила. Про человека такое рассказывают, как он наживается на солдатах. Ну да, это личная Путинская Росгвардия, но это все равно военнослужащие, солдаты – на них наживается этот упырь. Это в изложении Навального – что этот человек упырь, и он на них наживается. И, — прекрасно, лепота, — никому не нужно, никому не интересно.

Это говорит и о гражданах, и о власти, и о прекрасной Госдуме, где есть Комитет по законодательству. Короче говоря, все, как надо – это совершенно поразительно.

А.Нарышкин― И голосование закончилось. Надо выяснять отношения в суде — 60%, и 40%  — на татами. Спасибо всем огромное.

М.Ганапольский― Спасибо вам. Обращаю ваше внимание на абсолютно деструктивную роль Нарышкина в  сегодняшней программе и абсолютного певца, акына, который без зурны…

А.Соломин― И без зубов.

М.Ганапольский― Без зурны и без балалайки сегодня много чего рассказывал. И  Ганапольский был из  Киева и  Светлана Ростовцева вертела ручки и смотрела любовными глазами на Соломина, к которому она неравнодушна, впрочем, как и к Нарышкину, хотя на самом деле она любит только меня. До свидания, до встречи через неделю.

echo.msk.ru

Матвей Ганапольский — Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева — Эхо Москвы, 23.09.2018

М.Ганапольский― Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Начинается еженедельная программа «Итоги недели без Евгения Киселева». Нарышкин, Соломин Ганапольский

А.Нарышкин― Добрый вечер.

А.Соломин― Здравствуйте.

М.Ганапольский― Ну, вот я вернулся из отпуска.

А.Нарышкин― Отрадно.

М.Ганапольский― Как вы тут без меня?

А.Нарышкин― Очень хорошо. Жизнь просто начала бурлить. Когда критикуют Россию — стагнация, болото, — на самом деле у нас просто раньше темы подбирались. Пока вас не было, мы прочувствовали с Соломиным, что Россия встает с  колен. И политическая жизнь встает с колен, и люди радуются.

М.Ганапольский― Соломин, у  тебя есть градусник?

А.Нарышкин― Какой? Градусник у него есть, даже несколько. Куда вставлять будем, где будем мерить?

М.Ганапольский― Это как раз в процессе передачи мы выясним. Сразу могу сказать, что у  меня появляется интересный собеседник — это ты. Правда, я не замерил температуру у Соломина, но, по-моему, у Соломина был такой академический отпуск, поэтому он  просто увидел жизнь. Ты знаешь, что он ходил в народ? Ты совершенно не знаешь, куда он  ходил, а он ходил в  народ, как великий русский писатель, о  которых говорит Дмитрий Быков – он все время ходил в народ.

А.Соломин― Быков никогда не скажет обо мне.

М.Ганапольский― Как другие писатели. Это я был первый раз в жизни в Египте, нырял с  маской схватил какую-то рыбку.

А.Нарышкин― Уже пошли по наклонной, в общем.

М.Ганапольский― Да, по наклонной, в воду, вниз. А ты интеллектуально проводил отпуск, я тебе завидую. Почему мы сейчас наблюдаем болезненные явления у Нарышкина?

А.Нарышкин― Я просто пытаюсь балансировать – интеллект это не про меня, но и рыбку я не готов ловить.

М.Ганапольский― Кстати, хочу открыть секрет – почему все это сейчас случилось, вот эти страшные события, эти слова Нарышкина. Открою секрет – у меня с ним был разговор. Спрашиваю: Ты в отпуск когда? Он: Не знаю. Спрашиваю: А когда был? Он: Я не помню. Это страшная история.

А.Нарышкин― Деменция просто.

М.Ганапольский― И вот эта деменция, юношеская и старческая, и будут проявляться в наших рубриках. Напоминаю, что это передача, которая итожит события недели, апофеозом в каждой рубрике является ваше голосование, потому что черти, что вы у нас голосуете, даже трудно предположить, как парадоксально. Давайте начнем с  событий – они были. «Событие недели».

А.Соломин― Два события. Первое событие трагическое – гибель 15 военных в самолёте Ил-20, который был сбит сирийской ракетой из  комплекса С-200, атаковавший в это время израильские бомбардировщики, работавшие в зоне сирийской территории. Всю неделю разбирались, кто виноватее – Израиль или Сирия. Прогосударственные люди, комментаторы, чиновники и пользователи социальных сетей твердо стоят на том, что Израиль виноват и разве что к еврейским погромам не призывают. Другая часть комментаторов убеждена в том, что если ракета была сирийской, значит, виновата Сирия и кровожадный Башар Асад.

А  я считаю, что в этой истории необходимо вычленить третий элемент. И объясню, почему

М.Ганапольский― То есть, не пятый элемент, как в известном фильме?

А.Соломин― Нет, третий. Напомню трагическую историю, которая до сих пор тянется за  Россией и Россия еще долго с ней не расстанется – это сбитый над Украиной малазийский «Боинг». Тогда тоже часть комментаторов, даже убежденных в том, что это сделали донбасские сепаратисты, оценивали степень вины Украины – ведь Украина же знала, и это действительно так, – знала за полчаса до того, как был сбит «Боинг», украинские силовики выступили с пресс-конференцией, что у боевиков есть оружие, способное сбивать самолеты на эшелоне. Я тоже считаю, что это несоизмеримо, но часть вины Украины в этом есть. Она могла принять меры, она по каким-то причинам не приняла меры, трагедии не удалось избежать. Халатность это тоже преступление.

М.Ганапольский: Жуткое оцепенение в  России. Забирают детей, ведут войну, Путин ее уже 140 раз объявлял законченной

Так вот третий элемент в этой истории – это действия России. Мне кажется, что ответственность России за эту трагедию тоже есть. Если разбираться с  аспектами этой трагедии, то выясняется, что оказывается, комплексы С-200, которые поставлялись Сирии, которыми управляют сирийцы – хорошо управляют, или плохо, другой вопрос – они не  оборудованы системой «свой-чужой». То есть, сирийская ракета не знает, что влетающий в зону аэропорта российский самолет это цель, которую нельзя сбивать.

Хорошо, экспортная продукция – как объясняют военные – не сопровождается этой системой, туда эти системы не ставятся. Но вы поставляете продукцию Сирии и пускаете туда военные самолёт, участвуете в  военном конфликте, это зона, где идет война. И каждый раз ваши самолеты, оказывается, находятся в смертельной опасности – они рискуют.

Мне говорят о том, что у евреев мощные радары, они не могли не видеть российский самолет. А сирийские силы не могли не видеть российский самолет? А  российские силы на базе Хмеймим — они не могли не видеть российский самолет? Они следили за российским самолетом, он был у них на радарах. Почему не было сигнала о том, что начинается какая-то заварушка, почему в принципе эта заварушка не срала причиной того, что самолет российский Ил-20 с курса? Куда смотрели российские специалисты?

Это несоизмеримая ответственность, согласен, и пусть еще комментаторы выясняют, кто там, Израиль или Сирия в большей степени виноваты. Но это тоже ответственность и это та вещь, за которую тоже кто-то должен отвечать.

И последнее скажу — это обидно и печально  — то, что произшло. Но еще и страшно за то, что может произойти. Если над территорией Сирии, в  35 километрах от побережья, на Средиземном море могут сбивать самолет, комплекс С-20, — я посмотрел в Википедии – зона действия в высоту 27 километров, дальность — 200 километров. А, например, пассажирский самолет «Москва-Тель-Авив» летит на высоте 10 километров в 150-200 километрах от побережья Сирии.

То есть, получается, что у нас идет война, у нас действуют ракеты, которые могут сбивать пассажирские самолеты и до сих пор никто ничего не сделал, никто даже не задумался о том, в какой опасности находится авиасообщение в этом месте. И здесь, мне кажется, нужно бить в набат и тут же  поставить вопрос о безопасности авиасообщения в принципе, — этим нужно заниматься.

А.Нарышкин― Вот скажите, Матвей, вы же скучали все эти недели по таким пламенным речам, вам этого не хватало, пока вы были где-то там на дне вместе с рыбкой.

М.Ганапольский― Сказать, что «звезда в шоке» — это ничего не  сказать.

А.Соломин― Соломин, обрати внимание – ему даже нечем крыть.

М.Ганапольский― Конечно, мы сейчас видели мудрое по содержанию и абсолютно доходчивое по форме, раскрашенное, эмоциональное Соломина.

А.Нарышкин― Взвешенное.

М.Ганапольский― Соломин, браво, я восхищен тобой, И  странна была только  антироссийская улыбка Нарышкина в  середине твоего монолога, он снижал градус.

А.Соломин― Пафос.

М.Ганапольский― Это не пафос – без дураков, я не смеюсь. Каждое слово. Которое ты сказал,  — правда, ты не сказал самое главное слово, «заветное», как у  Гайдара  — ты  его не сказал, хотя ты его знал. А в принципе все, что ты говоришь, это правильно, но вторично. А первично только одно слово, одно предложение.

А.Соломин― Оно у меня было. Кажется, я угадаю. Последним пунктом – я просто о нем забыл — я хотел сказать вот, что…

М.Ганапольский― Нет, оно должно быть первым пунктом.

А.Соломин― Насколько я помню, в Сирии военная операция закончена. И военные самолёты в Сирию, по логике простого, обычного, простейшего российского гражданина, туда летать не должны. Вот это мне тоже странно – участие в военной кампании, и трагедии в этой кампании тогда, когда вроде мы с ней уже закончили.

М.Ганапольский― Вот ты сейчас правильно сказал, но я думал, ты скажешь фразу, которая начинается словами «какого хрена». Ты говоришь «мне странно».

А.Соломин― У нас с  вами разные темпераменты.

М.Ганапольский― Объявим голосование, чтобы не затягивать эту глупую тему.

А.Нарышкин― Про ответственность. Считаете ли вы, что Израиль несет хотя бы часть ответственности за сбитый российский «Ил»? Если согласны — 660-06-64, не согласны — 660-06-65.

М.Ганапольский― И мой короткий монолог. Помните, Остап говорил «Скучно, девицы». Все чаще и чаще приходится в наших воскресных программах  — мне жаль, что наша программа выходит не в день трагедии, когда можно соболезновать родственникам погибших. Такое уже было – это называлось «война во Вьетнаме», «война в Афганистане». И если брать войну во Вьетнаме, то сначала американское общество, оболваненное, покорно считало, что эта война нужна, но постепенно, по сути, очередной президент США был вынужден прекратить эту войну. Потому что американцы стали задавать вопросы.

Посмотрите любую статью на нашем сайте по этому поводу — половина статей, или три четверти, посвящены вопросу, кто стрелял, как попали. И это то, чем занимается Соломин – у  кого какая доля ответственности.

М.Ганапольский: Спасибо большое Путину, что это не было обсуждением бросить атомную бомбу на Тель-Авив

А самом деле все это фигня. Это все уродство этой власти и «хотелка» г-на Путина, чтобы там гибли наши солдаты. Но, к  сожалению, как в Афганистане тупо гибли, и только пришедшая новая власть, наконец, закончила войну, и здесь. Поэтому простой вопрос: к  чему мы там воюем? Почему Россия там воюет? Что она там делает?

Я слушал страшный опрос «Радио Свобода» на улице: «Как вы относитесь?» — «Ну, раз послали, значит, надо». «Наверное, надо».

А.Нарышкин― Изображаете типичного представителя русского народа?

М.Ганапольский― Я ничего не изображаю. Я изображаю уродские мнения. И потом, в телешоу, рассказывают про Бабченко, который «мало соболезнует», не так соболезнует.

Знаете, несчастье не в этом погибшем самолёте, хотя это несчастье для тех несчастных, погибших наших военнослужащих. Несчастье оцепенения. Жуткое оцепенение охватило Россию. У вас забирают детей, ведут войну, которую Путин уже 140 раз объявлял законченной. А все продолжается. Вот это самая ужасная история.

И вот политический итог: сейчас сбили этот самолет. Ну, это же война, обязательно собьют еще какой-то. И опять мы будем выяснять, у кого часть вины. Блин, какая часть вина? Есть вина на одном человеке.

А.Соломин― Хочу поспорить.

А.Нарышкин― Я тоже хотел, но ты споришь лучше.

М.Ганапольский― С чем вы собираетесь спорить? В том, что 140 раз было объявлено, что эта война закончена, или ты мне хочешь объяснить, для чего мы там воюем?

А.Соломин― Я здесь не согласен с  фразой по поводу Путинской «хотелки» — чтобы там гибли наши солдаты. Во-первых, я  с ней не согласен.

М.Ганапольский― Нет, он не хочет, чтобы гибли солдаты.

А.Соломин― Это следовало из вашей фразы.

М.Ганапольский― Ему нужно – если нет победы в Украине, значит, нужна победа хоть где-то. Нужно испытывать новое оружие – правильно? Нужно отмывать какие-то бабки.

А.Соломин― А  во-вторых я хочу неожиданно, вдруг заступиться за г-на Путина.

М.Ганапольский― Давай.

А.Соломин― Дело в том, что в рамках этой истории, во всяком случае, президент Путин, по-моему, единственный, кто выступил с позиции прагматизма. Когда Минобороны заявляет о том, что виноват Израиль, что у нас будет ответ и все ждут, что это будет за ответ – то ли рейсы отменят, то ли фрукты израильские, выходит Путин и говорит, что нашим ответом будет усиление безопасности. Это единственный человек, который сказал в таком духе.

М.Ганапольский― То есть, он сказал: ну, ладно, попробую исправить свою ошибку. Правильно?

А.Соломин― На повестке дня была тема повышения безопасности российских военнослужащих в Сирии после катастрофы российского Ил-20. Не придумывание того, что мы можем разбомбить у Израиля и так, чтобы нам за это ничего не было, или что мы можем запретить так, чтобы наш Воронеж не страдал наконец-то, а  заниматься теми вопросами, о которых я  сказал – думать о безопасности.

М.Ганапольский― Соломин, ты понял, что ты сейчас сказал?

А.Соломин― Я понял.

М.Ганапольский― То есть, там совещание было не  с единственным вопросом – как в течение двух суток вывести российские войска, чтобы вообще не гибли, а  тебе объявили, а ты как лошара и не понял – тебе сказали, что войска там будут навсегда, потому что будут увеличивать их безопасность. Ты понял, как тебя кинули, или нет?

А.Соломин― Нет.

М.Ганапольский― Давай, восхищайся, Соломин.

А.Соломин― Вообще не об этом речь. Речь о том, что выбор был между первым – ответом Израилю и вторым – повышению безопасности. Слава богу, что обсуждали именно это.

М.Ганапольский― Ну да. Спасибо большое Путину, что это не было обсуждением бросить атомную бомбу на Тель-Авив.

А.Нарышкин― Итоги голосования — 13% слушателей считают, что Израиль несет хотя бы часть ответственности за сбитый Ил. И  87% полагают, что Израиль вообще никоим образом не причастен к этой трагедии.

А дальше у нас еще одно событие – выборы. История затянувшаяся — с  9 числа мы наблюдаем за несколькими регионами, где не смогли определиться в первом туре с новыми главами регионов. Мы знаем, что сегодня в Хабаровском крае лидирует ЛДПРовец, знаем, что в Приморье возникли проблемы и будут уже третьи выборы, третий тур. Во  Владимирской области подведут итоги голосования .а в Хакасии действующий губернатор, «единоросс», сказал, что не будет там баллотироваться — там будет новый тур выборов, но между представителями парламентской оппозиции.

То есть, «Единая Россия» теряет свои позиции. И с одной стороны, это хорошо. Если не мнить себя каким-то политическим экспертом и гурманом, можно подумать, что  — вот, смотрите, настоящая демократия, честные выборы: как только в  прозрачности выборов в Приморье засомневались, сразу тут Элла Памфилова заступается, говорит «давайте все отменять, все это было нечестно».

С одной стороны, ты радуешься – ну, не помню я, может быть, когда я был маленьким, в  90-е, было такое. Но во время путинской России такой конкуренции не было, не было такой борьбы за власть в регионах. Хотя, может быть Урлашов, мэр Ярославля и Ройзман, мэр Екатеринбурга. Но это такие точечные истории, а сейчас это несколько регионов.

С одной стороны, хочется порадоваться, с другой стороны, закрадываются какие-то смутные опасения. Ну, КПРФ и ЛДПР  — те партии, которые вроде бы себя противопоставляют «Единой России» – но разве это на самом деле оппозиция? И сейчас много об этом говорят – например, случай с Хабаровским краем – наверняка Жириновский договорился кулуарно в Кремле: черт с вами, ладно, возьмите себе этот регион. Так же, как сделали в Смоленской области – там тоже губернатор  — представитель ЛДПР. И Зюганов договорился.

В общем, двоякое у меня ощущение, честно говоря, не знаю, радоваться или нет. Запустим голосование: считаете ли вы, что в России, наконец, появилась политическая конкуренция? «Да, это именно  оно»  — 660-06-64, «нет», конкуренции политической по-прежнему не существует — 660-06-65. Кому мяч, кому пас?

А.Соломин― Давайте я.

М.Ганапольский― Соломину традиционно, потому что Соломин уже бесконечно играет со мной игру, что за ним последнее слово.

М.Ганапольский: Американское оболваненное общество покорно считало, что война во Вьетнаме нужна, а президент прекратил

А.Соломин― Ни в коем случае, я буду за собой следить.

А.Нарышкин― Это вы его вырастили, кстати.

М.Ганапольский― Да, мое порождение.

А.Соломин― Хотел только сказать, что случай в Приморье, при всей эффектности этой истории — с отменой выборов, с тем, что мы увидели нарушения. Я  в этом увидел только какой-то дичайший спектакль, если честно. Потому что если человек до определенного момента идет победителем, зафиксированы все голоса, люди уже пришли и проголосовали – наверное, надо разбираться в таком случае с оставшейся частью, когда появились вбросы – у  вас же все зафиксировано. Ну, отмените тогда результаты выборов на тех участках, где зафиксировали вбросы. Зачем устраивать новые выборы?

Потому что все это выглядит как «чего-то наш кандидат не срабатывает, давайте дадим ему три месяца, чтобы он людей подзадорил, устроил что-то такое. Вот еще три месяца они к нему привыкнут, а потом и выберут» — выглядит это так.

А.Нарышкин― Сделаем паузу, а  потом Ганапольский выйдет на ринг.

М.Ганапольский― Никаких рингов – на пенсию готовится Ганапольский выйти. Не путай, это пенсионный ринг. Слушаем новости?

А.Нарышкин― Новости, перерыв.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. Те же в  Киеве и  Москве – везде.

А.Нарышкин― Всюду.

М.Ганапольский― будем касаться этой чудесной статьи, которую вы  прочитали в паузе?

А.Соломин― Специально для зрителей YouTube мы  зацитировали текст Анатолия Чубайса, который отвечает комментаторам, оценивавшим фильм его супруги, Авдотьи Смирновой «История одного назначения» и в целом о дискуссии вокруг этого фильма  — в связи с тем, что Чубайс ее муж и  в связи с тем, что он продюсер этого фильма.

М.Ганапольский― Пусть это будет наша страничка в  «не в  фокусе».

А.Нарышкин― Или «Писк хомячков».

М.Ганапольский― Объясню тем, кто слушает нас по радио. Соломин сейчас прочитал возмущенную реплику Анатолия Чубайса, нашего великого.

А.Соломин― На сайте «Эха» она есть.

М.Ганапольский― Обратите внимание, когда будете ее читать – чем возмущается Чубайс. Это тоже интересно. Чубайс возмущается не тем, что написали люди про фильм Авдотьи Смирновой. Он возмущается тем, что люди пишут про фильм Авдотьи Смирновой. У него даже есть такая фраза: «и такая-то вдруг включилась в дискуссию». Дорогой Анатолий Чубайс, вы, конечно, великий человек, но вы потеряли тренировку полностью. Просто крыша у вас поехала. Вы не понимаете – вы живите там у себя, руководите тем, чем руководите, что должно было нас давно вывести вперед, а мы, вместо того, чтобы участвовать в этой новой межпланетной космической станции, мы от нее отказались. Я понимаю, что это к вам не относится, но дело не в этом.

Люди осмелились писать о фильме Авдотьи Смирновой – по-сути, об этом ваша реплика: «и этот включился», «и тот включился», «и тот написал, и этот». Вы что себе позволяете? Может быть, это какая-то форма пиара, чтобы больше писали?

Знаете, почему, ребята, я  на это обратил внимание? Это с ними со всеми происходит. Они просто не понимают, что такое настоящая дискуссия. Он  — великий гений Перестройки, человек, который сыграл огромную роль в Перестройке, и я ее оцениваю позитивно – то, что он  сделал, – имею право, как бы он этим ни возмущался, что я посмел про него чего-то сказать.

Тем не менее, чувак — вдумайтесь: его жена сделала фильм, он продюсер. Про фильм пишут – ругают, хвалят.

А.Нарышкин― Секунду. Может быть, вы это прослушали, потому что Соломин, как всегда, что-то невнятно бормотал здесь.

М.Ганапольский― Как обычно.

А.Нарышкин― Чубайс говорит, что многие комментаторы обсуждают не сам фильм, а  конкретно его персону.

А.Соломин― И внешность его жены.

М.Ганапольский― Об этом я и говорю. Он публичный человек. Не надо было тогда быть продюсером этого фильма. Потому что он – Чубайс. Он не неизвестной Пупкин и не Роднянский. Например, Роднянский нам известен только своей кинематографической жизнью. Никто не знает его жену, сколько у него детей, где он сейчас живет. Роднянский вдруг появляется и говорит: вот мы делаем фильм, вот я его продюсер.

Блин, Чубайс, вы забыли, кто вы? Вы чего хотите, чтобы люди сказали: нет, подождите, мы о Чубайсе не будем.

А.Нарышкин― Чубайс-чиновник это отдельно, а Чубайс-продюсер это отдельно?

М.Ганапольский― Ну да.

А.Соломин― Но это же разные дискуссии. Уровень дискуссии другой.

А.Нарышкин― Все. Матвей закрыл дискуссию о  Чубайсе.

М.Ганапольский― Я сказал то, что думаю. Теперь я перехожу к выборам. Мои дорогие ребята, это разбираться в  сортах – вот эти выборы в Хабаровске, выборы в Приморском крае. Понимаете, это мне напоминает, когда я в первый раз поехал в США — в  каком-то 1993-1996 году, — я уже не помню. Мне поменяли 200 долларов, и  мы с женой поехали в Америку. И тогда я понял, как устроена обычная, нормальная страна. Со  своими недостатками, своими достоинствами, но с нормальными выборами.

М.Ганапольский: Роднянский известен своей кинематографической жизнью. Никто не знает его жену, детей, где он живет

Вы мне предлагаете разбираться в сортах говна. Я этого делать не буду. Потому что у нас политическая передача. Соломин говорил: можно было посчитать, а можно было посчитать так. Да какое это имеет значение?

Выборы сейчас будут, и приковано к ним ежедневно внимание ток-шоу на вонючих государственных российских каналах в бандитской, бандеровской Украине. Где я, который знает тут все, не знаю, кто будет президентом. Потому что Порошенко и Тимошенко – то у него рейтинг вышел, то у нее рейтинг выше. И они идут нос к носу. То она сейчас сделала гигантскую презентацию своей экономической программы — хотя странно, если она идет в президенты, при чем тут экономика — Украина парламентско-президентская страна. То Порошенко вешает какие-то огромные билборды, на которых написано, какой он гений.

Вот это вот называется выборы – когда 46% не определилось, когда ты не знаешь, что будет завтра. Когда Путин ввел сюда Медведчука и  Медведчук появился как новый фактор украинской политики. Вот что такое выборы. Вот они. Я понял критерий выборов: это когда ты не знаешь, кто будет у тебя главой государства. Не знаешь.

А тут? Да вы все знаете.

А.Нарышкин― А мы не знаем, кто будет главой государства в  2024 году.

А.Соломин― Подожди, это другая тема.

М.Ганапольский― Может, вам сказать, кто будет?

А.Нарышкин― Расскажите, пожалуйста.

М.Ганапольский― Путин.

А.Нарышкин― Нет, он не может быть.

М.Ганапольский― Он будет Председателем Госсовета.

А.Нарышкин― Вы забыли про конституцию.

М.Ганапольский― Ты не понял меня. Ты читал Валерия Соловья о транзите власти, о том, что готовятся всякие структуры, готовится изменение конституции – не  в вопросе увеличения срока, а в обессмертивании Путина – когда он будет российским Дэн Сяопином. Ты  что, считаешь, что этот пацан оставит власть?

А.Нарышкин― А почему нет?

М.Ганапольский― как это – бросить все это дело? Надо же страну спасать от Рамзана Кадырова.

А.Нарышкин― От  израильтян.

М.Ганапольский― И от израильтян. Поэтому  — «Скучно, девицы» — как говорил Остап Бендер. Не выборы это – разные сорта говна. Можем идти дальше?

А.Нарышкин― Я  решительно не согласен. Вы думаете о  самых высоких выборах, на высшем уровне. И глава государства действительно не меняется в России – ну, ладно, меняется формально  — Путин на Медведева, Медведев на Путина.

М.Ганапольский― Деньги у кого?

А.Нарышкин― Спуститесь ниже, на уровень губернаторский. Там власть меняется  — от одной партии к другой власть переходит. Спуститесь еще на один раз –есть муниципальные депутаты, у них да, полномочий минимум.

А.Соломин― Вы будете друг друга слышать, или нет?

М.Ганапольский― Финансирование регионов в России сделано следующим образом, беспроигрышно. Для того, что будь ты хоть марсианином  — чтобы ты пришел и поцеловал мизинец у Путина. Для этого все регионы сначала отдают деньги в центр, где сидит Путин, который говорит: мне абсолютно все равно, кто ты — ЛДПР, КПРФ, «Справедливая Россия» — ты все равно ко мне придешь за деньгами. Вот так устроена российская власть.

Это федерация у нас на бумаге. А на самом деле это абсолютная вертикаль, которая называется «Путин», куда все придут. Помните пожар в «Зимней вишне»? Не успел случиться пожар в «Зимней вишне», как этот чувак, у  которого погибла вся семья, пошел в местные органы по линии «Единой России».

А.Нарышкин― В итоге он не прошел.

М.Ганапольский― Это в итоге. Но он пошел по «Единой России». «Единая Россия» угробила своей экономической, политической…

А.Нарышкин― Ну, это не правда.

А.Соломин― по-моему, мы закопались. Пойдем дальше.

М.Ганапольский― Хорошо, закопались. Короче говоря – выборов нет. Все. Идем дальше.

А.Нарышкин― 94% слушателей уверили, видимо, в том, что в  России жизнь говно и  разбираемся в сортах говна, поэтому они считают, что политической конкуренции нет, и она не появилась. 6% так не считают.

М.Ганапольский― Видишь, какие дураки? Ну, конечно, они неправы.

М.Ганапольский: Это разбираться в  сортах – вот эти выборы в Хабаровске, выборы в Приморском крае…

А.Нарышкин― Они вас наслушались.

М.Ганапольский― Вдумайся: ЛДПР побеждает. Вот ведь. Которой руководит этот урод, который кричит в парламенте, что надо бомбить соседние страны ядерным оружием. Вот это конкуренция. Едем дальше.

А.Соломин― Не успеем поговорить про секс.

М.Ганапольский― Давайте про секс.

А.Соломин― Нет, еще не про секс. «Герой недели», которого нынче выбрал Ганапольский. Чуть фактуры: заместитель министра транспорта России Алан Лушников сообщил, что планирует покинуть свой пост и заниматься музыкой. Решение будет принимать председатель правительства, понятно, но уже министр, начальник Лушникова, поддержал решение и предложил его для принятия премьер-министру.

А когда его спросили, чем он  Лушников теперь будет заниматься, после ухода с поста в Минтрансе — «буду петь», — сказал он. Оказывается, он  стоит во  главе музыкального бэнда, который называется рок-группа «Ctrlband», и будет заниматься непосредственно этой деятельностью.

М.Ганапольский― У  меня предложение. Тут нет голосования, и не надо. Просто коротко, в двух продолжениях объясню, почему для меня это герой. Я считаю, что человек должен быть счастлив. Я считаю, что человек должен понимать, что если он вдруг стал чиновником, то это не на всю жизнь, что эта короста, не дай бог, может его сожрать, если он решит быть номенклатурой и оставаться чиновником на всю жизнь. И вот этот Лушников, которого я знать не знаю, и знать не хочу, он для меня «герой» на этой неделе. Потому что у человека есть какая-то жизнь, кроме этих интриг и отчаянного желания быть в  колоде, как у всех этих сволочей, которые оккупировали страну.

Вот он  сказал: я  ухожу. Куда? Он мог сказать: заместителем. Но нет, у него есть другая страсть, еще одна страсть, которая называется музыка.

Кстати, на Украине тоже был такой человек, здесь есть «Украинские железные дороги», и в свое время, в период, когда здесь был Саакашвили и когда тут увлекались иностранцами, то взяли одного парня, который сделал идеальные железные дороги в Польше. Он руководит рок-группой. Он поработал некоторое время, после этого ему сказали, что им недовольны, и после этого он уехал, а сейчас прекрасно играет в  своей рок-группе.

Короче говоря, каждый человек должен иметь что-то еще. Для меня этот Алан Лушников нормальный человек. Вот почему я его сделал «героем» — потому что в России нет нормальных людей.

А.Соломин― Теперь перейдем к «Редиске недели». Еще один крик души, если честно, потому что меня это очень возмутило, хотя, вроде бы, «ну и что?». Валентина Матвиенко заявила на встреч с главой ПАСЕ Лилиан Мори Паскье о том, что в России зреет решение выйти из Совета Европы.

То есть Валентина Матвиенко у нас «редиска недели». Я лично принял такое решение, рекомендовал его для принятия всеми – исключительно не потому, что честно я устал от этого какого-то непонятного изоляционистского постоянного настроения в России. Хватит уже, честное слово, уже людям это не нравится, люди хотят жить в открытом мире, хотят ездить в другие страны.

М.Ганапольский― Кто это тебе сказал, что люди хотят? Кто тебе сказал?

А.Соломин― Потому что я знаю, я  среди них живу.

М.Ганапольский― Что ты знаешь? Люди проголосовали за  изоляционизм.

А.Нарышкин― Не  кричи на  Матвея.

М.Ганапольский― Не дури голову – люди проголосовали за Путина, 76%.

А.Соломин― Выпустите меня. Я не хочу жить в тюрьме. А учитывая, что мы живем в Москве…

А.Нарышкин― Не хочешь — вали из страны.

А.Соломин― Не хочу жить в стране, где бьют и насилуют шампанским. Мне такая перспектива не нравится. Я против того, чтобы…

М.Ганапольский― Вали, чувак.

А.Соломин― Куда? У меня нет возможности никуда сбежать. Нет у  меня ни денег, ни жилья, ни собственности, ни гражданства – ничего. Я здесь заперт вместе с вами,  — ну, не с вами, а  со всеми. И мне еще говорят — пошла она в жопу, эта Европа, будет у вас все свое.

А.Нарышкин― Хочу обратиться к нашим референтам – Соломину санитаров позовите, пожалуйста.

А.Соломин― Отвратительная история. Я очень разозлился.

М.Ганапольский― К Соломину надо позвать Матвиенко по одной простой причине – Соломин прав в своем возмущении. Потому что Матвиенко – ну, вполне понятно, почему она это говорит, — потому что действительно страна идет в изоляционизм. Я слушал одну из передач, то ли на «Свободе», то ли на «Эхе» — лучше не скажешь. Там было сказано, что Путин уже понимает, что он изгой. Он понимает, что ничего в течение этих шести лет не будет – Крым он отдавать не будет, Донбасс не будет отдавать, поэтому можно делать все, что угодно.

Почему идет разговор о выходе из этих структур? Да для того, чтобы эти структуры не  компостировали мозги великому Путину. Ну, зачем Путину это надо? Зачем ему это надо? Выйти оттуда, да и все.

Скоро процедуру с  долларами сделают – вы  знаете, — то тот скажет, что надо долларовые вклады перевести. Сколько россияне увели? Миллиард 200 миллионов за этот год? То есть, россияне такие: «Путина любим, — дай поцелую», а  сами выводят доллары из  страны. Вот миллиард 200 миллионов взяли и вывели.

А.Нарышкин― Ну и что. Рубли-то не вывели никуда?

М.Ганапольский― Я говорю о долларовых вкладах. Потому что все прекрасно понимают, к  чему идет разговор. Разговор идет к  СССР – что доллары нельзя, что в один прекрасный день будет «Декрет о  мире», где будет написано, что с сегодняшнего дня твой вклад долларовый переводится в рубли по курсу ЦК. Есть вопросы? – выходи на площадь, — получишь 5 лет.

Это банда. То есть, ты не знаешь. Сделает это с тобой завтра, или не сделают. Потому что страной руководит банда.

А.Нарышкин― Ну кто, Набиуллина банда, что ли? Она сказала, что такого не будет, не будет принудительной конвертации.

М.Ганапольский― Кто эта Набиуллина?

М.Ганапольский: Путин понимает: он изгой. Что ничего в течение шести лет не будет – Крым и Донбасс отдавать не будет

А.Нарышкин― Ну, хорошо, по-вашему, Набиуллина тоже член банды. Член банды решает что-то, или только  пахан?

М.Ганапольский― Набиуллина приличный человек. Банда не поэтому. Разговор идет не  про уголовников. Разговор идет про уголовные взаимоотношения в стране. Первое — отсутствие законов, «по понятиям», и второе – «делаем, что хотим».

Ну, просто – как такое может быть. Я еще раз возвращаюсь к Сирии, задаю вопрос – почему там идет война? Потому что это кому-то выгодно. Задаю вопрос – кому? Молчание.

А.Нарышкин― В начале программы у вас там другой вопрос — почему там Россия. Война там идет, потому что там гражданская война.

М.Ганапольский― Нет, вопрос про Россию – я это имею в виду.

А.Нарышкин― А зачем США в  Афганистане?

М.Ганапольский― Можем сделать голосование? Я задаю вопрос  — есть ли у вас уверенность, или уверены ли вы, что долларовые вклады в один прекрасный день не будут переведены в рубли по решению руководства страны? Да-нет? Есть ли у вас уверенность, что раз Набиуллина сказал, что этого не будет, значит, этого не будет. Голосуем.

А.Нарышкин― Если вы считаете, что не будут конвертироваться долларовые вклады  — 600-06-64, если вы пессимист, вы не уверены, что власть так не поступит  — 660-06-65.

М.Ганапольский― То есть, вы уверены, у вас есть уверенность.

А.Нарышкин― Надо жить и верить в лучшее.

М.Ганапольский― Да, в лучшее – в рубли.

А.Нарышкин― В карту мира.

М.Ганапольский― Да. Поэтому что Матвиенко сказала? При чем тут Матвиенко? Вы помните, как войну с Украиной утверждало это сборище, которым руководит Матвиенко? С каменными мордами они произнесли, что Путин просит разрешение на военные действия, участие российской армии в войне с Украиной – и единогласно эти представители народа проголосовали. С какими мордами.

А.Соломин― Только не про Украину. О праве использования российских войск за рубежом.

М.Ганапольский― да, о праве использования российских вооружённых сил. И никто из этих представителей народа даже слова не сказал, даже не сказал фразы: «а может быть»? Испуганное стадо, которое обслуживает банду. Все ясно  — ну, что тут говорить? «Матвиенко сказала» — великая Матвиенко? Ей завтра скажут вступить во все организации, даже  в знаменитую «Лигу сексуальных реформ» — она туда вступит. А если надо, выйдет. Вот и все. И вся эта шобла единогласно про это проголосует.

Россияне просто забыли, что у них нет представительной власти. А есть шобла, которая обслуживает эту власть. Вот и  все. Как скажут, так и будет – единогласно.

А.Нарышкин― Итоги голосования: 15% верят в то, что власти не сделают принудительной конвертации долларовых вкладов в рубли, у  86% такой уверенности нет.

М.Ганапольский― Да что это с ними такое?

А.Нарышкин― Потому что вы давите на людей. Вы – авторитет.

М.Ганапольский― Не я, а ты: «Набиуллина сказала», а раз сказала, как такое может быть? Врете вы все.

А.Соломин― Не могу использовать последнее слово – вы мне запретили. Давайте я про секс расскажу немножко.

М.Ганапольский― Давай. Давно пора.

А.Соломин― «Не в фокусе». Папа Римский. Франциск, заявил, что сексуальность это дар божий, а не табу. Об этом понтифик сказал, отвечая на вопросы молодых верующих из приходов Франции, которых он принял на аудиенции. Но самое интересное даже не это – кстати, от  Папы Римского Франциска такого можно было ожидать, он уже много какими вещами нас удивил.

Но, — как пишет NEWSru.com – в  РПЦ поддержали Папу Римского в определении секса. Председатель патриаршей комиссии по  вопросам семьи, защиты материнства и детства, протоиерей Димитрий Смирнов заявил радиостанции «Говорит Москва», что действительно секс в браке может считаться божьим даром: «все устройство человека это и есть дар божий. Секс это компонент любви, но только любви в браке, — правда, последнего у  Папы Римского не было. «Это божий дар – как обед, как сон, душ, как купание в море».

А.Нарышкин― У нас уже нет времени обсудить эту информация. Просто надо принять к сведению.

М.Ганапольский― Как этого человека из РПЦ зовут?

А.Соломин― Димитрий Смирнов. «Это как обед, как душ, как купание в море».

М.Ганапольский― Наверное, у  него все-таки пару раз был секс. Правда, не знаю, с  кем. Может, с теми, что теперь расследуется властями. Но это уже другая история. Будем заканчивать про прекрасную политику российскую?

А.Нарышкин― Да, спасибо большое.

М.Ганапольский― Хочу сказать, что я вас рад видеть, очень вас люблю и ценю.

А.Нарышкин― А мы промолчим.

М.Ганапольский― Что?

А.Соломин― Взаимно.

М.Ганапольский― Как говорит Жириновский – «ну, подонки на  «Эхе Москвы».

echo.msk.ru